Шёпот ветра (СИ) - Заушицына Ольга - Страница 43

— Ой, прости, больно? — вмиг растеряв боевой настрой, забеспокоилась я.

И зря.

Вместо ответа Пашка придвинулся ближе, впечатав меня спиной в руль автомобиля, и с неожиданной осторожностью поцеловал. Мягко и неспешно, завораживая своим невероятным взглядом и заставляя дрожать от этой невыносимой нежности со вкусом острого соуса. Однако дурацкая баранка руля, безжалостно впившаяся в поясницу, всё портила.

— Я так больше не могу, — выдохнула я, когда губы парня скользнули по моей шее.

— Я тоже, — выдохнул он в ответ, продолжая ласкать чувствительную кожу.

— Этот чертов руль сводит меня с ума! — отстранившись, выпалила я и завела руку за спину, с облегчением потирая ту.

Пашка в ответ недоуменно посмотрел на меня, зависнув так секунд на десять, а потом вдруг уткнулся мне в плечо и задрожал всем телом.

Поначалу я вовсе растерялась, не понимая, что собственно происходит. Но когда с губ парня сорвался смешок, до меня, наконец, дошло…

Этот подлец смеялся! Бессовестно ржал надо мной, пока я, между прочим, нервничала.

— Ты просто мастер портить нужный момент, Китти-Кэт, — успокоившись, заулыбался Пашка и потянулся куда-то вниз. Раздался щелчок, а в следующий миг сиденье плавно отъехало назад. Так, что баранка перестала касаться моей спины. — В другой раз просто прямо скажи мне. Окей? — его ладонь опустилась на мою талию, невесомо поглаживая её.

— Вообще-то я так и сделала, — хмуро напомнила я, переваривая сказанное им «в другой раз», и сладко зевнула.

— Устала? Может, все-таки ко мне? Выспишься.

— Твоя чрезмерная бодрость заставляет меня сомневаться в этом, — хмыкнула я. — Серьезно, Паш, по всем законам логики ты должен был отрубиться часа три назад.

— Я редко когда сплю после концертов, — как ни в чем не бывало, признался он, накручивая прядь моих волос на палец. — Слишком много адреналина в крови.

— Занятно. И как это ощущается?

— Примерно так, — прошептал парень, притягивая меня к себе за подбородок. Губы опять опалило нежностью, а кожу осыпало знакомыми мурашками.

— Может, все-таки поедешь со мной? — когда мы оба начали задыхаться от поцелуев, вновь попросил Паша.

«Нет. У меня смена в клубе».

— Нет. У меня защита курсовой. Нужно подготовиться, — ответила я, избегая его взгляда. Отчего-то ложь теперь давалась мне не так легко, как прежде.

— Тогда уходи, пока я не увез тебя, — парень вскользь коснулся моей щеки губами и помог перебраться на соседнее сиденье.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Ого, уже рассвет, — я уставилась в лобовое стекло, за которым серое небо пронзало пламенеющими стрелами утреннее солнце.

— Да. А у меня через четыре часа утренний эфир на радио, — Паша потер ладонями лицо, выдавая свою усталость. — Буду делиться впечатлениями от концерта.

— Через четыре часа?! Нельзя быть настолько повернутым на своей карьере, Краснов. Нет, ты точно неадекватный.

— И клоун, — усмехнулся он, припомнив наш давнишний разговор.

— И клоун, — согласилась я и закусила губу, игнорируя необъяснимую тоску внутри, что камнем давила на сердце, стоило только подумать о том, что нам вскоре придется расстаться.

— Что, не можешь уйти? — проницательно спросил Паша. — Да уж, вот это ты влипла, Сватова, — насмешливо добавил он, а камень на моем сердце стремительно уменьшился до размеров песчинки.

«Шут гороховый, блин!»

— Знаешь что, Краснов? Удачного тебе эфира! — выпалила я и, не давая себе шанса на сомнение, потянулась к знакомой ручке на двери, сразу же вынырнув из теплого салона авто в утреннюю прохладу.

Конечно же, музыкант выскочил следом за мной.

— Да ладно тебе, Китти-Кэт, я просто озвучил правду, — на мое плечо опустилась рука парня, и мы в обнимку зашагали по знакомой асфальтированной дорожке.

— Я ведь тоже влип, Сватова, — спустя время признался он, а моё сердце тотчас предательски затрепетало.

Мы так и не обсудили статус наших отношений. Да и, честно говоря, мне не особо хотелось их обсуждать. В моей жизни и так хватало обязательств. А отношения — это неизбежные обязательства. Однако и отказаться от Паши я не могла. Поэтому, совершенно не знала, что делать.

