Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Хруцкий Эдуард Анатольевич - Страница 498

— Вы уже начали проверку домов вокруг бассейна?

— Начали. И слава богу, не кончили. А то бы схватили Серкова, наделали шума, и все. Этот Журавский к ней бы уже не пришел. Ты понял мою мысль?

— Так точно.

— Вот и подключайся. Немедленно. Ты остаешься старшим по этом делу.

— Спасибо, Федор Кузьмич.

— Ну, смотри. Сейчас-то хоть не упусти, — Цветков поднял руку. — Знаю я все твои оправдания. Знаю. И генерал знает. Легче тебе от этого? То-то. Ну двигай.

Виталий у себя в комнате дождался условленного звонка Откаленко и помчался на встречу.

Остался третий этаж последнего из домов. По домовой книге изучили жильцов всех квартир там. Окончательную ясность внесла молоденькая девушка-счетовод.

— А тут моя подружка живет, Зоя, — сказала она.

— Одна? — поинтересовался Виталий.

— Ага. Только сейчас у нее брат. Болеет. Руку ему раздавило на заводе, что ли. Мы с ней сегодня в молочную ходили, она говорила.

— Раньше вы этого брата видели? — как бы между прочим спросил Виталий, листая книгу.

— А я его и сейчас не видела, — засмеялась девушка.

— Все-таки у нас к вам будет просьба, — уже совсем другим тоном сказал Виталий.

Девушка выслушала просьбу внимательно и безбоязненно.

— Я ей обещала к одной нашей жиличке отвести, в другом подъезде, — сказала она. — Та платье продает, заграничное, муж привез.

И все эта девушка сделала как надо. Виталий сразу понял, что она все так сделает.

Зоя вышла на площадку лестницы, захлопнула за собой дверь и побежала вслед за подругой вниз. Когда они обе скрылись на улице, оперативная группа спустилась с верхнего этажа. Виталий спросил Валю Денисова:

— Ты Зою разглядел?

— А как же, — усмехнулся Денисов.

— Тогда спустить вниз и, если мы не успеем управиться, задержи ее каким-нибудь разговором.

— Вы там только поаккуратнее, — недовольно сказал Валя. — Пистолет у него, не забудь.

— Ну-ну, — усмехнулся Лосев. — Два раза на одном месте не спотыкаются.

После этого он и Откаленко неслышно открыли дверь и вошли в квартиру.

Серков был схвачен мгновенно, он даже не успел шевельнуться в кресле у окна, из которого был виден бассейн. Пистолет оказался в пиджаке, висевшем в шкафу.

— Идем, идем, — сказал Откаленко. — Мы тебя быстрее вылечим.

Серков был до того ошеломлен, что не нашел что ответить. Он лишь молча написал под диктовку Лосева записку здоровой рукой: «Ушел. Так надо. Привет».

Вечером Цветков сказал Лосеву и Откаленко:

— Ну вот, милые мои, одного нашли. Теперь дальше надо искать, второго, главного.

— И это не конец, — добавил Откаленко.

— Да-а, — вздохнул Виталий. — Много денег — много крови. Так обычно. Кто же он был, этот маленький человек? За что они его так?

И записка у него странная была, — добавил Откаленко.

А Цветков заключил:

— Все тут еще странно, милые мои. Никуда не денешься, будем работать дальше.

Глава 5. ТРОПИНКА К БОЛОТУ

Утром Виталий позвонил Марине Булановой и попросил приехать в управление. Девушка словно ждала его звонка и мгновенно согласилась. Она примчалась минут через двадцать. Даже Виталий был удивлен ее стремительностью.

В огромных ее глазах светилась тревога, при этом она еще демонстрировала свое негодование: как это посмели ее задержать в тот злосчастный вечер. На Марине были все те же белые фирменные брючки, но вместо легкой кофточки она на этот раз надела яркий пушистый свитер. В Москве вдруг похолодало и который день уже моросил мелкий, нудный дождь.

— Пришлось вас снова потревожить, — улыбаясь, сказал Виталий. — В связи, как вы понимаете, с чрезвычайными обстоятельствами.

— Но Гарик ни в чем не виноват, я вам слово даю! — запальчиво воскликнула Марина. — Как вы смели так ворваться?

— Почему же он убежал, как вы думаете?

— А раз вы его ловите! Тут кто хотите убежит.

