Наследство. Моя сиротка (СИ) - Баева Валентина - Страница 2

— Я не бледная! Все, как хочешь! Я ушла! — взмахнула белым хвостом при повороте, и зашагала к выходу, демонстративно виляя узкими бедрами.

Она красивая девочка, грезящая о богатом муже, большом доме и куче детей. Судьба ее еще не сильно изранила и юная мечтательность вызывает у меня улыбку по отношению к ней. Даже немного завидно лёгкости ее характера и весёлому нраву.

— Да иду, стой уже, — натянула юбку, бросив последний взгляд в зеркало и побежала за Юлей.

Догнав, взяла под руку и подмигнула милой подруге. Люблю ее за искренность, что порой так греет душу.

— Говорят, тебя Ромыч бросает.

— С чего это? Он всего лишь выпускается.

Знаю откуда эти сплетни. Это все Ирка злорадствует. Никак не уймется влюбленная дуреха. Она таскается за Ромой с первого его появления, чем непомерно меня нервирует. Это она устраивала мне темные с появления Богданова. Все пыталась напугать. А может и покалечить?!

— Ну, любви на расстоянии не бывает. Да и динамишь его уже год, такие и недели не ждут. А сейчас свободу почувствует, — с сочувствием посмотрела подруга.

— Ты же знаешь, он сам настаивает пока не переходить эту границу. А мне что накинуться на него?! Я конечно не ханжа и не держусь за невинность, как за золотое руно, но и насиловать не буду, — смеюсь с выражения лица Юльки, что так артистично сгримасничала.

С самого начала отношений Рома решил, что поступать надо по старинке. Свадьба, а потом уж и секс. По началу мне казалось это правильным, романтичным и безумно благородным явлением. Но спустя время это стало тяготить. То ли это гормоны, то ли порыв чувств, но каждое касание молодого человека стало испытанием. Мне хочется его каждой клеткой. Попробовать, прочувствовать и просто утонуть в нем. И его сдержанность становится сексуальной пыткой и причиной раздражения.

Дойдя до главного здания с актовым залом, где сегодня намечено праздничное мероприятие, нас ожидал Рома. В неизменно облегающей футболке и низко посаженных джинсах, что так красиво сидят на его узких бедрах.

— О чем смеётесь красавицы? — Рома оттолкнулся от двери и хищно посмотрел на меня, от чего спёрло дыхание.

Знаю, как ему нравится, когда на мне белая блузка и красная юбка-карандаш.

— О тебе, милый. Юля считает, что ты не достаточно хорош для таких как мы! — слегка иронизируя взмахнула рукой.

Рома подошёл ко мне и, наклонившись, мимолётно поцеловал в губы. Но в эту игру играют вдвоем! Прильнула к мужскому телу и ноготками прочертила линию к поясу на джинсах, почувствовав как под рукой напрягаются мышцы.

— Конечно, милая, разве с вами можно тягаться? Пойдёмте, несравненные мои, там заняли места для нас, — напряжение в голосе сдает его состояние и мое внутренне я, несомненно, может ликовать.

Потянув меня за руку, втянул нас в забитый людьми актовый зал. Рома быстро отыскал друга, что так учтиво занял нам места. Но, к моему счастью, только два. Так что, с чувством своего триумфа, уселась на колени к Роме, не забыв слегка поерзать и удобно разместить свою пятую точку. Парня на долго не хватило и, обхватив мою талию, прижал к себе, надёжно зафиксировав. Но счёт точно два-один в мою пользу!

На сцене, после оглушающего визга микрофона, нас попросила о тишине и внимание Зинаида Ивановна. Статная женщина сорока пяти лет, напоминающая по внешности оперную диву. Мы так за спиной ее и называем: «Дива».

— Дети, у нас сегодня важный гость — Михаил Станиславович Орлов. Он хотел бы поздравить наших выпускников и пожелать им доброго пути. Поаплодируем!

Под громкие аплодисменты, на сцену вышел мужчина лет тридцати. Он не идёт, а словно плывет с поднятыми глазами, смотрящие на нас с высока. Идеальный костюм не скрывает его мощного тела с широкими плечами. Издалека видно, что в нем кроется сила и власть. Он словно сошёл из мужского журнала. Я ненароком всмотрелась в его строгое лицо, слепленное скульпторами. Мне стало не по себе от ледяного взгляда, брошенного на нас со сцены. Страх граничащий с любопытством, не может не взволновать.

