Запретная ночь с боссом (СИ) - Шельм Екатерина - Страница 12

Она бьет меня по груди кулачком. Я целую ее. Боже, я-то ни хрена не удовлетворен. Полина чувствует меня отлично, сразу все понимает. Нас снова ведет, мы прикусываем губы друг друга.

— Поль… Если я попрошу об ответной… — шепчу ей не в силах промолчать. Она затыкает меня поцелуем. Толкает к столу, на то место где только что стояла сама. Расстегивает ремень. Если ей помешает любая причина в этом гребаном мире, я просто сдохну.

Она тащит с меня брюки и белье. Приседает.

Не новичок, уж конечно, знает как с членом обращаться. Закрываю глаза, откидываю голову. Боже… Горячо, влажно, сладкое давление губ, игривые касания языка… Мерные, вынимающие дух движения… Вот так… так… Сдуру опираюсь рукой на стулья, и они с грохотом валятся со стола. Мы застываем. Поля с моим членом во рту смотрит на меня снизу вверх и снова начинает двигать головой. Мы не можем остановиться. Мы уже в свободном падении.

Беру ее за волосы, чуть подталкиваю. Мне надо, хочу так… Поля умница, берет глубоко, страстно и с охотой. Тот самый рот, о котором я мечтал, принимает меня всего. Ускоряемся, меня трясет. Она выпускает, и я не сдерживаю стона. Тут же замолкаю! Блять! Я совершенно забыл где я и с кем! Мы тут, мать твою, прячемся, а я стонать вздумал!

Она хочет поиграть языком. Закрыв глаза, придерживает рукой и вылизывает головку. Ей хорошо, она потерялась. Поля, мы черт побери не в спальне, чтобы вот так увлекаться!

Надавливаю на затылок и проскальзываю в ее рот снова. Хватит играть, милая. Давай!

Она понимает, двигает головой, я подаюсь бедрами вперед. Она сжимает губами, ласкает язык. ом… Господи, что она делает языком! Чуть отвожу ее голову. Спрашиваю одними глазами. Она медленно закрывает свои.

Отпускаю себя. Кончаю ей в рот, не даю отстранится. Она и не пытается. Послушно глотает, а потом вытирает губы.

Встает, тяну ее к себе, целую. Она отвечает как-то скованно. Отстраняюсь, чтобы заглянуть в глаза. Реветь собралась.

— Не надо, ничего уже не исправишь. Это было. К чему мелодрама? — может это звучит резко, но зато ее отпускает. Хлюпает носом, кивает.

Одеваюсь, поправляю одежду. Мы внимательно осматриваем друг друга на предмет компрометирующих улик.

— Ты только…

— Что? Не чувствуй себя шлюхой? — по голосу слышу, что истерика все еще в опасной близости.

— Я разве тебе платил?

— Платишь ведь.

— Не за это.

— Да, тут я бесплатно готова.

— Мы оба хотели. Нет смысла притворяться. Такое случается.

— Со мной не случалось!

— Со мной тоже.

Ее это как будто удивляет, а после мы оба смущенно отводим глаза. Да, уж, у нас это первый раз. Что "это"? — спрашиваю сам себя? Измена? Вороватые ласки украдкой? Секс на работе? Все не то. Жажда. Безумие. Страсть чертова. Вот это у нас в первый раз. И мы оба к такому совершенно не готовы.

— Хочешь побыть тут? Успокоиться? Я пойду первым.

Ненавижу себя за эти слова. Вся ситуация мне ненавистна. Прятки от знакомых, запах секса от меня, который сейчас нужно будет чем-то срочно перебивать или выгуливать по лесу. Гадко это все и как я оказался в это втянут?! Сам не пойму, наваждение какое-то. Хером меньше думать надо — смеется внутренний голос.

— Да иди, — Полина прячет глаза.

— Полина, — поднимаю ее лицо за подбородок.

— Не надо, Андрей. Я справлюсь со своей совестью. Мы не в тех отношениях, чтобы ты меня утешал. Я, разумеется, никому ничего не скажу и, надеюсь, что ты тоже.

— Прямо сейчас плакат закажу, — язвлю я. У завершения нашего рандеву кислый привкус вины.

— Иди. Жена тебя хватится.

Вздыхаю, но это правда. Мы с Полиной не в тех отношениях чтобы я лез ей в душу. Да и Лиза… Да, ждет меня моя Лиза.

— Если тебе что-то нужно, скажи мне.

— Например? — Полина явно подумала нехорошее.

