Кровь альфы (СИ) - Роуз Рене - Страница 6

Я смотрю на него, не отводя взгляд. Я знаю, что Ксавье достаточно умен, чтобы замести следы, но не предполагала, что Франжелико окажется таким параноиком с самого начала. Я не должна удивляться. Из-за этого он все еще жив после сотен, может, даже тысяч лет.

Одно дело думать, что это разумно. Совсем другое — посмотреть в глаза сопернику, который сильнее, быстрее, старше и осведомленные, чем ты, и делать следующий ход.

Подходящий момент, говорил мне Ксавье. Момент, когда он потеряет бдительность. Это все, что тебе нужно. Всего несколько секунд и кол. Если я смогу нанести смертельный удар, Ксавье найдет способ сделать так, чтобы организация короля вампиров была ликвидирована, а их злая работа закончена навсегда. Ксавье обещал мне это. Я просто должна сделать свою часть работы, завоевать доверие Франжелико, чтобы мне выдался шанс. То, что случится потом, меня не касается.

Я никогда не думала, что закончу эту миссию живой.

Люциус играет с прядью моих волос, растирая шелковистые локоны между пальцами.

Я делаю глубокий вдох. Мне следовало бы изображать пассивную и кроткую покорность, но не могу больше ждать. — Сир… могу я спросить… что вы собираетесь со мной делать?

Он улыбается, а я дрожу в ответ, камертон настроен и играет идеальную ноту, только для него. — Ну, питомец, я рад, что ты спросила. — Впервые он кладет руку мне на щеку, касаясь кожи. Сердце подскакивает к горлу, когда его темные глаза впиваются в меня.

— Сначала я отвезу тебя домой. Затем я сделаю тебя своей.

Я с трудом сглатываю. Он играет пальцем на моих губах.

— А сейчас… — он откидывается назад и подает сигнал. Мне требуется мгновение, чтобы определить, что значит этот знак. Я отскакиваю назад и опускаюсь на четвереньки.

— Повернись, — бормочет он и снова подает знак. Медленно повинуясь, я отползаю от него и опускаюсь грудью на ковер. Затем опускаю голову на руки. Мои волосы рассыпаются вокруг меня, словно белая занавеска, за которой я могу спрятаться. Пиджак сползает по моей спине, обнажая задранную кверху попку.

Его ботинок касается внутренней стороны моего правого колена. — Шире, питомец.

Вся моя задница обнажена и не защищена, к тому же направлена прямо на него. Я никогда не чувствовала себя так, как сейчас. Втягивая в себя воздух, я жду, что будет дальше.

Его рука скользит вверх по моему бедру, не прикасаясь, но я ощущаю ее там. Мою кожу покалывает от его присутствия.

Дыши, просто дыши.

— Прогни спину. Сильнее. Вот так. — Вся моя попа вздымается к небу. Я — манекен, фарфоровая кукла, застывшая на месте, идеально выставленная напоказ.

— Красивая. — Горячее дыхание скользит по моим ногам. Я замираю. — Такая красивая. Ты вся мокрая, Селена.

Так и есть. Я сжимаю губы.

— Раздвинь руками ягодицы, — приказывает он спокойно и небрежно, как будто говорит о погоде. — Я хочу увидеть все, что имею.

Закрыв глаза, я высвобождаю руки. Прижавшись щекой к ковру, я обнажаю себя еще больше.

Легкое прикосновение между половыми губами заставляет меня вздрогнуть.

— Спокойнее, — бормочет он, нежно поглаживая мою влажную щелку. Он кружит вокруг клитора, и я слегка подаюсь вперед от его прикосновений. Удовольствие сжимается, закручиваясь спиралью по нарастающей. Он убирает руку, и ощущение рассеивается.

— Нет, питомец. Ты должна это заслужить.

Пальцем он касается моей задницы, смазывая ее собранной влагой. Я всхлипываю, когда он прижимает палец к тугому кольцу мышц.

Люциус хмыкает и убирает руку.

Садится. Раздается шорох ткани. Я представляю, как он вытирает руку носовым платком.

Я остаюсь на месте. С таким же успехом я могла бы быть статуей, которую он заказал высечь из мрамора. Под пиджаком у меня холодела кожа.

— Можешь подняться.

Я встаю на колени, и он протягивает руку, помогая подняться.

— Ты молодец. Я с нетерпением жду дальнейшего обучения.

Мои мышцы сжимаются. Вся мокрая. Нет причин, чтоб так реагировать.

