Воспитание мисс Грейнджер (СИ) - "Olivia Winner" - Страница 116

От злости на саму себя она беспомощно стукнулась головой о стену.

— Чёрт! Я забыла, сэр! У меня не было времени вернуться в свою спальню. Я сейчас принесу её…

— Даже не думайте отрывать нос от стены, мисс Грейнджер! — прорычал он. — Не могу поверить, что после нашего последнего разговора вы посмели о чём-то забыть! Уверяю, эта ночь станет для вас намного… напряжённее.

На глаза навернулись слёзы. Панический страх брал верх над разбушевавшимся чувством вины, съедающим её изнутри. «Как ты могла совершить такую глупость, Герми?! Ты можешь вспомнить каждую прочитанную книгу, но не в состоянии запомнить один несложный приказ от человека, которому хочешь угодить!» По её лицу тихо текли слёзы, она мысленно порадовалась, что Снейп ушёл в ванную и не видел этого проявления слабости. «Наверное, только жалкие дурочки рыдают, потому что застряли в углу без пробки в заднице. Боже! Это даже в мыслях звучит бредово!» Но как бы нелепо это ни звучало, она не могла перестать плакать. За свою недолгую жизнь Гермиона Грейнджер столкнулась лицом к лицу с сумасшедшей Беллатрикс и Пожирателями Смерти, но сейчас не могла достойно держаться в ожидании предстоящего унижения.

Она слышала, как профессор ходил по комнате, переставляя вещи. «Что бы это ни было, он, несомненно, собирается причинить мне такую сильную боль, что хуже ничего не придумаешь. Нет!» — подумала она. «Если сейчас он прогонит меня и захочет прекратить наши отношения — это будет намного хуже!» Снейп снова встал позади неё, Гермиона зажмурилась, пытаясь нормально дышать и скрыть слёзы.

— Где лежит пробка?

— В моей спальне. В выдвижном ящике прикроватного столика, — еле слышно прошептала она.

Снейп ушёл, не сказав больше ни слова, а Гермиона стояла, не смея пошевелиться. Её глаза покраснели и опухли от слёз. В комнате стояла мёртвая тишина. Единственный звук доносился от потрескивающих поленьев в камине справа от неё.

Спустя некоторое время дверь рядом с ней резко распахнулась, и она услышала стремительные шаги профессора, который сначала подошёл к кровати, а затем направился в ванную комнату. Вернувшись, он налил себе огневиски. Гермиона чувствовала, как Снейп сел сзади и уставился на неё. Она готова была стоять совершенно неподвижно и делать всё, что он скажет, — всё, что угодно, лишь бы вновь заслужить его расположение. Её плечи судорожно тряслись, хоть она не смела рыдать в голос.

Неожиданно в дверь постучали, и Снейп пошёл открыть. «Кто мог прийти к нему так поздно?» Она услышала, как скрипнула дверь его кабинета, и послышались тихие голоса. Гермиона шокировано вытаращила глаза, когда шаги начали приближаться, двое человек пошли прямо к спальне Северуса. «Неужели он позволит кому-то увидеть меня такой?»

— Драко любезно забрал вашу пробку и доставил её сюда. Что вы должны ему сказать?

Она чуть не расплакалась от облегчения — это был всего лишь Малфой.

— Спасибо, Драко.

— Сомневаюсь, что тебе стоит благодарить меня, Грейнджер, — подозрительно подавленно пробормотал он.

«Боже! Что всё это значит?!»

— Ты хочешь остаться, Драко? — невозмутимо спросил Снейп.

— Хм-м… Даже не знаю, сэр, — Драко кожей чувствовал повисшее в воздухе напряжение. Крёстный просто кипел от гнева, а Грейнджер убивалась, как будто разом провалила все экзамены. Но от этого ситуация была не менее волнующей. Ему было очень любопытно, что Северус собирался с ней сделать, но он испытывал неловкость за то, что видел страдания своей подруги. — Думаю, я всё-таки останусь… ненадолго.

— Присаживайся, — пробормотал профессор. — Мисс Грейнджер, прогнитесь и раздвиньте ягодицы.

Она уткнулась носом в стену и широко развела округлые половинки в разные стороны. Холодный металл коснулся ануса, она прикусила губу, когда пробка быстро проскользнула внутрь. Ощущения были странными. Внутри начало покалывать и постепенно становилось всё теплее и теплее, пока стенки заднего прохода не начали гореть.

— Как вы себя чувствуете? — заботливо поинтересовался Снейп.

— Сильно жжёт, сэр.

