Прощай, Лоэнгрин! (СИ) - "Voloma" - Страница 94

Без труда Аврора узнала мегаполис, и вот, на экране уже маячило здание правильства, на котором в крохотной рамке повисло имя злополучного Сергея Валентиновича. Картинка была размытой, колесико еще раз моргнуло, сверху вниз сползла белая тонкая линия, после чего изображение приняло hd качество и подробное досье на крупного чиновника из министерства финансов.

Догадка пронзила голову мгновенно, и Аврору прошиб холодный пот.

— Новый поиск, — в одинокой палате прозвучал глухой голос, в котором слышалась дрожь и на экране телефона с готовностью отразилась пустая поисковая строка. — Громушкина Анна Витальевна.

И снова карта России, но теперь намного восточнее Москвы. Увеличение и Аврора увидела знакомые очертания усадебного участка фермы бабы Нюры. Более того, сейчас это было видеоизображение в реальном времени. Можно было рассмотреть, как белое лохматое пятно гоняет светлые, торопливые точки — Марсик, опять давал жару соседским гусям, которые набрались наглости и щипали траву неподалеку от его владений. Вот и Нива припаркованная., к воротам бежит человек. Он зашел в дом, пара минут, и снова вышел во двор, присел на крыльцо. Заросли винограда немного перекрывали обзор, но Аврора без труда узнала Васю.

Аврора отключила телефон и аккуратно положила его на кровать, после чего спустила босые ноги на пол, обхватила голову руками и стала раскачиваться вперед-назад, делая дыхательные упражнения, чтобы осознать, какие возможности открываются для любого человека, который завладеет подобной техникой. Мгновенный поиск, на который, похоже работат не один спутник. Не в тех руках, это может превратиться в орудие тотального контроля или слежки.

Так, стоп, а руки Сомерсбри, значит, были «те» до недавнего времени? Бред какой-то!

За потоком рассуждений, Аврора не заметила, как быстро прошло время. Солнце перевалило с зенита. Вдалеке послышался приблежающийся вертолетный рокот.

В коридоре поднялась суета. Топот ног проносился мимо двери с пугающей частотой, двери хлопали, а нервный мужской голос вопрошал где Коля.

В палату влетел Перекатов. В одной руке он держал лист бумаги, а в другой битком набитый пластиковый пакет.

— Вот выписка. Звонили с проходной. Тебя, кажется, машина ждет. Спорить бесполезно, так что, вот, держи. А это доставили спецавиацией.

Доктор достал из кармана замечатанный конверт.

Пакет с вещами самым вольным образом рухнул в руки девушки, после чего доктор отсоединил капельницу, отмотал бинт и туго перетянул место прокола на руке по всем правилам, давящей повязкой.

— Там твои вещи, курс антибиотика, шприцы и физраствор. Я купил лучшие пробиотики, которые смог найти в нашей аптеке и добавил еще кардиопротектор. Это капли. Попей хотя бы неделю, я там написал на флаконе. Меня сейчас ждет взбучка от главврача. Николай Семеновичу пришлось прервать селекторное совещание, чтобы подписать твою выписку. Что бледная такая? Радоваться должна. Еще никто так легко у нас не выписывался, — криво усмехнулся Перекатов, неодобрительно качая головой.

Аврора всегда любила умных людей, которым не нужно было много слов и тем более угроз, чтобы понять, как себя вести в экстримальных ситуациях. Перекатов был тертым калачом, судя по всему. В его голосе чувствовалось раздражение и искреннее желание помочь.

— Проводите меня до машины, доктор, если не сложно, как ни как, думаю, это наша последняя встреча.

— Как говорят у нас не говори «гоп» пока не перепрыгнешь…

— А я говорю, что песню надо слушать до припева, а потом говорить, что она дерьмовая.

— Ну, ты меня поняла. Идем!

Очутившись на больничном дворе, который был закатан потрескавшимся асфальтом, Аврора с упоением вдохнула, наслаждаясь свежим воздухом, и тут же поморщилась, когда рана на груди напомнила о себе.

— Может, все так подождешь хирурга? Пластика не помешает. Я знаю. Такие рубцы останутся на всю жизнь.

— Это меньшая из моих проблем, доктор.

