Память моего сердца (СИ) - Южная Влада - Страница 75

- 39 –

Алекс с опаской переступила порог роскошного особняка, расположенного – кто бы мог подумать? – в тихом районе среди небогатых домов. Запрокинув голову и оглядывая высокие потолки в этом просторном, наполненном воздухом и светом жилище, она удивилась тому, что раньше считала большим дом Джеральда. Нет, ничто не могло сравниться в размерах, роскоши и изяществе с местом, куда привел ее Мален.

Это ошеломило девушку еще больше, чем побег из больницы, когда ее похититель воспользовался своей Силой, чтобы увести ее незаметно для чужих глаз. А Алекс наивно полагала, что не найдется уже ничего, способного ее удивить! Как же плохо она знала Малена! В этом Джеральд был прав. Сердце Алекс болезненно сжалось. Выжил ли он? Перед глазами так и виделось его неподвижное тело с обмотанной вокруг шеи трубкой капельницы. Ужасное зрелище, которое не вязалось с образом всегда самодовольного, притягивающего и волнующего мужчины. Девушка невольно поежилась.

– Да не стой, словно оказалась в музее, девочка, – подбодрил ее Мален. Он остановился рядом, показывая направление. – В глубине дома кухня и подсобные помещения. Направо библиотека, столовая, зал, который так и остался залом. – После отъезда из больницы он пребывал в хорошем настроении и был не прочь пошутить. – Раньше в нем устраивали балы. Хотя какие балы могут быть в этой глуши?

– Вы живете здесь с самого начала? – вырвалось у Алекс, которая не сводила глаз с мраморных бюстов на постаментах, расставленных в просторном помещении, и явно антикварной мебели.

– Ты имеешь в виду: с момента, как приехал в этот городишко? Ну, мне потребовалось время, чтобы построить этот дом, привезти на заказ мебель и предметы искусства. Видишь ли, я привык жить в приятной глазу обстановке. До этого я гостил в доме Хартли, но его лошади… их вонь сводила меня с ума.

На второй этаж вела широкая устланная винного цвета ковром лестница. С балюстрады свисали кашпо с цветами. Где-то щебетала невидимая глазу канарейка. Алекс сглотнула. Действительно, музей.

– Вы – аристократ, – догадалась она, – вот только ведете себя не так, как подобает аристократам.

Сказав это, девушка вжала голову в плечи. Мален, должно быть, растерзает ее в клочья за такие слова. Его жестокое выражение лица, когда он душил Джеральда, трудно было забыть. Но вопреки страхам Алекс, ее собеседник лишь добродушно фыркнул.

– Да? И в чем же я не так себя веду, девочка?

Она повернула голову и удивленно посмотрела на этого еще не старого внешне человека с душой жестокого убийцы, творившего зло веками. Неужели он издевается над ней, заставляя объяснять очевидные вещи?

– Вы напали на ослабевшего безоружного человека, который не мог и пальцем пошевелить, чтобы защититься. На того, кто спас меня, ваш драгоценный сосуд с кровью или для чего еще там я вам нужна. Разве благородные люди так поступают?

Ухмылка сползла с лица Малена, уступив место ледяному спокойствию. С таким видом он всегда разговаривал с Джеральдом.

– Ты думаешь, он поступил бы на моем месте по-другому? О, ты не представляешь, как долго я терпел и прощал этому мальчишке все его выходки! Но он раз за разом всаживал мне нож в спину, не испытывая ни грамма благодарности за мое снисхождение!

Алекс отшатнулась.

– На моей памяти это вы всадили в него нож. На кладбище. И пытались задушить сегодня. Оба раза исподтишка и внезапно.

Мален равнодушно пожал плечами.

– Нападай на врага первым или он нападет на тебя. Это то, чему я сам лично учил Джеральда когда-то, – он вскинул руку, предупреждая дальнейшие попытки Алекс к разговору. – Хватит! Иначе у меня окончательно испортится аппетит. А тогда я оставлю без обеда и тебя. Иди! – властным жестом Мален махнул в сторону комнат. – Найди столовую и сиди там, пока я не вернусь. И помни: если захочешь сбежать – ничего не получится. Я поставил на дом заклятье, которое не даст тебе выйти, пока я не захочу.