— О, наш абрикос, — когда я так и не нашлась с ответом, нарочито-весело протянул парень, остановившись у дерева. — Ого, смотри, уже и абрикосики появились, — Паша протянул ладонь и сорвал небольшой зеленый плод, рассматривая его.

— Абрикосики? Краснов, ты издеваешься? — сложив руки на груди, недоуменно спросила я.

— А ты — нагнетаешь. Расслабься, Кэти, — он притянул меня к себе, коротко целуя. — Не знаю, что творится в твоей голове, так что на всякий случай уточню: я хочу, чтобы мы были вместе.

Заслышав его последнюю фразу, я мгновенно напряглась и уставилась в землю, на что Пашка ответил мягким смехом:

— Какая же ты невозможная, — он на миг прижался губами к моей макушке. — Сватова, я же предлагаю тебе быть вместе до самой смерти. Просто давай попробуем и посмотрим, что из этого выйдет?

— А если ничего не выйдет? — я запрокинула голову и заглянула в глаза цвета грозового неба.

«Если ты не сможешь принять ту, кем я стала?».

— Не узнаешь, пока не рискнешь. У нас только одна жизнь, Кэти. Зачем её тратить на пустые предположения? Делай то, что хочешь, — он усмехнулся и лукаво добавил: — А хочешь ты — меня.

— И кто из нас невозможный? — я с улыбкой посмотрела на парня и крепко обняла его за талию. — Вот как мне с тобой таким быть?

— Главное быть. Просто будь со мной, Китти-Кэт.

— Буду, — пообещала я и, привстав на носочки, поцеловала этого невыносимого, но такого дорогого мне человека.

Буду.

Глава 13

«Привет, Китти-Кэт. Я тебе звонил…»

Я стояла в сумраке утра возле служебного входа «Клетки» и, кажется, в сотый раз перечитывала первую строку входящего сообщения от Паши. Меня так и подмывало открыть его и ответить парню. Но здравый смысл не позволял этого сделать. Во-первых, потому что Паша, скорее всего, уже спал. А во-вторых, я просто не хотела в очередной раз лгать ему. Ведь Краснов обязательно спросит, почему я бодрствую в пять часов утра. А в последнее время я и так врала достаточно.

Прошла уже неделя с того момента, как я согласилась быть с Пашей. Однако временами мой рассудок буквально впадал в ступор, отказываясь принимать эту данность за истину. Наверное, скажи мне кто в тринадцать лет, что в будущем я влюблюсь в Пашку Краснова — задиристого мальчишку, с десятками мелодий в голове, который постоянно изводил нашу преподавательницу по бальным танцам и втихаря учил меня стрелять из воздушки, — то без сомнения услышал бы вместо ответа издевательский хохот. Краснов всегда — ну, ладно, почти всегда, — виделся мне исключительно другом. Хотя, мама постоянно твердила мне, что мы с ним созданы друг для друга. Но тогда я думала, что мама просто подшучивает над нами.

Интересно, чтобы она сказала теперь? Наверняка бы, своё коронное: «Я же говорила».

Господи, как мне не хватало этого её «я же говорила».

Как мне не хватало их двоих.

Я сморгнула слезы и опять уставилась на экран.

«К черту, он мне сейчас нужен», — палец коснулся непрочитанного сообщения, а в следующую секунду перед глазами показалось длинное полотно печатного текста. Из-за нехватки времени Паша частенько писал мне подобные «письма», предпочитая сказать всё и сразу, нежели обмениваться короткими фразами, на которые ни он, ни я никогда не отвечали вовремя.

Я с жадность впилась глазами в текст, беззвучно повторяя слова сообщения:

«Привет, Китти-Кэт. Я тебе звонил, но ты, наверное, уже спала. Мы полчаса как заселились. И это был самый настоящий вынос мозга. Зарезервированную гостиницу якобы «заминировали», и нам пришлось менять отель на частную виллу. Зато теперь я могу всего за пару минут оказаться у моря. Не завидуй, Сватова. Мы обязательно съездим сюда, как только ты сдашь свою идиотскую сессию (терпеть не могу твою учебу, и всё, что отвлекает тебя от меня). Или лучше махнем к океану? Тебе надо попробовать покататься на серфе. Это чистый кайф. Или нырнуть с аквалангом. И не закатывай глаза, Сватова, я вовсе не выпендриваюсь. Может, я мечтаю подарить тебе целый мир? Заметь, подарить, а не утопить тебя в этом мире, как ты, наверняка, подумала. Ну что, ты уже понимаешь, как тебе со мной повезло? Впрочем, что я хочу от человека, который разглядел мои «бесстыжие глаза» спустя тринадцать лет знакомства?