Между честью и истиной (СИ) - Аусиньш Эгерт - Страница 246

   На второй день государь изъявил желание встретиться с маркизом да Шайни. Он пообещал Унрио, что все будет хорошо, еще пока неясно как, но его беда не навсегда, он обязательно поправится. Затем он зашел к Айдишу, посмотрел на уже окончательно собравшегося в город Айриля и сказал ему: "Ты не представляешь, какое сокровище получил, воспользуйся им с умом", - и отправился смотреть школу. Полина волшебным образом избежала встречи с высоким гостем. Она была где-то у детей в спальнях, когда инспекция зашла в ее кабинет, и оказалась у себя в кабинете, когда инспекция была в классах. Князь отчасти был раздосадован, отчасти едва не смеялся, потому что Аугментина была верна себе и опять избежала ненужного ей внимания.

   Когда я пришла в приемную князя, Иджен сразу же отправил меня по порталу в храм. Там уже были Хайшен, Дейвин и еще кто-то, кого я раньше не видела. Я поняла, что это император, только потому, что не сумела вспомнить ни его портрета, ни его гербового знака. Позже я заметила, что он в очень светлой одежде, слишком светлой для зимы на Северо-Западе. Он сказал "подойди" - и я вдруг поняла, что волноваться не о чем, все уже случилось и какие бы события ни произошли сейчас, они будут только завершением историй, которые я уже и так знаю. Я подошла и остановилась на середине ковра перед креслами, увидела одобрительный кивок Дейвина и мельком глянула ему в глаза - просто чтобы он знал, что я видела и поняла его знак. А потом император спросил, кто я.

   Увидев Алису настолько собранной и сосредоточенной, Дейвин удивился. Еще больше он удивился, присмотревшись к ней внимательно. Она выглядела как маг, стоящий в Потоке и готовый начать плести заклятие, не будучи магом и не видя Потока. На вопросы государя девушка отвечала четко и внятно, не показывая страха, даже с каким-то благородством или достоинством, которого граф за ней раньше не замечал. Император спрашивал ее и слушал ответы около четверти часа, низкое зимнее солнце еле сдвинулось с места за окном, когда он сказал: "Хорошо, пойдем", - и, к удивлению всех присутствующих, тут же направился прямо под свод купола в солнечный луч, освещавший храм. Алиса, ни секунды не подумав, пошла за ним, и князь вздрогнул. Дейвин подался вперед в кресле, а Хайшен крепко взялась за подлокотники. Его непредсказуемое величество, крепко взяв девушку за руку, шагнул вместе с ней прямо в Источник, смахнув в сторону рукой кристаллы, парящие в Потоке, так решительно, что никто не успел даже подать голос. В сияющих лучах и сплетении нитей император смотрел на Алису и улыбался обычной загадочной полуулыбкой. Алиса оглядывалась и моргала. Через минуты, показавшиеся вечностью онемевшим магам саалан, государь сказал: "Довольно, пойдем", - и вывел девушку из столба света, невидимого простым зрением. Вокруг нее полыхала аура мага, то же самое изумрудно-зеленое зарево с огненными вспышками, которое Дейвин увидел, когда наконец снял ее защиты.

   - Ну вот, - сказал государь, - что бы ни было, все возмещено. Ты - живое доказательство того, что выжить в Потоке возможно и во взрослом возрасте. Ты - надежда для всех саалан, потерявших Дар по болезни, ранению или собственной небрежности. Теперь тебе предстоит учить этому других. Через три года я буду ждать тебя в Старом дворце с кольцом мага на руке.

   Алиса растерянно оглядывалась, и Дейвин послал ей короткий Зов. Она вздрогнула и сказала:

   - Да. Да, конечно...

   - Иди, - засмеялся император.

   И она ушла по порталу, открытому графом, обратно в замок. Только входя в голубоватую мглу, она на миг приостановилась, как бы не веря, что снова видит незримое обычным взглядом. Обернувшись к князю, государь произнес:

   - Забавная девочка. Хорошо, что ты сохранил ей жизнь, Димитри.

   Я шла по коридорам и не могла перестать осматриваться. Мир выглядел как раньше. Был таким, каким и должен был быть всегда. Серым, как вчера и четыре года до этого, я его помнила только в детстве, до того как попала в Созвездие. А теперь он светился и пел снова.

