Опять пересдача?! (СИ) - Истокина Ксана - Страница 46

Мог бы поугрожать еще объятиями, а лучше головокружительным поцелуем. Ну ладно и это сгодится.

— Я не против, — ляпнула я. — В смысле справедливое наказание за мою непослушность, — кое-как выкрутилась я.

— Я сейчас приду. — Михаил Игоревич забежал в палатку, а вышел из нее, держа в руках плед.

— Сейчас тебя укутаю, и ты согреешься, — проговорил преподаватель и стал закутывать мое тельце в теплый плед.

— Спасибо. Мне теперь тепло, — произнесла я.

Как же приятна его забота.

— Давай я стул поближе к костру поставлю чтобы ты руки свои холодные погрела? — предложил Михаил Игоревич.

— Вы хотите, чтобы я сгорела?

Слишком он заботится обо мне. Я к такой чрезмерной его заботе к своей скромной персоне не привыкла. Даже не знаю, как себя вести что бы не отпугнуть его.

— Я просто не хочу чтобы ты заболела. Вот и все делаю возможное что бы этого не произошло с тобой.

— Вы прекрасно с этим справляетесь, — отозвалась я. — Посидите со мной просто рядом, — прошу его. — Небо такое красивое, так спокойно, а теперь еще благодаря вам, мне очень тепло.

Я улыбаюсь ему.

— Уговорила и соблазнила, — произнес он.

— Что? — переспрашиваю я у него.

— Я согласен, Мария на твое соблазнительное предложение. Не могу отказаться. — Он улыбается мне в ответ.

А я чувствую, что краснею.

Он ставит рядом со мной стульчик и садится.

Преподаватель берет мои руки и начинает растирать в своих ладонях.

— Тебе точно тепло? Я могу еще ветки положить.

— Нет. Мне хорошо. — И это действительно так.

Михаил Игоревич через пару минут опять начинает меня укутывать в плед.

— Мне немного жарко, — говорю я.

У меня лицо все горит.

У меня внутри все горит.

Я совсем про холод забыла.

Я и не чувствую никакого холода рядом с ним.

— Сиди с пледом, — сказал преподаватель.

Я попыталась снять с себя плед, но Михаил Игоревич, заметив это, положил свою руку на мои плечи.

Я замерла от неожиданности.

— Вот так и сиди. Наслаждайся воздухом и природой, — произнес преподаватель.

Я сидела неподвижно.

Он не убирал свою руку.

— Я тобой восхищаюсь, — выдал неожиданно Михаил Игоревич. — Ты даже здесь смогла отличиться в лесу. Я бы даже сказал выделиться! Как у тебя это получается? — Он повернул голову в мою сторону и с интересом смотрел на меня во все глаза.

— Я не знаю, — стушевалась я под его таким пронзительным взглядом.

— Тебя нужно круглосуточно охранять.

— Некому меня охранять, — шепчу я.

— Это странно.

— Почему? — спросила я у него.

— Потому что за тобой должна толпа парней ходить.

— Но их нет, — пожимаю плечами я.

— Скорее всего испугались твоего уникального умения во все вляпываться.

— А вы пугаетесь этого моего уникального умения вляпываться во все?

— Я кажется к этому привык, — выдал мне он. — Я уже стал это воспринимать, как…

— Абсурдностью? — подсказываю ему.

— Нет, — качает головой он. — Как настоящей твоей изюминкой. Ну не получается у тебя по-другому. И что? Ни у одного человека не может все получаться, — рассуждает вслух он. — Это твоя уникальность. Нужно учиться принимать человека таким, какой он есть. Ты вот такая неуклюжая, и я это принял.

— Спасибо за утешительные слова.

— Это правда. Моя правда и моя точка зрения, — произносит он. — Я благодаря тебе стал больше улыбаться и более живым. Ты сделала мою жизнь более насыщенной. — Он наклонил голову еще ближе ко мне.

— Спасибо за эту откровенность, — шепчу я.

— Пожалуйста, — улыбается он. — С этого ракурса ты кажешься мне еще красивее, — произнес он.

— Эй! Хотите сказать, что я некрасивая?! — Я стукнула его по плечу.

Он засмеялся.

— Я вообще-то сделал тебе комплимент, Мария. А ты этого не поняла.

