В ритме неспящего города (СИ) - Муравская Ирина - Страница 6

Ну да это не её дело. Ей куда важнее шикарные тачки, заполонившие пустынный участок. Многие водилы протирали своё детище тряпочками, желая выставиться в лучшем свете. Другие подняли капот, красуясь хромированной начинкой. Ничего не поделаешь, такие ночи создавались, чтобы ещё и похвастаться. В этом и была их прелесть.

Да, есть мероприятия, разрешенные полицией, где их маленькое хобби полностью укладывалось в рамки закона. Но такие соревнования теряли главное — дух гонок, случайного единоборства на случайной трассе. Нет. Настоящие стритрейсеры собираются не на одобренных копами площадках, а у светофоров. Вот где самые честные гонки. И да, в них каждый первый — нарушитель, а каждый второй — преступник, но Лорелея обожала это.

Эту атмосферу, рёв мотора, дрифт, виз шин, запахи, игры со смертью, хождение по тонкому лезвию… И нет-нет, Лори то и дело оценивающе поглядывала на окруживших её красоток. А что, вот такой у них конкурс красоты. Когда есть возможность полюбоваться — почему бы не полюбоваться? И это она, если что, не о крутящихся возле машин цыпочках с накаченными бамперами, а о самих тачках, от разнообразия которых рябило в глазах.

— Лорибет! Ты вовремя. Старт через пять минут, — к ней подскочил сияющий Оуэн, отстукиваюсь с прибывшей кулаками — этакое приветствие. Вот он, наглядный образец человека, который так же кайфовал от происходящего, как и она. Собственно, на общем интересе они и спелись.

Роджерс был завсегдатаем подобных мероприятий. Нет, даже не так. Правильнее сказать — он считался одним из основателей нынешних Невадских уличных гонок. Оуэн не только знал каждого стритрейсера в лицо, но и прекрасно был осведомлен, сколько тысяч было вложено в железо под их капотом.

Более того, его автомастерская была открыта на прибыль от заездов, и до сих пор функционировала лишь потому что среди клиентов крутились исключительно гонщики, требующие круче, мощнее и навороченней. То, что обычные мастерские им дать не могли.

Лорелея познакомилась с Оуэном… года четыре назад, на подобной этой ночке. Правда общение у них никогда не выходило за рамки трассы. Никаких совместных прогулок, барбекю или там дружеских посиделок под телек.

Разве только в те несколько месяцев, когда Лорелея, после больницы, подрабатывала у него в мастерской. Тогда вечерком они, бывало, опрокидывали по пивку вместе с работающими там же ребятами: Заком и Лукасом. Но это продлилось недолго. Как только Лори обзавелась Камаро, она оттуда свинтила.

Нет, та работа ей не по душе. Мало того, что фиксированная оплата не позволяла разгуляться, так ещё и часами ковыряться, доводя до идеала чужие тачки с которыми ей же потом возможно придется столкнуться на заезде… Эгоистичная натура не позволяла стараться ради кого-то. Нет. Не её это.

И вот теперь их общение снова ограничилось лишь ночными встречами, короткими смс и редкими поездками до мастерской, если Лорелее что-то было нужно для своих крошек. И этого хватало. По сути своей она была одиночкой, и преспокойно обходилось компанией Ханны. Никого другого и не надо.

— Ты сегодня как обычно? — Оуэн с нежностью окинул взором Камаро. Так обычно смотрят на любимых женщин.

— Ещё спрашиваешь, — хмыкнула Лори. — Кто соперники? Кому буду надирать задницу?

— М-м-м…. Тебе понравится, — кивок в сторону, где в окружении “знойных” девочек в коротких шортиках крутился довольный таким вниманием высокий, темноволосый и вполне сгодившийся бы под определение “смазливо-симпатичный” парень. Надо же, какие люди… Лори издалека узнала его. Как и он её.

— Лорелея, — расплылся в улыбке тот. Можно подумать увидел давнего друга.

— Здравствуй, Джесси, — оставив Оуэна, Лори подошла к бывшему. — А я-то думаю, чего это детским шампунем завоняло.

Джесси не без труда выдавил из себя усмешку. Всё-таки рядом топтались на длинющих шпильках вполне возможные варианты для приятного времяпрепровождения на ближайшую ночь.

— Рад, что ты всё ещё в деле. Думал, больше тебя не увижу.

