Античная наркомафия - 9 (СИ) - Безбашенный Аноним "Безбашенный" - Страница 148

– А местных дикарей там нет?

– Так в том-то и дело, Фабриций, что практически нет. Ну, на севере только, да и там очень мало, а на юге, если и есть, то совсем горстка. Мы думали, что население там уже есть, поэтому и не строили на остров планов, но он оказался почти пустым, а у нас же рано или поздно народ размножится, и земли хватать перестанет, и куда его тогда девать? Вот, на вырост как раз и Южная Африка напрашивается, и этот большой остров. Раз уж он бесхозный, так зачем же ему зря пропадать? А пока будет где индийский скот разводить и железяки для Тапробаны ковать, чтобы не везти всё это отсюда. Лучше в Онобу Капскую будем больше нужных для неё грузов возить и быстрее её разовьём.

– А люди и техника для производства? Это же тебя пощипать придётся, больше же ни у кого нет. Хоть изделия и простые, не ваши машины, но всё равно их нужно много, и твоими способами это ловчее получается. А это и механизмы, и сведущие в деле люди, и ещё один сведущий во всём этом человек, который будет всё это там организовывать, и с этим ведь тоже не всякий справится.

– Ну, есть у меня такой человек на примете, которому я охотно помогу людьми и механизмами и вообще всем, что ему там понадобится.

– Твой сын от наложницы? – босс сообразил сходу, – Потом ему же тамошнюю промышленность и в наследство оставить думаешь?

– Ты же понимаешь, что нищебродом я парня не оставлю. И Волнию, и Ремду достанутся куски уж всяко побольше и пожирнее, и не обеднеют они, если и Икеру тоже перепадёт не голая обглоданная кость.

– Да нет, всё правильно, – ухмыльнулся Фабриций, – Конечно, надо заботиться обо всех своих детях, и это ты очень неплохо придумал. И наши проблемы решаются, и он у тебя при хорошем деле будет пристроен, и лучше его никто в нём ничего не понимает, и с трудностями справиться ты ему всегда поможешь. А в целом, значит, ближайший смысл этой колонии, чтобы облегчить нам и сделать ещё выгоднее условия индийской торговли?

– В целом – да, для этого. И для ускорения развития юга Африки. Сразу-то это, конечно, не получится, на всё нужно время, но если не затягивать с этим делом, то уже лет через пять вполне можно будет и реальную пользу от него получить. И дальше с каждым годом всё больше её и больше.

– Хорошо, я начну думать над тем, как всё это отписать отцу, чтобы ему было понятнее. Большой остров тоже на недотопленных платоновских атлантов валить будем? – мы рассмеялись все втроём, – Жаль, что в Луже этим никому голову не задуришь.

– Ну, отчего же? – хмыкнул я, – Можно и в Луже, если с умом. О том, что твой отец получает заокеанские товары через Испанию, кому нужно, те выяснят. О том, что их привозят откуда-то из-за Моря Мрака твои люди, в Гадесе знают. Но вот у кого они сами их покупают? Если, допустим, просочится слух, что у каких-то морских торговцев с юга, назвавшихся атлантами, то кто его проверит? Теперь вот ещё и индийские товары начали по сходной цене предлагать, но где они их берут – темнят, подлецы!

– Отличная идея! – заценил босс, когда отсмеялся, – Такие же слухи об атлантах откуда-то с далёкого юга просочатся и с Востока через Птолемеев и подтвердят наши!

– Я могу организовать утечку слуха через мою агентуру, – предложил мент.

– Погоди, тут надо обдумать, в каком виде его скормили нашим, и как наши его переврали при собственном пересказе, – и мы снова рассмеялись все втроём.

