Секретарша для Кощея (СИ) - Лушинберг Юлия - Страница 30

— Теперь ты понимаешь о чем я, Ксю? Ну же, смотри! — Костик грубо схватил меня за волосы и заставил сквозь слезы смотреть как Алексей соскребает себя с пола и снова забивается в угол, — он монстр и должен умереть.

Костик убрал кляп.

— Это ты монстр, — взревела я, — ты за все ответишь! Я сообщу в полицию и вы вместе с этим придурком надолго сядете в тюрьму!

— Я так надеялся, что ты не знала, — разочаровано отметил Костик, — как бы то ни было, я делаю это и для тебя. Потом еще спасибо скажешь.

Костик снова завязал мне рот.

— Просил же без крови, — сказал вернувшийся Илья.

— Мне хотелось показать его во всех красках, — отмахнулся Костик.

Он обошел клетку и ударил ногой по прутьям где сидел Алексей. Тот пошатываясь встал на ноги.

— Созрел для признания?

— Иди ты к черту, больной придурок, — процедил сквозь зубы Алексей.

— Хм, — Костик вернулся ко мне и спросил, — может быть ты знаешь, где он хранит свою смерть?

Я не моргая уставилась на него. Думаю мой взгляд был красноречивее всяких слов.

— Она не знает, — ответил за меня Илья, — только Кощей знает, где настоящая игла.

Костик потянул меня за шиворот куртки вверх и прижал к себе. Я брыкалась, но он локтем сжал мне шею, перекрыв воздух. Сил сопротивляться не было.

— Не трогай ее своими грязными руками! — прорычал Алексей.

— Кто это у нас проснулся? — с издевкой спросил Костик, — интересно, она тоже не умрет, если перерезать ей горло?

— Э мы так не договаривались! — вмешался Илья, — с ним делай, что хочешь. Девчонка тут не при чем!

— Я же шучу! Разве можно рисковать таким лакомым кусочком, правда, Кощей?

Алексей то ли взревел, то ли зарычал.

— Самое время сказать, где ты прячешь иглу.

Он молчал. Костик прижался ко мне щекой. Его свободная рука заползла под футболку.

— Костик, отпусти ее, — сказал Илья.

— Все в порядке, не волнуйся. Мы же встречались, спали вместе. Ксю на самом деле такое нравится…

— Отпусти ее. Я скажу где игла.

— Слушаю, — Костик ослабил хватку и его мерзкая рука наконец-то убралась с моей кожи.

— Мне нужны гарантии, что после вы отпустите Ксюшу и ты, ублюдок, оставишь ее в покое.

— Пффф, ну даю слово, — фыркнул Костик.

— Твое слово гроша ломаного не стоит. Ты, — он обратился к Муромцеву, — поклянись, что Ксюша не пострадает.

— Хорошо. Клянусь, — ответил Муромцев, — Костик, отпусти ее.

Он неохотно отстранился. Я резко развернулась и ударила его коленом в пах. Илья оттащил меня в сторону. Узел шарфа на затылке ослаб и он немного сполз вниз.

— Леша не говори ничего. Они не станут меня убивать! Прошу тебя…

Илья поправил кляп и перекинул через цепочку наручников еще одну стяжку, чтобы приковать меня к одному из прутьев клетки. Я осела на пол.

— Игла в набалдашнике трости. Она в моей квартире. Ключи у вас есть, — устало сказал Алексей.

Костик оправился после удара и подошел к клетке вплотную.

— Теперь мне даже хочется, чтобы это была очередная подделка. Ведь если так, я смогу вернуться и делать с Ксю все, в чем так долго себе отказывал. И ты при этом будешь смотреть!

Алексей ничего ему не ответил. Он неотрывно смотрел на Муромцева.

— Я вернусь с иглой. Сломаем ее вместе и посмотрим как оно сдохнет, — бросил Костик и ушел.

— Ей трудно дышать, — сказал Алексей, заметив как я давлюсь слезами, — сними кляп. Теперь в нем нет никакого смысла.

Илья несколько секунд не двигался, но все же послушался Алексея и убрал шарф. Внутри было тихо. Только мои всхлипы раздавались в тишине. Илья постоял у меня над душой и не говоря ни слова вышел.

— Леша, — всхлипнула я, — зачем?

Он сел с другой стороны решетки рядом и взял меня за руку. Теплая ладонь крепко сжала мои пальцы.

