Обстоятельство непреодолимой силы (СИ) - Ночь Майя - Страница 20

На белом снегу появилась фигура девушки. Она направлялась к ним.

— Олег, — подойдя к ним, обратилась она к Довлатову, — а вы мой рюкзак не находили?

Парень посмотрел на Алексея:

— У нас рюкзаки есть какие-нибудь?

— Есть, — кивнул Алексей и принялся поочерёдно открывать ящики, найдя нужный он указал жестом на находки:

— Вот, здесь все рюкзаки, что нашли…Как там Трошев? — поинтересовался он.

Милова уже опустилась на колени и склонилась над коробком в поисках:

— Жар у него. Плохо ему, — пояснила Агата, и, вытащив небольшой рюкзак, прижала его к себе, — ох, слава богу!

Девушка уже собиралась идти обратно, как Алексей её остановил:

— Стой, насколько серьёзно? — внимательно смотря на неё, уточнил мужчина.

— Я надеюсь, что ошибаюсь, но есть подозрение, что сломанное ребро что-то повредило внутри, — тихо пояснила Агата, но я могу ошибаться, — вновь повторила она.

— А если ты не ошиблась, то что будет? — вдруг спросил Олег.

— Ему нужна медицинская помощь…и чем скорее, тем лучше. Без неё он может…, - и Агата замолчала осторожно, смотря на хмурые лица мужчин.

— Понятно, — перебил Алексей и потёр висок. Их взгляды с девушкой встретились.

Уже вторую ночь они дежурили около Трошева. Он постоянно стонал и его лихорадило. Агата старалась помочь чем могла. В её походной аптечке много чего было, но главное, что она взяла — антибиотики.

Конечно, многое девушка делала наугад, она не могла воспользоваться благами медицины и сделать хоть какие-то исследования, чтобы знать наверняка. Увы, у неё не хватало опыта. Но она не сдавалась что могла, то и делала. К середине ночи Антон притих и даже задремал. Агата, усевшись рядом и прижав колени к груди и обхватила их руками, оперлась спиной об снежную стену. Её рост позволял свободно сидеть не сгибаясь, в отличие от Олега и Алексея. Мужчины спали чуть поодаль, прикрывая рукой лица от света фонарика, который она включала среди ночи, чтобы проверить своего пациента.

Прикрыв веки, Агата устало вздохнула и выключила свет. Она чутко прислушивалась к дыханию Трошева. Оно было тяжёлое, хриплое, но равномерное, значит, мужчина всё-таки заснул. Усталость одолевала её, и она не заметила, как фонарик выпал из рук. Инстинктивно дёрнувшись, она открыла глаза. Спать ей было нельзя! Склонив голову на колени, она задумчиво посмотрела на Смелова. Глаза уже привыкли к темноте, и она хорошо могла различать его черты, проглядывающиеся из-под его ладони.

Когда-то вот также по ночам, она наблюдала за ним, а он и не догадывался. Вчера она заметила привычный жест, до боли знакомый. Он вновь тёр висок, а это значило лишь одно, к нему вернулись головные боли. «Как давно это произошло?» — мысленно задумалась девушка. Воспоминания вновь вернули её на несколько месяцев жизни назад… В длинные счастливые ночи в его кровати.

Он бережно её целовал, заглядывая в глаза. Сейчас она уже не отводила взгляд. Теперь ей хотелось знать, что он чувствовал? Любил ли он её? Она пыталась поймать в блеске этих карих глаз хоть какой-то знак. Но она не знала. Да и если увидит эту любовь, сможет ли она понять? Она совершенно не разбиралась в мужчинах. А может это просто страсть, просто увлечение? Возможно её мама права… Она не знала и вновь, и вновь заглядывала в эти глаза, которым хотело подчиняться.

Его рука осторожно коснулась её бедра, и она судорожно выдохнула, почувствовав, как по телу пробежала дрожь…

— Девочка моя, — тихо шепнул он ей на ухо, и его рука вдруг стала напряжённой, в глазах застыла боль, и Алексей тихо простонал.

Это чёртова боль, которая делала из сильного человека, в одно мгновение такого беззащитного.

Агата бережно обхватила ладонями его голову и провела тонкими пальцами по нывшему виску.

— Сейчас всё пройдёт, — вкрадчивым голосом произнесла она и вновь провела пальцами. Она осторожно поцеловала его висок. — Сейчас всё пройдёт… Потерпи….

