Воспитание мисс Грейнджер (СИ) - "Olivia Winner" - Страница 358

Драко наблюдал за ними с благоговейным трепетом. Он хотел запомнить каждую деталь, чтобы потом заново мысленно прокручивать всё это в своей голове.

— Чёрт! Всё-таки ты безбашенная девчонка, Грейнджер! — поражённо прошептал он.

Спускаясь на землю, она хрипло рассмеялась. Комплименты Драко всегда казались ей скорее забавными, чем сексуальными, тем не менее они ей нравились.

Северус дождался, пока она успокоится, а затем убрал свои пальцы.

— Что дальше у нас по программе, дорогая? Мне продолжать извиняться? — промурлыкал он, проводя пальцем между её ягодиц.

Гермиона не могла говорить, поэтому просто кивнула.

— Уложи её на бок, — сказал он Драко.

Она почувствовала, что её переворачивают. Вскоре она оказалась на боку, лёжа лицом к Драко, и увидела, как его белые зубы сверкнули в полумраке, когда он пробежался пальцами по её расслабленному животу. Снейп находился позади неё, целуя её спину, планомерно спускаясь вниз и заставляя трепетно дрожать, когда его губы коснулись чувствительного места у самого копчика. Перегнувшись через неё, он схватил Драко за задницу, привлекая к себе его внимание.

— Ты так и будешь лежать бревном? Вылижи её дочиста.

Тот возмущённо нахмурил брови, но опустился вниз. Сначала он обвёл языком её пупок, лобок, а потом последовал за оставшимися каплями ещё ниже — к промежности. Северус приподнял ногу Гермионы и положил её на плечо Драко, чтобы тот мог добраться до раскрытой щёлочки. Она слабо хлопнула рукой по покрывалу, когда Снейп раздвинул её ягодицы.

Придерживая и поглаживая стройную ножку, лежащую у него на плече, Драко тщательно вылизывал её дочиста. Его волосы и дыхание приятно щекотали кожу. Северус медленно обводил языком задний вход. Их языки доводили её до экстаза! Гермиона металась в огне между раем и адом. Она никак не могла насытиться, но ей показалось, что теперь она точно сойдёт с ума. Когда язык Драко коснулся клитора, она изо всех сил сжала пряди его светлых волос. Северус настойчиво вылизывал тугое колечко ануса. От всего этого безумия она издавала невнятные звуки, полные чистого восторга.

Драко продолжал прижиматься губами к комочку плоти. У него не было желания соприкасаться с Северусом (даже если их языки могли случайно встретиться в районе её промежности). Грейнджер снова впилась в него ногтями так сильно, что он отчётливо почувствовал, как дрожали её руки. Она была восхитительна на вкус! Ему захотелось снова увидеть, как она распадётся на кусочки, доведённая до предела их беспощадными языками. Однако внезапно его язык прервал атаку, когда он почувствовал ладонь Снейпа на своей груди. Крёстный взял его за руку и поднёс ладонь Драко к её сочащейся киске. Он понял намёк. «Введи в неё палец».

Она жалобно всхлипнула, ощутив, как горячий настойчивый язык Северуса проник в анус. «Мы ещё даже близко с тобой не закончили, милая. Но не волнуйся. На сей раз я не позволю Драко сорваться с крючка». Чуть подавшись вперёд, Северус провёл тыльной стороной ладони по напряжённому животу юноши, пока не добрался до светловатых волос в его паху. Член Драко стал твёрдым как сталь, как только Северус обхватил его пальцами. Он сделал несколько ленивых движений по всей длине, а затем, воспользовавшись ногой, притянул бёдра парня к своей нижней части тела. «Я совсем позабыл о той пламенной искре, которая пробегает по телу, когда член соприкасается с членом».

Драко испытал короткую вспышку паники. Мысли лихорадочно метались в голове. Он не понимал, было ли так потому, что крёстный прикасался к нему столь пикантным образом, или потому, что от этого он чуть было не кончил. «Сомневаюсь, что смог бы пережить позор в такой ситуации. Чёрт! В любой ситуации! Тебе же не четырнадцать, Драко! Возьми себя в руки!» Мысленный разговор с самим собой более-менее пошёл ему на пользу, пока Снейп не начал тереться членом о его пах. Его яйца сжались от удовольствия.

Северус ухмыльнулся, уткнувшись между её ягодиц, когда до него донеслись тихие стоны крестника. Затем влажная от её смазки рука Драко легла ему на бедро, пытаясь удержать его на месте.