— Не знаю. Поговорить. Мы вдвоем в этом котле варимся, если ты не забыла.

Она сглатывает и снова прячет глаза.

— Прости. Ты не виноват. Или виноват. Но и я не меньше. Прости, что злюсь. Я не на тебя, я на… — она обводит рукой пространство и я понимаю. Я тоже злюсь и на себя и на нее и на всю чертову ситуацию.

Целую в лоб. Обнимаю. Нежность еще более запретная, чем все что было до. Секс еще можно объяснить, а вот нежность…

— Переживем.

— Угу. Я еще и прибавки потребую.

Смеюсь. Хочется поцеловать Полину. Так устало, нежно, без огня. Но у нас с ней без огня не получается, потому что краткие шалости наш костер не затушили, а только распалили.

— Иди, Андрей, — мягко отстраняет меня. — И давай это будет все. Пожалуйста. Давай остановимся. Прошу.

Молчу. Перевариваю, пытаюсь поверить что да, на этом мы закончим. Но все уже, мы изменники. Глупо притворяться, что раз секс без проникновения, значит не измена.

— Хорошо. Но если ты попросишь, все будет.

У Полины впервые за этот сумасшедший час выступает румянец стыда. Учитывая, что она тут вытворяла со мной, это очень забавно.

Разворачиваюсь, выхожу и плотно закрываю за собой дверь. Прежде чем подойти к жене, долго стою в дыму костра, болтаю с коллегами, опрыскиваю себя средством от комаров, которых, вообще-то, еще почти нет, и ем три порции шашлыка.

Лиза там, где была — трещит с Аней Шпильской. Наверное, живи мы под покровительством каких-нибудь божков посуровее Христа, меня должно было ударить молнией. Но я подхожу, нежно целую жену в щеку и земная твердь не разверзается под моими ногами.

Странное ощущение. Сделать то, что всегда было для тебя недопустимым и остаться безнаказанным. Я чувствовал бы то же самое, если сейчас за одним из домиков убил человека?

Сажусь в плетеное кресло, к вечеру нам принесли пледы. Выпиваю еще виски.

Через двадцать минут в беседку с ребятами приходит Полина. Отвожу взгляд.

Это безумие. Чистой воды безумие, но сейчас я начинаю получать от него нездоровый, адреналиновый кайф. Это просто запретный плод. Будь мы тут одни и свободны, захотели бы мы пошалить на грязной веранде летнего домика?

Хочется услышать от своего внутреннего голоса безопасное, нравственно правильно, успокоительное «нет». Но я слышу не его. А вот это уже плохо.

Полина

Вернулась с корпоратива, захожу домой — умру на месте. Как посмотрю Сашке в глаза? Как?!

В прихожей осматриваю стены, словно зашла в чужую квартиру. Это ведь моя? Мое гнездо, мой дом. Мой с Сашей, дом! Семейное гнездышко, а я сегодня отсосала другому мужчине. Горячо так, с охотой. И даже сейчас от воспоминаний у меня по коже бегут мурашки возбуждения и неудовлетворенности.

Надо признаться во всем! Признаться!

— С-саш? — зову несмело. Губы трясутся. Если он сейчас придет, домашний такой в своих драных тапках, разревусь на месте.

— Саша… — шепчу, давя слезы. Тишина.

Я стаскиваю кроссовки и иду в комнату. Сашка сидит за компом, попивает пиво. Неистово кликает мышкой, рубя врагов в своих онлайн-играх.

— Саша…

Не слышит. И слезы застывают у меня в глазах, а потом и вовсе пропадают. Меня тут и поймать некому. Муж даже не отвлекается от игры, чтобы встретить меня.

— САША!

Он нехотя отводит одно ухо.

— Чего? — раздраженно.

Молчу несколько секунд.

— Ничего.

Отворачиваюсь и иду в душ. Когда вечером укладываемся спать, он прижимается и начинает целовать. Отворачиваюсь.

— Не хочу, — и это правда. Не хочу я его. — Давай не сегодня, я выпила.

— Ладно, — как обычно спокойно укладывается на живот.

— Как на работе?

— Нормально у меня все! — взрывается. — Дай поспать, раз просто дать не хочешь.

— Ну давай бери, — откидываю одеяло и демонстративно забираю сорочку. — Только поскорее.

Оба молчим.

— Что происходит?.. — спрашиваю больше себя, чем его.

— Не знаю, — он злится. — Сама скажи. Ты же у нас теперь модный маркетолог. Может, я уже недостаточно для тебя хорош?