Зона сдвига (СИ) - Нежин Макс - Страница 34

Кто-то где-то убрал громкость сигнала на минимум и несколько десятков наших, не понимая что случилось в городе, несколько часов лежали на земле для того чтобы не привлекать внимания и надеясь на чудо.

Но чудо не произошло.

Спохватились их только ночью их родственники. Прилетев на то место, где должны были быть охотники спасательная группа обнаружила лишь одного живого и несколько тел.

Он остался в сохранности только потому что вовремя увидев опасность прополз несколько десятков метров до водоема находившегося рядом и набрав воздуха сполз под воду. Он видел, как трое дроман мгновенно убив тех, кто пытался бежать, остальных загнали на свой грузовой шагоход, который они вызвали откуда-то неподалеку и увезли в неизвестном направлении.

Вернувшись спасатели, вместе с родственниками похищенных, разбудили меня.

Они, по наивности преувеличивая мои возможности, а может быть подталкиваемые горем и надеждой, просили меня уговорить дроман вернуть наших людей.

И у меня оставалось два варианта — объяснять им что это невозможно… или сделать попытку.

Всё это случилось ночью, а я не знал можно ли тревожить Ун-Ул ночью и не знал можем ли мы ждать до утра и что может произойти с людьми за это время.

Ден отправился к себе, чтобы связаться с кем то из высокопоставленных дроман и выяснить когда мы сможем посетить их.

Через десять минут он вернулся торопливым шагом и сказал что можно сейчас.

Вылетели вдвоем. Дена я взял на всякий случай — прямой нужды в нём не было — я давно и неплохо с помощью Лукаса освоил язык дроман и иногда, к восторгу Танго, даже пел на нем на ходу придуманные песни… которые, по его словам, у меня неплохо получались.

Фрост молчал — говорить смысла не было. Оба знали что шансы равны нулю.

* * *

Все шестеро Ун-Ул сидели в ожидании нас. Трое дроман и трое безразличных, будто отсутствующих «мерцающих».

Я начал с того что извинился за незапланированный визит и сразу же — нельзя было терять ни секунды — приступил к делу.

— Сегодня у нас произошло несчастье. Группа наших людей не смогла попасть домой по причине неисправного транспорта и… — я запнулся подбирая подходящие слова, — попала к вам. У каждого из них дома есть близкие и… они очень сильно волнуются.

Смешно было говорить о волнующихся родственниках тем, кто только недавно убил остальных, но я хотел попытаться. Я знал что разговор будет коротким и возможности ни упрашивать, ни торговаться, не будет.

— Мы были бы очень сильно признательны если бы вы позволили вернуть наших людей к их семьям. С нашей стороны мы готовы к любым ответным шагам в качестве ответной меры и благодарности, — я замолчал — ничего более не имело смысла добавлять, все теперь полностью зависело от дроман.

— Мы не понимаем о чем вы говорите, — холодно произнес один из дроман, — мы не нарушили никаких договоренностей. Люди стали объектом охоты. Вы же не собираетесь запрещать нам охотиться на нашей земле? — его глаза уткнулись в мои и я почувствовал холод равнодушия в этом теле, таком продвинутом эволюционно и таком бездушном.

Даже биться головой о скалу толку было бы больше. Почти потеряв над собой контроль, в порыве бессилия я чуть не сказал, что мы остановим все поставки, если они не освободят людей.

Но это было бы совсем глупо — Ден вернулся бы в город один, а меня убили бы и сбросили бы тело в эту бездонную дыру, которая сейчас была подо мной под стеклянным полом.

— Может быть пришло время новых договоренностей? — я сделал последний и очень рискованный шаг

У дроман не было бровей, но если бы они были, они, наверное, поползли бы вверх от удивления подобной наглостью.

— Равен, возможно ты не чувствуешь ту грань, за которую нельзя переходить, хоть и не выглядишь глупцом. Конечно, мы можем пересмотреть соглашения, но вряд-ли новый вариант понравится людям, — дроман расправил пальцы с когтями более похожими на лезвия.

— Чувствую, — предупреждение и угроза были прямыми, но отступать уже не имело смысла, — Я просто хочу вернуть своих людей. Я отвечаю за них и это моя оплошность.