С этими словами он оставил девушку, быстро скрывшись в противоположной части дома. Предоставленная самой себе, Алекс огляделась. Мален словно предугадал ее мысли: конечно, первым желанием было сбежать. Не устояв перед искушением, она повернулась к двери и взялась за позолоченную ручку. Створка открылась без труда. День встретил ее свежим ветерком, ворвавшимся в помещение, и гомоном птиц, радующихся ясному дню после дождливой погоды. Но как только Алекс попробовала шагнуть за порог, ее словно обожгло невидимым огнем. Она с криком отскочила обратно. Все, как и предупреждал Мален.

Не до конца смирившись с положением пленницы, девушка направилась искать столовую. Это оказалась продолговатая, такая же просторная и светлая, как и остальные, комната с овальным вскрытым лаком столом в центре и рядом резных стульев по периметру. Алекс решительно направилась к окну и распахнула его, присев на подоконник. Эффект был тот же как и с дверью. Девушка могла вдыхать свежий аромат свободы, смотреть как за густым садом, окружающим особняк, виднеется дорога, но ни ногой не могла ступить на улицу.

Когда хозяин дома, сменивший спортивную куртку и джинсы на накрахмаленную белую рубашку и черные бархатные штаны, появился в столовой, он нашел гостью, сидящей с опущенной головой во главе стола. Огорченная Алекс исподлобья наблюдала, как следом за Маленом появилась невысокая пухленькая женщина, одетая в платье горничной. Она несла в руках поднос со столовыми приборами. Мален присел за противоположный от Алекс край стола, а женщина принялась порхать вокруг них. Вскоре на столе появился широкий выбор закусок, красиво разложенных на фарфоровых тарелках, несколько горячих блюд и салатов. Такой кучей еды можно было накормить ораву голодных солдат. Алекс вскинула голову, ожидая, что с ними будет обедать кто-то еще, но потом поняла, что трапеза предназначается только на двоих.

Перед ней поставили бокал с красным вином. Мален поднял свой и отсалютовал девушке.

– За твое благоразумие, девочка, которое приведет нас к успеху.

Женщина в это время склонилась возле Алекс, накладывая ей горячее. Девушка вдруг осознала, что это, возможно, ее единственный шанс.

– Помогите, – едва слышно пробормотала она, чуть наклонив голову к собеседнице. – Позвоните в полицию. Ваш хозяин удерживает меня здесь против воли.

Женщина ласково посмотрела на нее, покачала головой, улыбнулась и отошла.

– Бесполезно, – голос Малена прозвучал так резко, что Алекс подпрыгнула и чуть не выронила вилку, – Агнесса безоговорочно мне верит. Как и должен верить слуга своему господину. Джуниор – своему сеньору. Ты никуда отсюда не денешься. Прекрати пытаться.

– Оставь надежду всяк сюда входящий, – нервно усмехнулась Алекс и схватила бокал с вином в надежде, что спиртное поможет успокоиться: чем больше она ощущала себя в захлопнувшейся ловушке, тем страшнее ей становилось.

– Ну не будем о плохом, – успокаивающим голосом ответил Мален, – у страха глаза велики. Может пребывание здесь окажется для тебя даже приятным.

Он вооружился ножом и вилкой и принялся деловито резать мясо на своей тарелке и кусок за куском отправлять в рот. Алекс вяло подцепила лист салата и начала его жевать, совершенно не ощущая вкуса.

– Я… надолго у вас?

– Пока мы не придем к общему знаменателю, – мощные челюсти мужчины с хрустом пережевывали хрящи. – Возможно, это займет несколько дней. Расскажи, чему тебя успел научить Джеральд?

Алекс отвела взгляд от его довольного лица. Она чувствовала себя как на пиру у людоеда. Кто знает, не окажется ли она сама его следующим блюдом? Боже, как она была глупа, когда боялась Джеральда! При всей своей демонической внешности тот больше запугивал ее, чем причинял реальный вред. Не считая, конечно же, причастности ко смерти Клер. Но Клер и сама оказалась темной лошадкой.

Мален же казался добродушным и где-то даже мягким до тех пор, пока что-то или кто-то не заставлял его показать истинный лик. И Алекс понимала, что один раз увидев этот лик, уже не может смотреть на члена городского совета по-другому. Подняв глаза, девушка увидела, что Мален пристально ее изучает и тут же опомнилась, ощутив прикосновение его Силы. Он пытался прочесть ее мысли!