Кто-то подходит к двери, и Люциус отстраняется от меня. Я вся раскраснелась и дрожу. Дышу, просто дышу. Он же вампир. В нем нет ничего такого, что могло бы заставить меня чувствовать себя вот так.

— Пора идти, питомец. — Франжелико подходит ко мне. Он достает поводок и пристегивает его к ошейнику на моей шее. Его темные глаза вспыхивают. Я задерживаю дыхание, когда мы смотрим друг на друга. Я не могу заставить себя опустить глаза.

Уголок его рта приподнимается.

Он выпрямляется и тянет меня. — Следуй за мной.

Мы спускаемся по лестнице и направляемся к черному входу. Охранники в темных костюмах и солнцезащитных очках выстраиваются вдоль дороги, половина смертных и половина вампиров. Мои щеки пылают, когда я предстаю перед ними, босоногая покоренная рабыня. Домашнее животное на поводке.

Мы подходим к двери, и Франжелико останавливается. Охранник протягивает ему что-то, мне не видно, что именно, пока он не поворачивается и не обволакивает меня чем-то мягким. Одеялом.

Мое сердце немного оттаивает, когда он пеленает меня.

Король вампиров крепко обнимает меня, берет на руки и несет из театра в машину.

Люциус

С волчицей на руках я устраиваюсь поудобнее. Она выглядит немного ошеломленной.

Охранник закрывает дверь, и она пытается пошевелиться. Я крепче сжимаю ее.

— Что случилось, питомец?

— Может мне следует вставать на колени на пол?

— Нет. Хочу обнять тебя. — Я тяну ее назад, так что ее голова ложится на мою руку. — Расслабься, питомец. Поспи, если сможешь.

— Да, Сир. — Когда она спокойна, ее голос низкий, успокаивающий, приятный альт. Когда взволнована, он становится высоким и хриплым. Оба варианта воздействуют на мое тело темной магией. Я хочу нянчиться с ней, обращаться с ней, как с хрупким цветком. И еще я хочу сломить ее и поставить на колени, пока она не получит наслаждение и не посмотрит на меня как на своего бога. Я хочу повторять это снова и снова.

Под весом моего нового домашнего питомца мой член грозит вырваться из штанов. Чувствую, что поездка на машине будет долгой.

Я проверяю свой телефон, пока мы скользим сквозь ночь. Финансист получил мое подтверждение на перевод средств. Такой дорогой маленький питомец.

Волчица напрягается. Я сказал это вслух.

— Не волнуйся. — Я тереблю ее шелковистые локоны. — Ты того стоишь.

В перерывах между ласками я звоню Данте и приказываю ему спланировать грандиозную вечеринку через месяц. Чтобы отпраздновать мою новую покупку. Данте обещает сделать эту ночь незабываемой. Я двояко улыбаюсь и вешаю трубку.

Тогда все будет сделано. У меня есть месяц, чтобы подготовиться к одной ночи. Все мои отпрыски должны присутствовать там. Если они хотят устроить переворот, то именно в эту ночь это и произойдет. Я подготовлюсь. Я всегда готов к этому. Цезарь был солдатом и доверял своим людям, но я принц из рода Макиавелли. Лучше, чтобы тебя боялись, чем любили. Когда встречаюсь лицом к лицу со своими врагами, я не просто раню их. Я разрушаю и сжигаю земли.

— Сир? — Ее кроткий голос вырывает меня из моих мыслей. — Зачем вы это сделали?

— Что сделал? — Ей следовало бы знать, что лучше не говорить первой, но я позволяю. Я с удовольствием избавлю ее от вредных привычек.

— Купили меня. — Она закусывает губу, и я прижимаю два пальца к ее рту, чтобы заставить ее замолчать.

— Ты мне кое-кого напоминаешь. Вампира. У тебя волосы того же цвета. — Я убираю пальцы и насухо вытираю их об одеяло. — Когда-то я любил ее.

Между ее бровями появляется морщинка, и я разглаживаю ее.

— О да, я умею любить.

— Что случилось?

— Она предала меня, — отвечаю я. — А теперь молчи, пока я не разрешу тебе говорить.

В ее глазах вспыхивает вызов. А вот и мой маленький боец.

Она вздыхает у меня на груди, выпятив нижнюю губу и глядя в окно.

— Ну-ну, не дуйся. Побереги силы до конца ночи. Я обещаю, что они тебе понадобятся.

Дрожь пробегает по ее телу.