— Это воздействие перечной мяты, мисс Грейнджер. Снимите трусики и садитесь в кресло. Нам нужно обсудить всё, что произойдёт сегодня вечером.

Всхлипывая и задыхаясь от боли, Гермиона скинула нижнее бельё на пол. С каждым движением жжение в заднице усиливалось. Попытавшись сесть, она сразу же с визгом подскочила, как только пробка коснулась кожаного сиденья кресла.

— Сядьте! — процедил Снейп.

Наконец-то ей удалось справиться с болью, и она скромно села на самый краешек, изо всех сил стараясь не шевелиться.

— А теперь, — начал профессор, вставая прямо перед ней таким образом, чтобы она либо поднимала глаза и встречалась с ним взглядом, либо опускала их и смотрела на его пах. — Давайте обсудим ваше сегодняшнее наказание. Фактически, оно уже началось, но в этом виноваты вы сами, поскольку позволили себе забыть о моём приказе. Думаю, в ближайшее время вы станете менее забывчивой, так что предлагаю двинуться дальше. Прошедшей ночью вы дважды нарушили субординацию. Вы совершенно точно сформулировали проблему: ваши эмоции подавляют свойственную вам сдержанность. Я предупреждал вас несколько раз, мисс Грейнджер. Полагаю, сегодня мы разберёмся с этой проблемой раз и навсегда.

Гермиону трясло от дискомфорта и стыда. Тем не менее, она не имела права подвести его ещё раз, даже если в её заднице загорится пожар.

— Вам нужно научиться держать рот на замке, не правда ли?

Она кивнула, быстро вытирая слёзы.

— Да, сэр.

Снейп пошёл в ванную и вернулся оттуда с куском мыла в руке.

— Раскройте рот.

Она выполнила приказ. Никто и никогда не мыл ей рот с мылом. «Боже, мне ужасно стыдно!»

— Высуньте язык.

Он смочил кусок её слюной со всех сторон. Она скорчила гримасу отвращения, но не отстранилась.

— Прикусите.

Она взяла в рот скользкое мыло, и тогда он отпустил брусок.

«На вкус как яд».

— Теперь поговорим о покорности. Вы добровольно согласились, что пока мы встречаемся, я буду контролировать вашу боль и удовольствие. Вы хотите отказаться от нашего соглашения?

Гермиона решительно покачала головой.

— Хорошо. На будущее вы должны понять, что только я буду давать вам то, что посчитаю нужным, и когда сам этого захочу. Это моя прерогатива, а не ваша. Торговаться и спорить со мной бесполезно. Это ясно?

Гермиона кивнула. Её глаза слезились от омерзительного привкуса, а слюна скапливалась во рту, создавая мыльный бульон.

— Тогда мы можем перейти к тому, каким будет ваше сегодняшнее наказание. Я предоставлю вам выбор между тростью и большим паддлом. Вы получите шесть жёстких ударов выбранным девайсом. Сомневаюсь, что вы выдержите хотя бы один, не разревевшись, так что советую морально подготовиться, прежде чем мы начнём. После этого мы поработаем над вашим самоконтролем. Перед приближающимся оргазмом вы становитесь наиболее уязвимой и несдержанной, поэтому мы проведём остаток ночи, удерживая вас в этом состоянии, чтобы убедиться, что в дальнейшем вы сможете себя контролировать. Если вы убедите меня, что научились держать себя в руках, я всё-таки позволю вам кончить. Если же нет — вы вернётесь в свою комнату неудовлетворённой.

Ей показалось, что в задницу засунули фейерверк. Гермиона с трудом могла сосредоточиться на том, что говорил профессор. Горькая мыльная пена невыносимо обжигала язык и полость рта. Её начало тошнить, но она изо всех сил заставляла себя успокоиться. В данный момент выбор между тростью и паддлом казался ей невозможным. «Как я смогу пройти через всё это? Он действительно собирается держать меня на грани всю ночь?»

— Я хочу, чтобы вы посидели здесь ещё пять минут и всё обдумали.

Северус оставил её в кресле и пошёл помыть руки. Его пальцы неприятно жгло от смеси мыла и масла перечной мяты.

Гермиона отрешённо уставилась в стену. «Если я хочу продолжать с ним встречаться, то должна пройти через это». Через несколько минут она решила, что единственный способ сделать это — действовать шаг за шагом. Если она будет слишком много думать о предстоящем, то быстро сломается. Если будет думать о том, что он умышленно не позволит ей кончить, то снова расплачется. И, конечно, эта кошмарная ночь покажется ей ещё длиннее, если она снова и снова будет прокручивать всё в своей голове.