— Скоро все будет позади. Позаботься о Иннокентии Сигизмундовиче. Одинокий старик кажется привязался ко мне и ему будет первое время трудно.

— Боже мой, лучше бы ты спрятал ее в какой-нибудь ячейке банка. У нас было бы больше времени. Мы нашли бы выход…

— Пока игла находилась рядом, я осознавал, что жизнь — это прежде всего мой выбор. В последние годы я совсем потерял к ней вкус и все чаще и чаще думал о том, что пора уйти. Так странно, — продолжал рассуждать Алексей, — я прожил тысячи лет, познал все что можно познать и испытал все, что можно испытать, но не хочу уходить.

Алексей ненадолго замолк и ласково вытер слезы с моих щек.

— Спасибо тебе, Ксюша. Ты вернула мне жажду жизни.

Дверь открылась. Илья увидел, что мы сидим взявшись за руки. Не сказав ни слова он поставил рядом бутылку с водой и устроился на единственном стуле в комнате. Может быть Алексей и смирился с тем, что скоро умрет, но я не готова была так просто сдаться.

— Я видела Василису за пару дней до ее отъезда, — сказала я, обращаясь к Илье, — она отлично выглядела и стала уравновешеннее. Терапия ей помогла.

— Если бы не Кощей, она бы ей и не понадобилась, — ответил Илья.

— Ты из-за этого мстишь Алексею? Из-за Василисы?

— Он унизил и втоптал ее имя в грязь, запер с психами в лечебнице.

— Это ужасно. Я согласна. Но скажи мне разве из-за этого стоит убивать? И потом Василиса наставила на меня оружие, — увидев недоумение на лице Ильи, я поняла что он об этом не знал, — ей необходима была помощь. А Костик. Он же псих. Ты и сам это видишь.

Илья молчал.

— Помнишь, я сказала, что она и не вспомнит твое имя через месяц тогда в баре? Я соврала. Василисе не все равно, у нее есть к тебе чувства, просто нужно немного времени чтобы все улеглось. Вы можете быть вместе, но ты же понимаешь, что она ни за что не станет встречаться с убийцей.

— Не трать время. Она сказала, что не любит меня и все кончено.

— Дурак! — повысила голос я, — у нее было все — деньги, вечная молодость, успешная карьера, Алексей в конце концов! Прости, но придется посмотреть правде в глаза — он красив, умен и обладает хорошим вкусом. И что сделала Василиса? Рискнула всем, чтобы быть с тобой. Старым, бородатым байкером с пивным животом. Что же это если не любовь?!

Я откровенно сгущала краски, но мне было необходимо достучаться до Ильи.

— Отпусти нас. Прошу тебя. Алексей не станет мстить, мы просто разойдемся в разные стороны и забудем все как страшный сон.

Никогда еще в своей жизни я не умоляла другого человека. Унижение, боль, надежда и страх смешались в едином порыве. Секунды медленно тянулись одна за другой. Словно в замедленной съемке Илья встал со стула, снял наручники с моих рук и открыл клетку. Мы молча вышли из подвала на улицу.

Ярко светило весеннее солнце. Его лучи ласково припекали и обещали, что самое страшное позади. Леша запрокинул голову и сделал глубокий вдох. Он по прежнему крепко держал меня за руку.

— Можете идти, — сказал Илья.

— Это бессмысленно, — ответил Алексей, — игла уже у него.

Костик стоял в десяти метрах от нас. Я медленно перевела взгляд от трости и набалдашника, валявшегося у его ног, к рукам. Илья кинулся к Костику, я тоже дернулась чтобы ему помешать, но Леша остановил и крепко прижал меня к себе.

— Нет! Он же сломает ее, — отчаянно затрепыхалась я, все еще веря в то, что могу это изменить.

— Я люблю тебя, — прошептал Алексей и прижался к моим губам.

Игла глухо цокнула, разделившись надвое. Мир вокруг погрузился в хаос. Илья и Костик полетели кубарем на землю. Взвизгнули тормоза. Послышался топот десятка сапог. Нас нашли, но было слишком поздно.

Алексей обмяк и я не смогла его удержать. Опустившись на колени, я продолжала прижимать его к себе и бессвязно просила не умирать. Он коснулся кончиками похолодевших пальцев моей щеки и слабо улыбнулся.

— Ксюша…

— Я тоже тебя люблю, прошу останься, не умирай…

— Ксюша, — немного настойчивее сказал он, — я не уверен, но кажется это была не так игла.

Эпилог.