Сидящее в нас. Книга первая (СИ) - Сергеева Александра Александровна - Страница 12

– Я приняла свою судьбу, если ты об этом,– слегка помрачнев, честно призналась будущая королева.

– Этого мало,– вдруг тихо, но жёстко отчеканил наштир. – Мало для того, чтобы в королевской семье процветало благополучие. И я не допущу, чтобы в ней появились даже малейшие раздоры. Наше королевство не столь уж велико, чтобы мы могли себе это позволить. Защита Лиат, конечно, великое дело. Но от короля и его супруги зависит ещё больше. К примеру, состояние дел с теми же Лиатами.

– Ты хочешь сказать, что демонам это не безразлично? – не поняла его мать новоиспечённой Лиаты.

– Им безразличны ваши чувства. Однако далеко не безразличны результаты проявления этих чувств. Ты уже достаточно знаешь о Лиатах, чтобы не заметить одной закономерности.

– Погоди, – понимающе сощурилась Диамель. – Наилтах Третий по прозвищу Свирепый умер странной смертью. Молодой и здоровый мужчина лёг спать и не проснулся. Наутро слуги обнаружили его на полу в странной позе. Его кожа была серой, как камень. Все признаки того, что… Его убила Лиата?– шёпотом высказала она свою догадку.

Астат еле заметно кивнул и опёрся спиной на ограду, бдительно поводя глазами по галерее.

– Как король, Наилтах нареканий не вызывал, – с его молчаливого одобрения продолжила рассуждать Диамель. – Даже отбил нешуточное вторжение имперцев. Значит, его наказали… Лиаты ведь не просто убивают, они наказывают нас за грехи, – напомнила она сама себе. – Единственное, за что его могли наказать, так это за моральную нечистоплотность. Вряд ли за измены жене, – она вопросительно покосилась на Астата.

Тот отрицательно мотнул головой.

– Он обижал свою жену или творил непотребное с женщинами? Про непотребное с мужчинами не хочу даже думать. Такого короля гвардия бы никогда не приняла. А у него было три брата наследника.

– Он её избивал, – приоткрыл тайну Астат.

– Не любил?

– Хуже. Мстил ей за решение собственного отца женить его вопреки сердечной привязанности к другой девушке.

– Жена-то в чём виновата? – презрительно скривила губы Диамель.

– Она яростно интриговала, чтобы добиться права стать следующей королевой. И добилась своего.

– Погоди. О причине её смерти в летописи королевского рода ни слова. Я правильно поняла, почему? Ведь она умерла спустя несколько дней после мужа.

– Да, Лиаты сочли, что она виновата в смерти короля, которого они наказали за жестокость по отношению к ней.

– Это нелепо, – вынесла свой вердикт Диамель.

– Это демоны, – поморщился Астат. – Нелепо, что такая умная женщина, как ты, до сих пор пытаешься наделить их человеческими признаками. Диамель, это не люди. В них абсолютно ничего человеческого. Ни капли, ни высохшего следа от той капли. Демонами движут лишь две вещи: голод и безопасность. Только с этой позиции Лиаты и смотрят на окружающий мир. Как ты думаешь, почему они пожирают тех, кто совершает злодейства против людей? Почему бы им не пожирать тех, кто ближе к ним в данный момент. Они ведь сугубо практичные существа. Мораль для них пустой звук, ибо они лишены ума и души.

– Неужели они связывают свою безопасность с нами? – удивилась такой нелепости Диамель. – Разве мы способны их уничтожать?

– Дело не в том, на что способны люди. Дело в том, что этого не знают демоны. Анализировать они совершенно не способны. Как и познать нас. Но они видят, на что люди способны в борьбе друг с другом и другими хищниками. Хищники едят людей, они… назовём это так: тоже едят людей. Люди убивают хищников, отсюда очевидный вывод: люди способны уничтожать демонов. Можешь назвать это арифметикой примитивного понимания. Именно поэтому им нужны наши тела: человеческий мозг помогает им обретать в своём роде мышление. Конечно, во многом ограниченное, но вполне дееспособное. И это самое мышление навело их на мысль, как поедать людей и не вызывать у тех желание найти управу на очередного хищника. Они приняли нашу мораль за догму и следуют ей неукоснительно. Заметь, не законы, а именно мораль. Поедая худших из людей, демоны превращают остальных в своих поклонников.

