Свадьба или смерть (СИ) - Сафронова София - Страница 22

Половицы под ногами раздражающе скрипели. Пройдясь по второму этажу, я решила спуститься на первый и осмотреть бальный зал. Моё дыхание в просторном помещении звучало намного громче и чаще, разносясь эхом. Без людей здесь было невероятно тихо и умиротворяюще. Главенствовали не беспокойные души, а величественный мрамор и позолота.

Я заглядывала за бархатную ткань в надежде отыскать там одно из колье. Размеренные поиски всё ещё продолжались. Это задание увлекло меня больше, чем два предыдущих. Удалось сосредоточиться и даже немного унять беспокойство. Складывалось ощущение, что все мы играем в безобидную игру, где главная цель — найти волшебный клад. О финале и встрече с господином и девушками даже думать не хотелось.

Я поднялась на маленький балкончик, с которого Фергус наблюдал за балом в день нашей первой встречи. Прямо там, в самом углу под небольшим стулом, обитым бежевой тканью, лежала квадратная велюровая коробочка. Я аккуратно взяла её, прошлась руками по мягкой ткани и открыла. Множество сверкающих фиолетово-зелёных камней ослепили меня. Ожерелье выглядело волшебно, переливаясь в пламени свечей.

— Вот это да, — с придыханием сорвалось с моих губ.

Название этих камней было мне неизвестно ранее. В нашем доме никогда не было дорогих вещей. Спустя несколько минут завороженных разглядываний, я надела украшение и положила коробку на место, чтобы немного запутать соперниц. Колье тяжело ощущалось на шее, немного оттягивая её вниз.

Глава 18. Часть 2

Поиски прошли быстро и беспроблемно, что не могло не радовать. Улыбнувшись первой маленькой победе, я откинулась на холодное ограждение, чтобы перевести дух, а затем направилась к лестнице, ведущей обратно в бальный зал. Шаги стали даваться тяжелее, напряжение в травмированной лодыжке усилилось. Я совсем отвыкла даже от таких лёгких нагрузок. Здоровая нога зацепилась за длинную часть шторы, пошатнув равновесие. В попытках избежать падения я опёрлась о стену за занавесом. Внезапно моя рука начала проваливаться. От испуга и удивления я вскрикнула и повалилась на пол.

В этот раз обошлось без травм. Мне пришлось приложить некие усилия, чтобы встать и поправить смятое платье. В недоумении я заглянула за штору и увидела там приоткрытую дверь, которая почти сливалась со стеной. Разглядеть что-то за ней было невозможно из-за съедающей темноты. Я схватила горящую свечу из подсвечника и вошла в тёмное пространство. Любопытство взяло верх над инстинктом самосохранения.

Перед глазами появился очередной длинный коридор. Нос пощипывало от сырости. Я медленно шла прямо, после свернула налево, спустилась по шаткой лестнице вниз и наткнулась на деревянную дверь. Сомнения вводили меня в ступор. Что же там скрывается?

Втянув в себя влажный воздух, я шагнула в неизвестность. Дверца бесшумно отварилась. Тусклый свет в потайной комнате непривычно ослепил глаза. Понадобилось несколько секунд, чтобы привыкнуть к нему и осмотреться. Место оказалось странным и непохожим на другие части дома — выбеленные стены, металлические полки, столы на колёсиках и большие контейнеры. Здесь пахло спиртом, дымом и ещё чем-то химическим.

Я прошла к полкам, на которых стояли банки разной величины. Мне не сразу удалось понять, что в них хранится. Телом овладел ужас, когда я присмотрелась внимательнее. В стеклянных ёмкостях с жидкостью находились останки человеческих тел. В специальный странно пахнущий раствор были погружены части конечностей.

Тошнота подступила к горлу. Я отшатнулась назад и закрыла рот рукой, чтобы не закричать. Глаза застелила тёмная пелена. Все слёзы были выплаканы ещё несколько дней назад.

Я упёрлась в один из больших железных контейнеров. Его холод пугающе пронзил спину, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности. Крышка была немного сдвинута. Я решилась заглянуть внутрь, о чём моментально пожалела. В той же жидкости обрисовались размытые знакомые черты и тёмные волосы. Там лежала безжизненная Пенелопа, больше напоминающая восковую куклу.