— Прекрати! — буркнул он. — Я уже на грани!

Гермиона не знала, что там у них происходит, но чувствовала, что лишится рассудка, если Драко продолжит шептать, обдавая её клитор обжигающим дыханием.

Северус немного отстранился от расщелины между её ягодиц. «Забавно. Это похоже на разговор через стену».

— Так чего ты ждёшь?

Драко понятия не имел. Его мозг функционировал не так, как обычно.

Гермиона приподнялась на локте и попыталась заглянуть вниз. Угол обзора был не идеален, но она смогла увидеть достаточно, чтобы понять, что там творилось. «О боже мой!»

— Если вы двое всё-таки договоритесь потрахаться, я хочу посмотреть!

Драко надменно фыркнул, стараясь скрыть накатившее смущение. Северус в наказание за дерзость легонько шлёпнул её по заднице.

— Где моя волшебная палочка?

«Уверена, Драко знает», — мысленно посмеивалась она, ища её под подушкой.

— Я нашла.

Взмахнув ею, Северус произнёс заклинание, от которого полог кровати стал отражающим, наподобие зеркала. «Отображение не идеальное, но она сможет нас увидеть».

Взгляд Гермионы скользнул вверх, и она ошеломлённо уставилась на них троих, лежащих в одной постели. Отражение было немного искажённым, не таким чётким, как в зеркале, скорее как на огромном художественном полотне. Тем не менее теперь она могла следить за происходящим. «Возможно, это самая развратная картина, которую я когда-либо видела! Не считая того, что было на иллюстрациях в книгах Северуса». Зато сейчас всё происходило в реальности! Именно с ней! Гермиона была в восторге.

— Пожалуйста, не останавливайтесь! — страстно выдохнула она.

Снейп качнул бёдрами, побуждая крестника продолжить, а сам вернулся к её попке. Отчаянно всхлипнув, она выгнулась дугой. Он не понял, выполняет ли Драко свою часть сделки или просто лежит в ступоре. Сняв руку юноши со своего бедра, Северус переложил её на бедро Гермионы.

Присутствие Драко спровоцировало взрыв воспоминаний из прошлого. Память услужливо подкинула ему мысли о посещении «Эроса», когда Северус был моложе. Он даже вспомнил спальню в слизеринском общежитии, как Люциус прокрадывался ночью в его постель и тёрся о него в темноте, шепча, как сильно он ему нужен. Это был один из тех редких случаев, когда кто-то говорил ему, что нуждается в нём, даже если под этим подразумевался просто секс.

Ему казалось, что стройное тело Драко состояло из мускулов, сухожилий и каменной эрекции. Северусу нравилась твёрдость его набухшего члена, грубо вжимавшегося в него. Гермиона, наоборот, была мягкой и податливой — полной противоположностью Драко. Возбуждённо торчащий пенис юноши, упирающийся ему в живот, напоминал боевой меч. Гермиона ассоциировалась с теплом, любовью и домашним уютом — местом, которое окутывает тебя счастьем и умиротворением. У Северуса никогда не было такого дома, но теперь, когда он вкусил и узнал — каково это, ему не хотелось менять это на что-либо другое.

Он действительно больше не нуждался в приключениях. Соблазнение Драко могло быть захватывающим, но с Гермионой ему более чем хватало острых ощущений. С ней он получал истинное удовольствие даже от простых поцелуев. «Чёрт! Хватит лгать самому себе! Я наслаждаюсь даже её улыбкой. Прикосновениями. На днях я возбудился только потому, что она обняла меня и поцеловала в шею за завтраком. Если бы она сказала мне что-нибудь более откровенное, чем «доброе утро», я бы нагнул её над столом и трахнул среди крошек от тостов».

Теперь он доверял ей гораздо больше, чем несколько месяцев назад. Иногда его ещё подтачивал мелкий червячок сомнения. Время от времени он переживал, что она может наиграться и исчезнуть из его жизни, но такие мысли постепенно подавлялись надеждой, что она останется с ним навсегда. Иногда он волновался из-за того, с какой лёгкостью она заставляла его кровь быстрее бежать по венам, а сердце стучать чаще, с другой стороны он был в восторге от этого. Секс с ней всегда был особенным. Иногда они просто играли, но в конце концов оба выигрывали. Гермиона никогда не использовала его. Северус понимал, что большинство волшебников и ведьм, с которыми он знакомился в «Эросе», по сути потребительски наслаждались его способностями. «В том-то и дело. Все они просто нуждались в разрядке». А он был особенно искусен в этом деле.