100 оттенков ванили (СИ) - Гриин Эппле - Страница 9

— Бельский. Судиться с нами собрался. И грозится, что он тебя из-под земли достанет, — пояснил Влад. — Короче, если до этого были цветочки, то сейчас начались ягодки.

— И чего его так прибабахнуло? — поинтересовалась я. — Всё же вроде уже хорошо было…

— Из-за этого скандала жена Бельского подала на развод, — ответил Влад. — А жена у него — ого-го! Это тебе не телочка клубная и не овечка безмолвная — дочка известного политика… Ну, ты сама знаешь. Фишка в том, что, оказывается, все основные активы Бельского записаны на нее. Надавить на нее он не может — батюшку побоится. Чуешь, чем для него развод пахнет?

— Останется с голой жопой, — хмыкнула я. Честно говоря, ни капли не чувствуя вины. И если кому и сочувствуя в этот момент, то только себе. И Владу. Немного. Хотя изначально ему сказать «спасибо» надо за эту заваруху, но бить лежачего — не в моих правилах. А Влад выглядел как раз тем, кого уже основательно отпинали. Ментально, конечно.

— О перемирии речи не идет, сама понимаешь, — бросил Влад. — Тут сейчас начнется война юристов, и что-то Бельский с нас поимеет — факт. Насчет Дивы… Палыч пытается его убедить, что Дива — фейк. Мол, нет за этим ником реального человека, но Бельский не верит. И попутно не против меня вздернуть где-нибудь на ближайшем суку — я же, в первую очередь, как главный редактор издания несу ответственность.

— И как ты? — напряглась я.

— Хожу со вчерашнего дня с охраной, — пожал плечами Влад. — Но за меня не переживай. Выкручусь. Чай, не первый год замужем.

— Палыч тебя уволит, — качнула я головой. — И Диве конец.

— Не уволит. Пока так точно, — хитро осклабился Влад. — Благодаря этому скандалу рейтинги журнала подскочили до небес. И теперь я чуть ли не герой от прессы, борец за свободу слова. Ты думаешь, я тут сложа руки, что ли, сидел и ждал, когда мне пинка под зад пропишут? — он хохотнул — я лишь скептически ухмыльнулась. Тоже мне герой. — Ты забыла, кто тут мастер черного, серого и прочих цветов пиара? Бельский захотел войны — он ее получил. И если бы я не умел такие ситуации в свою пользу выворачивать — давно бы грузчиком на складе спивался.

— Не сомневаюсь, — пробормотала я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Если Палыч меня уволит, то мы с тобой, Милка, не пропадем, — самодовольно продолжил Влад. — У меня уже висят на почте четыре оффера от других изданий. Один другого завлекательнее. Оторвут с руками, ногами и Дивой в придачу. Архивы-то блога тоже есть только у меня.

— Ну ты и пройдоха! — восхитилась я. — Прям сама готова сделать тебе предложение руки и сердца!

— Лет через двадцать вернемся к этому разговору, — дурашливо осклабился Влад.

— Ой, кому ты тогда будешь нужен, — отмахнулась я. — Предложение действительно лет пять, не больше, — добавила я, хихикнув.

— Через пять лет у меня начнется вторая молодость и бес в ребро, — заметил Влад.

— Я поняла-поняла, ты как из той приговорки: «Первые сорок лет самые сложные в жизни мальчика».

— Верно мыслишь, — одобрительно цокнул языком Влад.

— Ладно, — оборвала я наше пустословие. — Так и… Что мне-то делать?

— Сидеть на попе ровно, Милка. Там, где сидишь. И сидеть тебе там полгода — это по минималке. А то и больше, — отрезал шеф.

— Блин, вот подстава, — с досадой выдохнула я. — Влад, я ж здесь крышей поеду от безделья!

— Мила, так надо, — настойчиво надавил Влад. — Найди себе какое-нибудь занятие. Я не знаю… На курсы макраме походи, книжку модную напиши или какую-нибудь восьмую чакру прокачай. У тебя же есть отличный шанс пожить содержанкой за мой счет! — добавил он ехидно.

— Сам, блин, чакры открывай, — пробухтела я недовольно.

— Слу-ушай, — вдруг протянул Влад с загадочным видом. — А хочешь я тебя пристрою в местный медиа-холдинг на работу? В гламурный журнальчик? Чем не развлечение — покажешь местным, как столичные журналисточки забивают трехочковые в копилку рейтингов, м?