На скромном пропускном пункте, пожилой охранник в форме с любопытством уставился на врача и девушку, которая шла в рваной больничной рубашке. Они задумчиво проплыли мимо и подошли к припаркованной машине. Девушка выглядела худой и не вписывалась в рамки здорового человека всем своим видом, однако дверцу громадного нового «уазика» открыла с завидной легкостью.

— Опять подсунули местный автопром…., - послышалось недовольное бурчание, когда светловолосая придирчиво оглядела автомобиль, после чего нырнула внутрь и подозвала к себе поближе доктора.

— Это вам за труды и хирургу передайте все, что полагается, чтобы не скулил.

Перекатову в карман халата перекочевала тугая пачка зеленых банкнот, от чего повисла многозначительная пауза.

— Напоследок не скажите кто такая Настя Ровенец?

— Моя пациентка, которая отправилась на тот свет, — Перекатов печально улыбнулся. — Первое дежурство в больнице. Я, молодой мальчишка, только что получил должность травматолога, а ее привозят ночью всю в крови с внутренним кровотечением. Муж по пьянке забил, да так, что печенка не то, что разорвалась… Внутри был фарш. Что я мог сделать? Только на стол положили, она и скончалась, бедолага. Уж потом мне рассказали, что она часто вот так с побоями приезжала. Как все русские бабы терпела, дети были, двое девок. В общем, это продолжалось бы и дальше, но… Отмучалась! Ты мне ее напоминаешь, такая же светловолосая, коренастая, молчаливая, и кажется, тоже скоро отмучаешься, дай Бог, чтобы в живых осталась.

Перекатов замолчал, глядя в зеленоватые глаза Авроры и под этим взглядом становилось совсем тяжко.

— Спасибо, доктор за все!

Аврора сухо обняла мужчину и торопливо села за руль, прямо в рубашке.

— Ты сейчас в Пылюкановку?

— Чуть позже. Надо уладить кое-какие дела.

Мотор громко загремел, а из выхлопной трубы повалил черный дым.

«Дизельный!» — с одобрением подумала Аврора и вырулила на дорогу, которая сплошь была испещрена рытвинами.

Юрский не подвел. Машина хоть и не производила впечатления, но с проходимостью было все в порядке. Добравшись до ближайшей лесополосы, Аврора припарковалась на полевой дороге. Кондиционером ее внедорожник не был оснащен и вскоре, от жары больничная рубашка пропиталась потом. Нужно было переодеться.

Тот кто собирал сумку, уложил одежду крайне аккуратно, словно для себя. Деньги, на первый взгляд, тоже были в размере запрошенной суммы. С каким же облегчением Аврора сбросила застиранную, потерявшую вид длинную робу, которая не скрывала интимных подробностей ее носителя, будучи оснащенной дырами разной площади.

Огромное поле поспевшего ячменя радовало глаз охровым оттенком, а запах горячей пыли быстро забил нос, но именно сейчас Аврора почувствовала себя прежней.

Ну, как же иначе?

Грязь, одиночество и чувство бегства.

«Твоя стихия, детка!»

В три часа по полудни солнце уже устало поглядывало в сторону горизонта, и будто, устав от самого себя палило словно перед грандиозным самоуничтожением.

Абсолютно голая девушка, прыгала на одной ноге, которая запуталась в застиранном тряпье. Нетерпеливо вытряхнув на заднее сиденье аккуратно сложенные вещи, она натянула нижнее белье, после чего черед дошел до брюк и футболки.

Дорогая ткань, ласково прикоснулась к коже, ноги с блаженством погрузились в эргономичную подошву удобных сандалий. Покончив с гардеробом, Аврора на мгновенье зажмурилась. Самочувствие оставляло желатьлучшего. Голова закружилась, а пыльно-велюровая поверхность дороги намеревалась поближе встретиться с лицом чужачки.

Во рту пересохло и губы потрескались.

Спешка никогда не была хорошим подспорьем.

Пришлось улечься на заднее сиденье и дождаться, пока закончатся «вертолеты».

Чтобы не терять зря времени, Аврора вспомнила, что хотела позвонить Дону Боддлу. Острая память без труда воскресила в памяти нужные цифры. Гудки тянулись будто вечность, но вот, тихий голос ответил:

— Кто это?

— Дон, привет. Не клади трубку, это Аврора.