Я зажмурилась и отошла на несколько шагов назад, чтобы больше не наблюдать эту ужасающую картину. Так выглядел кошмар наяву. Мои глаза наткнулись на золотую брошь и атласный пояс голубого цвета, расшитый мелким бисером. Они лежали на столе с кучей других мелочей. Первую вещь я видела на Жизель, а вторую — на Виолетте в день первого бала. Ребус в голове начал разгадываться.

Не верилось, что такое может происходить в реальности. Фергус так просто относился к смертям девушек, потому что для него они были расходным материалом. Жизнь человека — всего лишь эксперимент, смерть — новые открытия.

Я поспешила убраться из лаборатории как можно скорее. Шок парализовал меня, он заглушил всю физическую боль, направляя её в душевную. Я закрыла дверь в секретную комнату и побежала прочь из этой темноты. Перед глазами стояло ледяное лицо Фергуса, наполненное безразличием и чувством собственного превосходства.

Машинально вставив горящую свечу обратно в подсвечник, я вылетела из зала, срывая по дороге украшение с шеи. Было горько, тошно, противно, страшно. Смесь этих чувств разрывала голову, управляя мыслями.

Я сама не поняла, как оказалась перед дверью в комнату Вильгельма. Безысходность повелевала телом, разумом и пульсирующим сердцем. Войти без стука было невежливо, но правила приличия уже не имели никакого значения.

— Вильгельм, — задыхаясь, выговорила я, вбегая в комнату.

Мужчина испуганно вскочил со стула и подлетел ко мне. Его лицо было спасательным кругом, за который я всеми силами цеплялась, борясь с нахлынувшей паникой.

— Виктория, что произошло? — тревожно спросил Вильгельм, крепко прижимая меня к себе.

— Я случайно нашла лабораторию твоего брата…

— Лабораторию? Что там было? — с ещё большим испугом вопрошал мужчина.

Вильгельм взял меня на руки и положил на кровать, не выпуская из крепких объятий.

— Там… забальзамированные останки. И, кажется, я видела Пенелопу, точнее её тело. А ещё вещи других девушек…

Слова путались, превращая речь в бессвязный поток. Я замолчала, прислушиваясь к сбившемуся дыханию Вильгельма. Он не находил слов, лицо его исказили боль и отчаяние. Всем нутром я ощущала, как множество иголок вонзаются в его душу.

— Мой брат — убийца? — обессилено сорвалось с губ Вильгельма.

Глава 19. Часть 1

— Возможно, это не так, — попыталась я успокоить Вильгельма.

Он всё ещё крепко прижимал меня к груди. Его правая рука сжимала волосы на моём затылке, а лоб касался макушки. Вильгельм был так близко, что я буквально чувствовала каждой клеточкой, как он страдает. Тяжёлые удары его сердца отзывались во мне.

— Я не хочу в это верить, Виктория! Фергус не мог так поступить. Он не был таким.

Я обхватила лицо мужчины ладонями и посмотрела в его зелёные, наполненные отчаянием, глаза. Влага, собравшаяся в их уголках, норовила выплеснуться наружу.

— Вильгельм, мы не можем знать, кто действительно убил этих девушек. Есть небольшая вероятность, что это мог сделать твой брат, но слепо верить в это не стоит.

— Ты права, — ответил мужчина. — Надо разобраться во всём самостоятельно. Не думаю, что Фергус стал бы начинать охоту на тебя. Да и стрелок он хороший. Пенелопу убил кто-то из конкурсанток, если опираться на записи Терезы.

Я содрогнулась от воспоминаний. Убить меня пытался точно не господин Де Вилье. Здесь был замешан какой-то профан, не имеющий большого опыта с оружием.

Вильгельм стал рассматривать порванное ожерелье, лежащее у меня на коленях. Он взял его в руки и коснулся переливающихся камней разных размеров.

— Александриты, — тихо проговорил он самому себе. — Быстро ты нашла его, — добавил чуть громче.

— Да, коробочка с колье была на балконе бального зала. Оттуда я и попала в лабораторию Фергуса. Ты знал, что в доме есть потайные ходы?

— Знал. Особняк был спроектирован несколько веков назад. Коридоры сохранились, но их никто не использовал.