— Больше нам не о чем сейчас говорить. За твои оплошности пусть тебя наказывает Совет. Впрочем, мы тоже можем сделать это если потребуется. Наш разговор вдвойне бессмысленный если учесть, что ваши люди скорее всего уже мертвы.

Я встал.

Человек предполагает, а Бог располагает. Отоа, как ты сказал однажды… «Есть дороги с которых нельзя свернуть»?

Да, есть такие дороги. И это дорога к себе.

* * *

— Мне будет нужна твоя помощь.

Что-то с моей интонацией было не так, потому что Аиша испуганно посмотрела на меня.

— Только не проси ничего сейчас тебе объяснять — я все равно не смогу этого сделать, — это первой что я сказал как только мы остались с ней вдвоём.

Аиша была единственным человеком кому я буду вынужден довериться и, пожалуй, она стала для меня сейчас единственны человеком которому я хотел довериться. Когда я закончу ритуал она всё узнает первой, но сейчас ей нужно будет просто помочь мне вслепую.

— Макс, ты меня пугаешь, — она забылась и взяла меня за руку.

Я осторожно освободил руку, написал на листке цифры даты и координаты нашей с Танго пещеры и положил перед ней:

— В этот день — не раньше, именно в этот — ты возьмешь коптер и переносное оборудование которое может потребоваться для реанимации. Все что сможешь взять — бери, всё что увеличит шанс на положительный исход — бери не задумываясь. Ты должна прилететь одна. Это важно — ты должна прилететь одна.

Она смотрела на меня остановившимся взглядом.

— Завтра я улечу и не появлюсь очень долго. Не пугайся, всё будет хорошо. Ты просто должна пообещать несколько вещей. Не прилетать до этой даты, никому не говорить о том, что можешь знать где я и что со мной случилось, и прилететь одна когда придет нужный день. И еще — пообещать не бояться за меня.

Кажется, она хотела протестовать, но сдержалась.

— Я обещаю, — голос её был очень тихим.

Я не удержался притянул её к себе и коснулся губами её глаз. Не нужно было этого делать, но всё случилось будто против моей воли.

Странное чувство — я будто прощался с ней навсегда.

Еще нужно было посетить японца и тоже получить от него одно обещание — обещание не прилетать в нашу пещеру до моего возвращения, не прилетать чтобы не случилось.

Кажется, я все приготовил для ритуала. И, кажется, пути назад уже не было.

Выжить бы.

* * *

До темноты оставалось два часа — для моего плана это было наиболее подходящим временем суток. С самим планом возникла заминка — задача захватить живого дроман изначально выглядевшая нелегкой, после некоторых размышлений стала казаться совершенно невозможной.

Я не представлял себе как вообще возможно существо в десять раз быстрее и во столько же раз сильнее довести до состояния при котором я смог бы просто подойти к нему и остаться после этого в живых. Любой из его ударов или укус очевидно был бы для меня смертельным. А мне нужно было не только подобраться к нему но и каким-то образом транспортировать до места, где должен был пройти сам Ритуал.

В конце концов я придумал план, который был бы неплох, если бы у него не было массы недостатков. И одним из самых серьёзных недостатков было, то что скорее всего у меня будет лишь одна попытка.

Суть моей рискованной идеи заключалась в том, чтобы найти одинокого дроман и попасть в него крюком гарпунной пушки. Затем быстро поднявшись на большую высоту долететь до пещеры, на террасе которой я планировал заранее вбить в землю много мощных заостренных стальных прутьев, и сбросить тело на них. Я надеялся что после падения на стальные шипы эта тварь как раз и окажется в нужном мне состоянии — живой, но безопасной.

План был сложным, рискованным и с массой причин плохо закончиться… но другого у меня не было.

Двадцать — с запасом — огромных крюков наподобие тех, что я видел в каком-то фильме про охотников на китов, я заказал на производстве. К счастью мой статус позволял заказывать такие вещи без ненужных объяснений. Там же я поручил изготовить и пятьдесят острых стальных штырей. Я отдавал себе отчет в том, что как бы не разворачивались события во время охоты на дроман — незаметно это сделать я скорее всего уже не смогу. Судя по прошлому случаю пропавших своих соплеменников они ищут сразу. Поскольку я должен был исчезнуть на длительный срок, то, очевидно, что все подозрения были бы направлены в мою сторону.