— Если бы он не чувствовал за собой вины, он бы не убежал, — покачал головой Виталий. — Серьезной вины.

— Ну да! Вы схватите, а потом доказывай. Мы что, думаете, газет не читаем? — упорствовала Марина. — Знаем, чем вы занимаетесь.

Это было сейчас самым больным местом: в газетах появлялись один за другим очерки о безобразиях в милиции, о беззаконии, фальсификации дел, взятках и прочее. Очистительная гроза, гремевшая над страной, не обошла стороной и милицию. И чем больше до сих пор она была укрыта от критики, тем сильнее и болезненнее ветер гласности и перестройки обнажал скопившиеся там пороки. И, умом признавая справедливость и необходимость перемен, Виталий стыдился и страдал. Вот даже эта сопливая и бесстыжая девчонка осмеливается бросать ему все это в. лицо.

— Жулики и прохвосты попадаются всюду, — сдержанно ответил Виталий. — И всюду с ними надо бороться. Вот Гарик. Ведь, когда за ним побежали, он начал стрелять и ранил человека. Вы раньше видели у него пистолет?

— Пистолет? — озадаченно переспросила Марина. — Нет, не видела.

— Вы понимаете, что это значит? Ведь пистолет не игрушка.

— Ну, допустим, понимаю, — нетерпеливо и сердито ответила Марина, смахнув рукой волосы со лба. — Но что вы от меня хотите? Я вас предупреждаю, что не брошу его, пока он в беде, ясно?

— Это, конечно, очень благородно, — усмехнулся

Виталий, у которого Марина начинала вызывать все большее раздражение. — Однако надо разбираться, в какой он беде и почему. И заслуживает ли вашей преданности.

— Ну и в какой же он беде? — насмешливо спросила Марина, всем своим видом показывая, что не собирается верить Лосеву.

— Он арестован по подозрению в убийстве, — будничным, спокойным тоном произнес Виталий и добавил: — Убитого человека они, по-видимому, ограбили. Этого всего вы не знали?

— Не знала, — ошеломленно проговорила Марина.

— Ну вот. Дальше он уже стрелял по людям во время задержания. Один выстрел вы должны были слышать, верно?

— Слышала, — угрюмо ответила Марина, опустив голову.

— И все-таки будете его ждать, когда на свободу выйдет?

— Пусть мамочка его ждет. Сколько ему за все это отломится?

— Да уж немало.

— Ну все-таки сколько?

— Это суд решит.

— А судью подмажут.

— Что вы говорите, Марина, соображаете?

— Что пишут, то и говорю! — дерзко ответила она.

— Так пишут же для умных людей! — не выдержал Виталий. — Про одного напишут, значит, по-вашему, все такие, да? Вот про вас напишут, значит, все такие, так, что ли?

— Кто это еще про меня напишет?

— О господи. Ну ладно, — вздохнул Лосев. — Давайте к делу вернемся. — И резко спросил: — Как вы познакомились с Гариком, только быстро и честно.

— Что? Ах, как познакомились. Да очень просто. В электричке. Мы с Катей ехали с дачи. Днём. Вагон почти пустой был, — охотно начала вспоминать Марина, радуясь перемене в разговоре. Новая тема казалась ей далекой от всего случившегося и потому безопасной. — Вдруг в вагон входит Гарик.

— На какой остановке?

— Лупановка. Это следующая от нас к Москве. Гарик увидел Катю, поздоровался, подсел к нам. А Катя его со мной познакомила.

— Катя это кто?

— Подруга. Из моей группы. Мы вместе занимаемся. Очень хорошая девочка. Даже моим она нравится, представляете? — Марина иронически усмехнулась.

Она достала сигареты, на этот раз «Столичные», и предложила Виталию.

— Спасибо, — улыбнулся тот и сочувственно спросил: — Где же ваши американские? Гарика нет, и сигарет нет, так, что ли?

— Конечно, — хмуро кивнула Марина. — Спасибо вам.

— Рано благодарите. Не от всей души. Потом будете благодарить по-другому.

— Не дождетесь.

— Посмотрим. А откуда Катя знает Гарика? Она из его компании?

— Что вы! Нужна она там. Она его через бабушку знает, не знаю уж как. У нас об этом разговора не было.

— Значит, бабушка из его компании? — весело осведомился Виталий. — Так выходит?

— Ха-ха! — развеселилась Марина. — Вы скажете.