— Эммм, ну так себе идея, — поморщилась я.

— Да ладно тебе! — Влад как раз, похоже, загорелся. — Местным холдингом заправляет мой приятель. Савва Левченко. Мы в универе на журналистике вместе учились и даже дружили, а потом его судьба занесла в Кениг, но связь до сих пор поддерживаем. Я чего и квартиру-то в этом городе купил — он убедил, что это хорошее вложение.

— Ну, не знаю, — вредничала я. Но уже не так уверенно. С другой стороны, если я тут застряла на полгода, чего б и не поработать на благо местного гламура? Делать-то реально нечего.

— Вот и славно — завтра позвоню ему, — обрадовался шеф.

— Ага, спасибо, — я помолчала. — Влад, а если по чесноку… Как ты? — спросила я, разглядывая его небритую рожу на экране макбука.

— Хреново. Устал. И сам бы уже поработал журналисточкой в провинции, — тихо ответил Влад. — Но это временно. Всё будет хорошо, Милка. Я обещаю.

— Типа поверила, — вздохнула я.

Мы перекинулись еще парой незначительных фраз и попрощались.

На следующее утро мне позвонили в дверь — курьер доставил посылку. С книжкой «Курсы саморазвития для домохозяек». Там же лежал полугодовой абонемент в местный йога-центр.

— Придурок, — фыркнула я от смеха. И заказала Владу ответочкой пособие для мужчин «Как сохранить волосы в пятьдесят. Советы и рекомендации». Книжка — огонь! Вечер кровавых слез и смеха гарантирован. Первое для вашего мужчины, второе — вам.

#Артемьевзебест

#навойнекакнавойне

#йогадлячайников

Через пару дней я поехала в тот самый холдинг — устраиваться на работу.

Влад у нас там уже объявил, что я подала на увольнение, и парочка коллег прислали мне грустные (полагаю, даже искренние) сообщения, мол, ну как так-то, Милка, ты чего? Я отделалась интригующим: «Любовь» и рандомным набором эмодзи. Одно сообщение меня, правда, позабавило от души — есть в редакции одна мадам, который год метившая на мою «модную» должность куратора фэшн-рубрики. Вот она, чувствуется, с неподдельным восторгом желала мне личного счастья, но за пожеланием отчетливо читалось: «Скатертью дорога — в провинции тебе самое место». Хехе, хочу посмотреть на ее лицо, когда я вернусь!

Холдинг находился в центральном бизнес-центре, объединял под своей крышей с десяток разноплановых газет и журналов, а его владелец считался здесь чуть ли не монополистом в сфере СМИ. Но с ним я так и не познакомилась, хотя Влад обещал мне приватную беседу. В итоге меня встретила сухопарая, чопорная секретарша, объявившая, что Савва Михайлович сегодня очень занят. Выдала кучу бумажек для заполнения и отправила знакомиться с моим новым шефом — главным редактором издания, в котором мне предстояло работать.

Им оказалась энергичная, бойкая на язык и на вид девица — мое появление ее явно воодушевило. Она устроила мне часовую презентацию журнала, провела по всем отделам и редакциям, засыпала кучей вопросов о работе в столице и подивилась моему решению бросить такую клевую должность там, чтобы осесть здесь.

— Нет, городок у нас чудесный, — вещала Алина — так звали редакторшу. — Камерный, уютный, море рядом, погода ровная.

Я на этих ее словах глянула в окно — низкое хмурое небо, ветер и морось. Вот уж действительно ровная — за три недели здесь я насчитала ровно три солнечных дня, выпавших аккурат на выходные. По ходу, солнце в Кениге дают по расписанию, на уик-энд.

— Близость Европы тоже сказывается, — продолжала тарахтеть Алина. — Но журналистика у нас — скорее, хобби, чем работа. Хобби энтузиастов, — добавила она, видимо, намекая на уровень зарплат. — Но мне нравится. Правда, не уверена, что понравится тебе, — она вновь покосилась на меня с недоумением.

— Понравится, — успокоила я ее. «Но ненадолго», — добавила про себя.

— Нет, а правда, почему вдруг решила сюда переехать? — уже в лоб спросила Алина. — Ты не думай, я-то только «за». Судя по твоему резюме и портфолио, нам просто офигенно повезло, но… — она запнулась.