Фабриций так и отпустил нас, даже словом не обмолвившись об устроенном на днях бабами скандале. Мы как раз выстаивали на якоре положенный карантин, и спасибо хоть, сокращённый, поскольку мы прибыли не из Лужи, по берегам которой свирепствует эпидемия. Но переговариваться-то мореманам со стражей ничто не мешало. В общем, как в воду Юлька глядела, когда предупреждала, что не очень-то понравится здешним бабам наша затея с завозом в колонии смазливых девок из Индии. Оттуда же бармалеи для тех же Птолемеев роскошных рабынь-наложниц привозят, о чём краем уха вся Лужа слыхала, а тут ещё и наши мореманы похвастались и привезёнными на Капщину цейлоночками, как водится, преувеличив их смазливость, а потом и той одной шлюхой, которую мы привезли на Горгады, и её, естественно, тоже расписав так, что едва ли у самого Муташивы хотя бы одна из его наложниц или придворных ганик реально соответствует. Добавили ли что-то от себя бойцы портовой стражи, Васькин выяснить не успел, да и не столь это важно – ага, после бабьего-то сарафанного радио. Сейчас-то уже улыбаются как ни в чём не бывало, но отряд городской стражи на всякий пожарный притормозил, вдруг помощь понадобится. А позавчера нашему боссу пришлось принимать делегацию от перешуганных и разъярённых мегер, которым сообщили, будто по окончании карантина с наших судов выгрузится сотня индийских девиц с такими статями, что после них на ихних дочек ни один парень даже не взглянет, и это только первая партия, а на Горгадах ждёт транспортной оказии ещё сотня.

Это же хорошо ещё, что из переданных ему наших радиограмм Фабриций знал реальное положение вещей, да и вместимость наших судов после собственного катания на "Косатке" представлял себе вполне адекватно. Но кошёлки-то ведь среднестатистические свои бестолковки подобной мутью себе не грузят, и то, что такие многодневные морские плавания не совершаются в состоянии "яблоку негде упасть", явилось великим открытием для доброй половины протестующих активисток. После этого эпохального прорыва в их познаниях о морском транспорте дальнего действия следующим актом драмы оказался их праведный гнев на проклятых обманщиков, напугавших их своими гнусными выдумками, за которые и виселицы мало. О том, что искать-то надо вообще-то обманщиц, раздувших из мелкой мошки приличное стадо слонопотамов, да ещё и в своей же собственной среде, им как-то и не вспомнилось, что характерно. В общем, устроили тут нашему боссу отдых от гадесского гадюшника. Хренио предупредил меня, когда мы шли к нему на доклад, что не исключена и взбучка из-за неудачно пошутивших чисто формальных виновников этой дурацкой заварухи, но Фабриций только пошутил и сам насчёт перевираемых слухов.

Хотя в принципе-то для него даже это – отдых. Не было счастья, так несчастье помогло, как говорится. Этот гадесский Совет Пятидесяти – змеиный клубок ещё тот, так что у нас он от него реально отдыхает. Как добралась эта грёбаная хворь до Бетики, босс для начала семью в Оссонобу спровадил, а когда и в Гадесе болеть начали, и отцы города сами запаниковали, предложил временно свернуть заседания Совета, дав полномочия для принятия всех текущих решений суффетам, а самим отсиживаться по домам и без нужды не отсвечивать. На сей раз не нашлось принципиальных возражений даже у его извечных противников в Совете, так что решение прошло подавляющим большинством голосов, а Фабриций с удовольствием слинял в Оссонобу и сам. Ведь не сказано же в постановлении, по каким домам сидеть, верно? Значит, на усмотрение самих домовладельцев, а у него и в Оссонобе дом имеется. Мало ли, что другое государство? Об этом тоже в постановлении гадесского Совета не сказано ни слова.

Наташка как считала, так и продолжает считать, что на сей раз главная болячка – корь, по античным временам вполне взрослая и достаточно смертоносная. Не вымерли ещё те, кто перенести её не в состоянии. В отличие от прежнего брюшняка, нет и прямой связи смертности от этой новой хвори с качеством питания. В Риме от неё, конечно, много мрёт рабов и прочей бедноты, даже хоронить не успевают, но не щадит эта эпидемия ни получающих регулярный паёк легионеров, ни сенаторов, питающихся ещё лучше. Много дохнет и скота, чего тоже не отмечалось в прежнюю эпидемию чистого брюшняка. Вирус кори – близкородственный вирусу чумы рогатого скота, и по всей видимости, античный мир имеет дело с ранним штаммом, уже способным поражать и человека, но пока ещё не отвязавшимся от скота. Эдакая переходная форма. Как и в тот раз, до Испании болячка добралась с годичным примерно запаздыванием Свирепствует в Новом Карфагене и его окрестностях, в Бетике в меньшей степени, но тоже стороной не обошла. Есть основания опасаться, что просто ещё не достигла пика заболеваемости.