— Кто так делает комплимент? Вас научить? — Я немного разозлилась. Он так сказал, как будто я всегда не очень красивая.

- А научи. Попробуй сделать мне комплимент, — с улыбкой на лице согласился он.

Легко.

Проблем в этом вообще не вижу.

Сложно сделать комплимент человеку, который тебе не нравится, а здесь наоборот.

Я внимательно смотрю на него и думаю какой именно сделать ему комплимент. Мне хотелось, чтобы ему это понравилось.

— Только не говори, что я с любого ракурса прекрасен, — выдал он.

Как с языка снял. Именно это я и хотела ему сказать. И это чистая правда. Моя правда.

— Можете вы поверить, что кто-то любуется вами точно так же, как солнцем? — спросила я у него. — Оно из далека ярко светит. Все его замечают, восхищаются, просто наблюдают. Настроение просто поднимается, видя каждый день — это солнце, заряжаешься этой чистой энергетикой. И млеешь видя, что это солнце находится рядом с тобой, греет тебя и… — Кажется, что много лишнего ему наговорила сейчас.

Он уже не улыбается, а смотрит на меня со всей своей серьезностью.

— Ты сравниваешь меня с солнцем? — спросил он у меня.

Да.

— А почему нет? — спрашиваю у него в ответ.

— Это… мм… это же солнце, — промолвил преподаватель.

— И что? — опять спрашиваю у него. — Считаете, что это нелепый комплимент?

— Считаю, что такое сравнение ни один человек не заслуживает, — произнес он. — Солнце — это настоящий дар. Оно действительно приносит восхищение и… Ты меня смутила. — Он замолчал. — Я не ожидал, что ты такое мне скажешь.

Я тоже не ожидала.

— Вы никогда не любили? — выдала я.

— А ты?

— Не знаю, — сказала я. Быть может мои чувства к нему — это не любовь, а просто очень сильная влюбленность?

От моих мыслей меня отвлекли его губы, которые прижались к моей шеи.

Он только что поцеловал меня в шею?!

А-А-А!!!

Глава 33

Он уткнулся головой мне в плечо.

— Кажется, я опьянел, — сказал Михаил Игоревич.

— От чего? — подала голос я.

— От воздуха и от твоего запаха. От слишком уютной атмосферы, а также от твоего невероятного комплимента, — выдал преподаватель. — Ох, очень неловкая ситуация. Даже не знаю, что сказать еще.

Зачем он это сделал?

Внезапно возник порыв?

Боясь, что я передумаю, делая это, я как можно быстрее склонилась к нему и тоже в шею поцеловала его губами.

— Ты что делаешь? — Он был шоке от моего такого спонтанного действия.

Не ожидал, что я повторю за ним и сделаю точно также?!

— Вам стало неловко за то, что вы сделали. Я решила тоже самое сделать такое с вами чтобы пропала между нами возникшая неловкость.

— Ох, ты только еще больше все запутала, — промолвил преподаватель. — Не нужно было тебе тоже это делать.

Он меня пытается в этом обвинить?

Он первый это сделал!

— Почему же? Вы же так сделали! — И откуда во мне такая решительность появилась?

— Я это сделал потому что… — Он замолчал. — А действительно почему я это сделал?

Хороший вопрос. Мне бы тоже хотелось это знать.

— Когда узнаете ответ на свой только что заданный вопрос, то можете мне тоже его сказать. Я тоже хочу знать этот ответ, — сказала я.

Ребята стали подходить к нам. Ужин был голов. Все стали есть.

Все испарилось.

Исчезло мое уединение с преподавателем, пропала вся идиллия, которая только стала появляться между нами, дала ростки. Все ушло, как будто вовсе и не было ничего. Тонкая нить оборвалась между нами.

Михаил Игоревич стал очень осторожен со мной. он больше не откровенничал со мной и наедине со мной тоже не оставался.

Поход на следующий день закончился. Отвез меня домой преподаватель. Он еще по дороги заехал в аптеку и купил мазь для моей ноги.

Он был каким-то молчаливым и задумчивым. Я ни о чем его не спрашивала.

Я просто поняла, что ему нужно дать время. Он должен все обдумать и определиться, как вести себя со мной.

Боялась ли я, что он совсем от меня отдалится? Да. Еще как — ДА!

Но с другой стороны, а был ли он со мной близок?! Думаю, что нет.