Он никак не вяжется на фоне потускневших и пыльных декораций, что пережили здесь несколько поколений. Словно очутился здесь по недоразумению, по ошибке судьбы.

От осмысления происходящего на сцене меня выдернуло нежное касание по шее. Ромка залез под блузку и ноготком провел по чувствительной коже, вызвав смех от щекотки. Я залилась румянцем от прикованных к нам взглядов и намереваясь отомстить, плавно скользнула по коленкам. Рома привлек меня за подбородок и шепнул на ушко:

— Дашь, давай свалим отсюда. Не хочется смотреть на очередного толстосума. Можем уйти в город, там вчера включили фонтаны, — мурашки по коже от его голоса.

— Я не против, только надо теперь просидеть выступление, чтобы уйти незамеченными, — надула губки и приникла плотнее к парню.

В это время Михаил Станиславович заканчивал свою пламенную речь, причем по его лицу трудно разгадать хоть одну эмоцию. От такой картины высокомерия, мне захотелось сбежать прямо сейчас, как тому таракану, которыми он нас считает.

— Ром, я пойду, выйду в туалет, а ты за мной, — план быстро созрел у меня в голове.

— Встретимся у забора, — подмигнул и подтолкнул в направлении к выходу.

У двери, как из шляпы фокусника, появилась учительница по воспитательной деятельности — Нина Александровна, долговязая женщина с идеальным, как всегда, пучком на голове.

— Коболь, ты куда? Вернись на место! — прищурилась на меня своим пронзительным взглядом через очки и указала рукой в обратное направление.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Мне надо в туалет, Нина Александровна! Вы же не предлагаете мне оконфузиться при всех!

— Быстро только!

Кинула взгляд на сцену, проскользнула мимо учителя и направилась к выходу. Открыла дверь и вдохнув свежую порцию свободы, спустилась по ступенькам мимо двух амбалов, криминальной внешности.

— Не учили здороваться? — пробасил один из лысых, перегородив мне путь.

Этот верзила не заставил испытать страх, ну только если отвращение. И что они здесь забыли?

— Не общаться с незнакомцами — это первый пункт, чему учат с пелёнок!

Амбал гаденько улыбнулся, отчего меня передернуло. Мне захотелось выругаться, но сдержалась и гордо посмотрела на наглую морду, не выказывая страха перед чудовищем.

— Смотри какая, Жор! — посмотрел на своего напарника и противно оскалился, оголяя неестественно белые зубы.

— Отстань от нее, они здесь все дикие, да и малолетки. Что с ними связываться?

Это правильно, это нормально! С дикими я полностью согласна, так как уже готова вонзить свои ноготки поглубже в эту толстую кожу, если придется конечно.

Но кажется верзила не согласен с другом. Его маленькие глазенки так и шарят по мне, не упуская ни одной детали. Как будто раздевает и от этих ощущений стало тошно и грязно.

— Да что нам будет?! — усмехнулся и подмигнул мне.

Мое тело напряглось, когда его рука взлетела в моем направлении и замерла от стального голоса за спиной.

— Тебе сейчас объяснить?

Гадкая ухмылка сразу слезла с лица здоровяка. А я заликовала и не смогла отказать себе в сладкой мести.

— Служить! — победно промурлыкала и сделала шаг в сторону.

Я уже почувствовала, как нервы отпускают меня и дышать стало легче, пока за спиной не обратились ко мне, настолько же грубо и властно.

— Стоять! — не напрягая голосовых связок, скомандовал мужчина.

Так командовать надо уметь, честное слово. Остановилась, как солдатик и повернулась к Михаилу Станиславовичу. Не лицо, а камень, только глаза выдают суровость, направленную в мою сторону. Меня словно окутал липкий страх. Ощущение, что скажет спрыгнуть и я секунды не помедлю, исполню.

— Как твое имя? — мужчина не сводит с меня своих голубых глаз и что-то не понятное плещется в них, заставляя не сводить с них взгляда.

— Дарья Коболь, — на автомате выдала всю информацию, только бы остаться в дали от него.