Ну, конечно. Он, видимо, рассчитывал, что она где-нибудь покончит жизнь самоубийством, уповая на свою ущербность. Ведь расстались они сразу после злополучной аварии. Лорелея лежала в больнице, по факту с переломанными костями, а Джесси в это время развлекался с пустоголовыми девочками на вечерниках, забыв о том, что у него была девушка.

Собственно, в последний раз они виделись в её палате, когда валявшаяся в койке Лори запустила в него вазой с цветами, не забыв сопроводить все свои впечатления нецензурной бранью. А потом Джесси уехал из города. И вот, как оказалось, вернулся.

— Ну что, малыш, готова посоревноваться? Давненько я тебя не имел, — самодовольства на лице Джесси хоть отбавляй.

Лорелея едва не закатила глаза до небес. И где только понахватался такой уверенности? Наверное, стоит ему напомнить: что по чём. Так что на её лице вмиг расцвела улыбочка, выставляя на всеобщее обозрение милые ямочки на щеках.

Ох, эта улыбка… Для кого-то она была дьявольски очаровательная, для других, более осведомленных, ядовитым капканом. Так Лори ещё и пристроилась к Джесси поближе, заигрывающе скользя пальчиками по его скулам, очерчивая ноготками контуры шершавых губ и обдавая горячим фруктовым дыханием.

Полный нокаут. Никто не мог сопротивляться, когда она так делала.

— И то верно, — томно вздохнула Лори. Много времени не понадобилось, чтобы почувствовать, как тело парня обрадовалось подобному вниманию. Его обычная реакция на женщин. Любых. Кобелина чёртов. И, конечно же, мы не могли не уставиться на расстегнутое в несколько пуговок декольте. Ну всё. Пора стащить этого клоуна обратно на землю. — Вот только… неужели ты забыл?

— Что забыл? — не понял тот, не в силах оторвать глаз от мельтешащей напротив груди.

Лорелея снисходительно вскинула бровь, повышая голос. Так, чтобы крутящиеся рядом красотули тоже услышали.

— Что твоя голова находилась между моих ног чаще, чем я под тобой. Так что выходит, что это я имела тебя, — ласковые всего мгновение назад пальчики насмехающе шлёпнули парня по щеке, отрезвляя. — И поимею снова, мой безропотный бельчонок. Так что хватит трепать языком. Садись за руль и готовь денежки… Малыш, — последнее брошенное слово так и сквозило отвращением.

Джесси, поубавивший спеси, проводил ненавистным взглядом удаляющуюся к серебристой тачке бывшую девушку. Лорелея уже не слышала, а вот оставшиеся возле него девочки явственно различили процеженное сквозь зубы “сука”.

Раздался гогот. Стоящие неподалеку гонщики обладали отличным слухом. Джесси взбесился окончательно. Почти сразу хлопнула дверца водительского сидения ярко-голубой Тойоты. Сверкнули фары. Заревел мотор. Обиженный мальчик завёлся.

Лори было плевать. Бывшего парня она никогда не воспринимала как конкурента. Не заслужил. Как и доставшегося ей в соперники тощего салагу, которому было важнее повыпендриваться, чем победить. Об этом красноречиво говорил его сиреневый мини-купер. Сиреневый? Серьезно?

Единственный, кто мог составить ей достойное противоборство, был темнокожий парень на чёрном Феррари. Серьезный, молчаливый, собранный. По сторонам не смотрит, участия в дешевом позёрстве не принимает… Но и на его счёт Лори особо не заморачивалась. Победа — это, несомненно, приятно, но для неё был важнее сам факт гонки.

Четыре тачки, участвующие в заезде, тронулись с места. Большинство рвануло за ними, чтобы не пропустить самое интересное. Им необходима другая трасса, более широкая. Где машины смогут выстроиться в ряд. Узкая дорога Конестога Драйв для этого не подходила, на ней можно было устраивать лишь дуэльные заезды. А это значит — выезжаем в город. Пора поиграть в “дрег рейсинг”.

Челлендж, сити-стайл, сити-джангл, Переполох, Спринт, Слалом, Пушечное ядро — направлений в уличных гонках было множество, но Лорелея любила старый добрый и проверенный временем дрег рейсинг.

Заезд на четверть мили и гонка на ускорение в чистом виде — одно из самых зрелищных и динамичных соревнований. И самых адреналиновых. Лори не любила все эти бесцельные катания через промежуточные контрольные точки, игры в “кошки-мышки” и задания с ребусами. Лишние заморочки. Есть старт и есть финиш — всё остальное лишние спецэффекты.