Его личная игрушка (СИ) - Борисова Алёна - Страница 40

Прости за то, что произошло в ту ночь? Я сам не знаю, что на меня нашло. Знаю, должен был догнать тебя, но не смог. Не смог смотреть в глаза, я слабак. Не смог лично встретиться и поговорить, молить тебя о прощении.

Сейчас, когда голова немного прояснилась, я бы хотел сказать тебе огромное спасибо за всё. За то, что под твои добрым и любящим сердечком, живет наш малыш. За то, что ты научила меня любить и ценить то, что имеем. За то, что ты дарила мне любовь, заботу, ласку и нежность. Благодаря тебе я стал тем, кем сейчас являюсь. Именно ты дала мне понять, что в жизни есть совершенно другие ценности и приоритеты.

Ева, я поступил подло, позволив тебе уйти в ту ночь и за это прошу меня простить. Ты действительно самая лучшая девушка на свете, самая сильная и смелая. Я рад, что в моей жизни главную роль играешь именно ты.

Я не знаю, как нам дальше быть и что делать. Но одно я знаю точно: я хочу этого ребенка. Не забирай у меня возможность участвовать в его рождении, воспитании и взрослении. Прошу сохранить хотя бы хорошие отношения между нами и попытаться подарить малышу родительское тепло и любовь.

Я буду помогать тебе во всём, никогда не оставлю и не отвернусь. Позвони мне, когда пойдешь к доктору, хорошо? Я бы хотел присутствовать на каждом твоем приеме и знать, что с самыми дорогими мне людьми, всё в порядке.

Прости меня за всё… Я скучаю, малышка."

Он не просил меня вернуться и не просил начать отношения сначала. Друзья? Видимо так.

В этот день я ревела, как сумасшедшая. Настал наш конец, наш финал. Красивая история любви закончилась, к сожалению не так как хотелось бы.

Ночью мне стало плохо, разболелся живот и мне вызвали скорую. К счастью, доктора смогли спасти жизнь моему ребенку и оставили меня на сохранение.

Уже три дня прошло, как я находилась в больнице. Состояние стало намного лучше, с малышом всё в порядке.

— Белова, вставай и иди за мной. — в палату вошла медсестра и позвала с собой. — Вещи свои прихвати.

Я быстро скидала всё в пакет, попрощалась на всякий случай с девочками, что лежали со мной в одной палате и пошла следом за медсестрой.

Мы вошли в палату, больше похожую на квартиру. Всюду цветы, телевизор, красивая мебель. Я посмотрела на женщину, что привела меня сюда.

— Это что?

— Эта твоя новая палата. Располагайся.

— Но я не просила.

— За тебя заплатили, так что обживайся, укол после обеда как всегда. — она вышла, а я шокированная происходящим, положила пакет рядом с кроватью и подошла к окну.

Дверь снова открылась и я думала, что медсестра вернулась, но нет. На пороге стоял Марат. Мы встретились глазами и он медленно вошел, прикрыв за собой дверь. В одной руке у него были белые лилии, а в другой пакет.

— Привет. — прохрипел непривычно для него.

— Привет. — прошептала, чувствуя, как глаза начинает щипать от непрошеных слез. Марат положил пакет на тумбочку и подошел ко мне.

— Это тебе. — он протянул мне букет.

— Спасибо. — я приняла цветы и снова посмотрела ему в глаза. Мы зависли на какое-то время, не отводя глаз друг от друга.

— Как ты себя чувствуешь? — первым прервал молчание Марат.

— Уже лучше. Не стоило тратить деньги на отдельную палату, мне и в обычной было неплохо.

— Я просто забочусь о близких мне людях.

— Спасибо. — я опустила глаза в пол. Сейчас мне не хотелось показывать ему свои слезы, но они сами стекали по щекам. Марат поднял мой подбородок, подцепив двумя пальцами и вытер влажные щеки.

— Не надо плакать, всё хорошо.

— Хватит. — я отвернулась от него лицо. — Если у тебя сейчас всё хорошо, то искренне за тебя рада. Но не нужно прикасаться ко мне, смотреть так, будто до сих пор остались какие-то чувства. Я не робот и не ты… — я повернулась обратно к нему, смотря в глаза. — Я не могу находиться рядом с тобой и не касаться. Мои чувства так просто не исчезают, а ты своим присутствием и заботой, причиняешь мне боль.