Алексей послушно опустил ей голову на плечо, и тяжело выдохнул. Её пальцы осторожно выводили круги на его виске, а голос убаюкивал. В такие моменты, казалось, она колдовала и её нежные прикосновения вытягивали всю боль из тела мужчины. Во всяком случае, именно так Агата частенько по ночам унимала его головную боль. В одну из таких ночей девушка и поняла, что сколько бы она старалась не привыкать к Алексею, какая-то невидимая нить привязала её сердце к нему. Незаметно для неё самой.

Тихий стон Трошева заставил Агату прийти в себя, она мотнула головой и подползла к мужчине. Наклонившись над бизнесменом, она попыталась понять, спит он или нет? Его глаза были закрыты и, видимо, Антон спал. Потрогав его лоб, Агата удостоверилась, что жар утих. «Ну и слава богу!» — мысленно успокоила себя девушка. И уже хотела сесть поудобнее, как Трошев вдруг схватил её за руку.

— Где мы? — еле слышно прохрипел он.

— На горе, в укрытии, — приблизившись ближе, шепнула ему девушка.

— Алексей здесь? — вновь хрипя, спросил Антон.

— Да, здесь — отозвалась тихо девушка.

Трошев, вдруг поманил её пальцем, облизывая сухие губы и еле слышно произнёс, когда она приблизилась к нему:

— Ты за Алексея держись, он вытащит тебя отсюда, — и открыв вдруг глаза, посмотрел на неё мутным, болезненным взглядом, — тебя он вытащит.

Агата, взяв его исхудавшую руку, погладила её и мягким голосом произнесла:

— Вам нужно поспать, Антон! Сон лечит… Всех нас спасут обязательно, не переживайте.

Трошев посмотрел куда-то за спину девушки и вновь облизнул сухие губы.

— Ты меня прости, если тебя обидел, — задумчиво водя взглядом по их укрытию, выдавил мужчина и закашлял.

— Всё хорошо, пить будите? — спросила она мужчину, тот молча кивнул.

Достав из-за пазухи флягу, которую она грела своим тёплом, чтобы вода была не холодной, девушка напоила своего пациента и, подождав, когда тот заснёт, вновь оперевшись на стену убежища, погрузилась в раздумья.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Она не могла понять, почему всё так изменилось. А ведь сначала всё было хорошо. У Смелова Агата впервые после смерти папы вздохнула свободно. В учёбу Алексей её не лез, по поводу того, что она вместо общения с друзьями предпочитала читать книги претензии не предъявлял. Его это даже устраивало. Единственное требование Алексея касалось её местоположения. Он должен был знать, где она и куда собирается. Для Агаты это были привычные мелочи, за годы жизни с мамой, она привыкла к такому контролю. Вскоре она не заметила, как полюбила совместные завтраки. Теперь она уже спешно не проглатывала еду с целью быстрее исчезнуть и не подвергаться допросам. Наоборот, она не замечала, как за их разговорами пролетало время. Ей было с ним хорошо, удобно и спокойно. Но счастливая жизнь её продолжалась недолго, вскоре жизнь преподала ей урок.

Когда через месяц она заглянула в баланс своей карты, то удивилась. На балансе было больше средств, чем она планировала. Это была какая-то ошибка и девушка пошла в бухгалтерию, чтобы разобраться.

Женщина, взглянув из-под оправы белых стильных очков, лишь сухо сообщила, что это распоряжение главного и ошибки никакой нет, ей повысили зарплату.

— Нашей Агате Андреевне повысили зарплату? — вдруг знакомый голос, окатил Милову со спины.

Девушка обернулась и встретилась взглядом с Екатериной. Её красные губы растянулись в ехидной улыбке, и она наклонилась к самому ухо Агаты и шепнула, так, чтобы это услышала только Милова.

— Поздравляю, значит, хорошо стараешься, девочка, — хихикнув, бывшая секретарша тут же выпрямилась и уже громко добавила, чтобы все слышали, — Алексей Викторович ценит хороших работников.

И вновь эта ехидная улыбка на красивом лице. Ещё б месяц назад Агате было бы всё равно от этих слов. Но сегодня она явно чувствовала на коже своей щеки отвешенную оплеуху. Чтобы она не забывалась, кто она.