   Шла я к Полине, но в кабинете ее не было, и я решила поискать в спальном блоке. Постучать, разумеется, забыла и, открыв дверь, увидела, что в меня летит подушка, брошенная Полиной, стоящей посреди маленькой комнаты в одном белье. Я поймала подушку в воздухе и отлевитировала ее обратно прежде, чем поняла, что сделала. Закрыв дверь, решила подождать минут пять на корточках под стеной. Через пять минут постучалась.

   - Войди, - ответил очень недовольный голос Полины.

   - Извини, пожалуйста, - сказала я. - Я просто слегка обалдевшая.

   - Да, заметно, - кивнула она. - Излагай, с чем шла.

   - Так уже все показала, вроде, - растерялась я.

   А потом поняла, что, наверное, надо же рассказать подробности. И минут пять их рассказывала. Потом замолчала, заметив, что Полина при каком-то очень странном параде. На ней были коричневая юбка из очень мелкого вельвета и белая блузка, а на столе лежал белый берет, который она, похоже, собиралась надеть.

   Полина кивнула мне с усмешкой:

   - Ну вот, следующий этап сам тебя нашел. Теперь так быстро, как было до сих пор, уже не получится. Дальше будет вот что... - И она в три фразы еще разок поставила мне мир с ног на голову.

   Я кивала, запоминая. Последняя фраза была про то, что теперь придется ножками и долго. Возможно, десятилетия. Несмотря на то, что я маг, и кстати, это вряд ли будем мне помощью, скорее уж наоборот. И что вживую, в обычных жизненных обстоятельствах будет в разы страшнее и больнее.

   - Ага, - сказала я. - А ты куда-то собираешься?

   - В бар, - ответила она. - Сегодня День снятия блокады, мы концерт делаем. Ваших, между прочим, тоже звали.

   - Я с тобой дойду? - спросила я.

   - Ну, дойди, - согласилась она.

   Особого энтузиазма я в ее голосе не услышала, но и согласие меня видеть было уже за счастье.

   Я дошла вместе с ней до КПП, потом до дверей нашего кабака и направилась в зал, а Полина пошла через подсобки пробираться на сцену. На сцене уже зажигали свет, и я подумала, что это они, кажется, фигню изобрели, так же зал не будет видно. С этой мыслью я плюхнулась за столик со своим вискарем, которого мне никто не разрешал, но я и не собиралась спрашивать. Довольно огляделась и приложилась к стакану первый раз. А затем и второй. И чуть было не поперхнулась, увидев, что за мой столик садится император Аль Ас Саалан собственной персоной и пресветлый князь с ним вместе.

   - Какая ты молодец, Алиса, - весело сказал Димитри, - отличный столик выбрала, спасибо тебе.

   Я дернулась было свалить, компания мне была явно не по чину, но князь положил руку на мое запястье. Со сцены уже мурлыкал джазовый мотив и неслись слова: "Словно редчайшие птицы, живем по году мы, каждый пилотик в небе мишень и цель, и никогда не умолим погоду мы, так что на всякий случай - прощай, Марсель". За соседним столиком Хайшен вслушивалась в слова, прищуриваясь от усилия разобрать все смыслы чужого языка. А потом зазвучало "Погляди на моих бойцов", вдруг посерьезневший император резко перевел взгляд на сцену и не отводил взгляд до последнего аккорда. Мне с непривычки к Зрению был резковат свет, поэтому я не сразу решилась взглянуть на сцену и была права, потому что они пустили видеоряд через проектор. Выбранные ими кадры военной хроники, известные мне с сопливого школьного детства, да в сочетании с песней, могли разнести нервы кому угодно. Где-то за моей спиной охнула Асана да Сиалан, она вообще была легкой на слезы. Я отхлебнула из своего стакана порядочный глоток и стала уже под новую песню смотреть кадры с полуторками на фронтовых дорогах, а потом "Песенка фронтового шофера" закончилась, и я увидела на сцене Полину, точнее, сперва услышала, потом уже увидела. Как на ней оказались пилотка и гимнастерка, не знаю, но у микрофона она стояла уже не в том, в чем вошла в кабак.