— С чего ты решила, что у меня прошли чувства, что мне легко не прикасаться к тебе? Думаешь я взял и разлюбил тебя? Никогда. Этого не произойдет никогда, Ева. Ты самый важный человек в моем сердце и оно никогда не сможет тебя разлюбить. — он погладил меня по щеке, тыльной стороной ладони.

— Тогда зачем пришел, если нам обоим тяжело?

— Чтобы больше не отпустить никогда… — он наклонился и поцеловал меня в губы. Этот поцелуй был дороже всех, что были раньше. В нем было столько нежности, любви, заботы, боли и всего того, что мы пережили. — Я пришел за вами, Ева. Лучше сдохнуть, чем ещё один день провести без тебя. — я заплакала навзрыд, гладя родное колючее лицо.

ЭПИЛОГ

Спустя восемь лет

Сегодня моё первое сольное выступление на сцене и я ужасно волнуюсь. Смотрю сквозь щель и вижу, что народу столько, что даже места свободного нет. Нахожу глазами своих мужчин, что сидят в первом ряду. Какие же они у меня красивые.

Марат с годами только похорошел, Глеб вырос, ему уже семь лет, а Миша такой маленький, ему всего три года. Мои любимые мужчины, пришли поддержать меня.

Наконец начинается музыка и меня приглашают на сцену. Ведущий дает мне микрофон, чтобы я сказала какие-то приветственные слова.

— Добрый вечер, дорогие гости! Я рада, что вы все сегодня собрались здесь, на моем первом сольном концерте. Я жутко волнуюсь, у меня трясутся руки, ноги и пересохло во рту. — все начинают смеяться и я вместе с ними. Нахожу глазами Марата и наших сыновей. В глазах своего мужа вижу гордость, любовь, уважение и поддержку. — Хочу сказать вам всем спасибо, что пришли. Ваша поддержка для меня очень важна, ведь все мои старания только для вас. Так же хочу сказать огромное спасибо моему любимому мужу и сыновьям, за то, сегодня пришли меня поддержать. Если бы не Марат, я бы никогда не стала той, кем я сейчас являюсь. Именно мой супруг дал мне мотивацию, силы, поддержку в моей карьере и за это ему огромное спасибо. — Марат улыбается такой родной улыбкой, что от нежности щемит в груди. Сейчас отчетливо вижу, что оба сына копия он. — Ну что, начинаем? — по залу разносятся аплодисменты и я преодолевая своё волнение, сажусь за пианино и посвятив эту песню своей семье начинаю петь и играть.

Концерт продолжался почти три часа и как мне показалось, все остались довольны.

Спускаюсь к своей семье и взгляд падает на седого пожилого мужчину, что направляется к нам. Уже когда он оказывается близко с нами, понимаю, что это мой отец.

Седой, маленького роста, с бадиком в руке, с глубокими морщинами, он выглядит лет на семьдесят.

— Здравствуй Ева. — здоровается первым, протягивая букет цветов.

— Здравствуй. — принимая цветы и растерянно смотрю на Марата.

— Что тебе, Сергей? — встревает мой муж.

— Пришлось взглянуть на внуков и вымаливать прощение у тебя, дочка. — он неожиданно падает на колени и начинает плакать. — Прости меня, дурака старого. Я всю жизнь тебя обижал, не любил, а потом просто прогнал из дому. — смотрю на него и вижу старого немощного старика. Сердце кровью обливается, из глаз текут слезы. Я сажусь на корточки и поднимаю отца на ноги. Его руки морщинистые худые руки трясутся, когда он берется за бадик. — Дочка, прости меня, пожалуйста. Я готов всю жизнь умолять тебя, только не прогоняй.

— Перестань. — всхлипываю, вытирая мокрые щеки.

— Марат и ты меня прости, я ведь такой сволочью был раньше. Простите меня, умоляю. — вытирает платочком слезы. — Я ведь умру скоро, а так и не попросил прощения за всё. Всё своё имущество я переписал на мальчишек, Ева. Пусть мои внуки знают, что у них был дед, который осознал свои ошибки слишком поздно.

— Папа, перестань. — не выдерживаю и обнимаю его.

— Ева, дочка, прости меня, пожалуйста. Я всё осознал. Ты у меня такая умница родилась, красавица, а внуков-то каких родила. Я никогда не был для тебя хорошим отцом, но позволь хотя бы последние месяцы провести с тобой и твоей семьёй? Я готов хоть на что, только не прогоняй. — он достал из кармана листок бумаги и протянул Марату.