– Это мне как раз понятно, – задумчиво пробормотала Диамель, уставившись на крепостную стену напротив. – Наилтаха наказали за жестокость, и его жену наказали за то же самое. Жестоко ломать человеческие судьбы в угоду своим прихотям, жадности или честолюбию. Но ты пришёл поговорить о другом, – спохватилась она, посмотрев наштиру в глаза. – А мы свернули на иную тему. Верней, ты на неё свернул. Почему?

– Понял, что не нахожу слов для такого разговора, – честно признался Астат.

– Тогда придётся их найти мне, – решительно настроилась будущая королева на прояснение наиважнейшего вопроса. – Я сказала, что приняла свою судьбу. Но ты не спросил: а приняла ли я Саилтаха.

– Ты умная женщина, – вздохнул наштир.

– Прекрати, – поморщилась Диамель. – Если уж я вынуждена быть умной женщиной, не пытайся притворяться дурачком. Я тебя не пожалею. Я даже себя пожалеть не могу. А уж тем более Саилтаха, на голову которого свалилась. Астат, – постаралась она сохранять привычную маску спокойствия. – Я не могу пообещать, что полюблю своего мужа. Тут уж, как получится. Я знаю, что ты любишь его, как сына. И очень хочу тебя успокоить. Есть только две вещи, которые я могу обещать ради твоего спокойствия и…, – теперь уже вздохнула она. – Благополучия в Суабаларе. – Я никогда не буду врать Саилтаху. У меня не было времени и возможности узнать его лучше. Однако и без того видно: Саилтах не потерпит моей лжи. Не такой лжи, какая случается из страха или по недоразумению, а настоящей: намеренной и циничной. Я не стану изображать чувства, которых нет. Но больше никогда не оскорблю его недопустимым равнодушием.

– Принято, – раздалось за её спиной.

И на галерею шагнул его величество Саилтах Рашдар Восьмой. Шагнул из двери, что вела в покои его нынешней любовницы.

– Подслушивать некрасиво, – вздрогнув, обернулась к нему Диамель.

Король ожидал продолжения в виде проповеди его любвеобильной натуре. Однако его будущая супруга, казалось, вообще не придала значения этому событию.

– А второе обещание? – на полном серьёзе потребовал он.

– Я буду помогать тебе во всём, – пообещала Диамель от чистого сердца. – И поддерживать во всём до конца.

– Даже в очевидных преступных глупостях? – хмыкнул Саилтах, подмигнув сдержанно улыбнувшемуся Астату. – Я бы даже сказал, губительных.

– Надеюсь, этого не случится, – ушла от ответа Диамель и склонила голову: – Мне пора отдохнуть, ваше величество. Вы не против, если я удалюсь?

– Нисколько,– вновь хмыкнул тот.– Только действительно ложись спать, а не мечись по своим покоям в ожидании утра. На церемонии можешь зевать или дремать: невелика важность. Но если после нашей свадьбы ты будешь сонно моргать в седле, мы никуда не поедем. Мне не нужно, чтобы моя королева свалилась с лошади. И сломала себе чего-нибудь в первый же день семейной жизни.

– Я немедленно лягу спать, – вновь поклонилась Диамель.

Приветливо кивнула Астату и направилась в свои покои. Ничего интересного за её спиной не прозвучало – мужчины, занявшие огромное место в её новой жизни, не торопились впускать королеву в свою.

Любимый замок Саилтаха:

Глава 5

Ещё не открыв глаз, она невольно поёжилась, предвкушаю, как сейчас вылезет из-под одеяла. В этом древнем склепе, что они называют дворцом, вечно сумрачно и холодно – даже в самые жаркие дни. И каждое утро ей приходится нырять в этот промозглый сумрак, оставляя тепло под лисьим одеялом.

Диамель вдохнула и открыла глаза. У тахты уже стояли все восемь её служанок. Попытки убедить Астата, что для одной королевы это чересчур, успеха не возымели. Досада берёт, что пять девиц остались при ней после истории с поркой – она бы и этих затаивших на неё обиду гордячек вышвырнула служить куда-нибудь в другое место. Ну, да, всё в своё время. Постепенно Диамель избавится от всех неугодных: какой смысл изо дня в день терпеть присутствие неприятных людей? Тем более, если уж ты королева.