Витки времени - Миллер Питер Шуйлер - Страница 13

— Атлантиды больше нет, владыка, потому что Атлантида разрушена. Я ищу возмездие и знания о Подземном Мире, запечатанном много веков назад, откуда вырвалась серая смерть, сразившая детей Посейдона. Если ты все еще желаешь судить по мне о целой расе, то отомсти за тех, кто погиб!

— О! — резко и быстро выдохнул принц, словно всхлипнул. — Я ожидал... иного. Подземный мир все же напал. Опиши мне, что произошло.

И я рассказал ему о провале, поглотившем Луду, об урагане, который высосал воздух из наших огромных пещер, и о серых смертоносных спорах, поднявшихся из глубин чудовищным образом уничтоживших жизнь нашего мира. Он слушал, и на его лице был страх до тех пор, пока я не закончил.

— Клеон из Юздрала, — сказал он, наконец, — мы отомстим за Атлантиду. Мы, жители Тулы, познали долгую жизнь. Я видел подземный мир еще до того, как его запечатали. Если он каким-то образом нашел путь наружу, у нас есть лишь один путь — война. Подготовка займет много лет, поскольку мы уже разучились сражаться. Я умру задолго до нашей победы или поражения, но я покажу тебе вход, через который можно проникнуть туда незамеченным, и, Клеон, если ты начнем сомневаться в своем решении, послушай меня. Следуй тому, что считаешь правильным.

Тридцать лет — это долгий срок, и за это время было сделано многое. Стало ясным, что никто не выжил, кроме сотни тысяч жителей Тулы, четверть из которых готовилась к войне. В течение двадцати лет после того, как я достиг зрелости, мы усовершенствовали самих себя и наше оружие до такой степени, что стали надеяться победить существ, о которых знали только из заплесневелых, давно забытых записей. У нас был луч, пробивающий камень, инструмент, использовавшийся моим народом много лет назад, и заграждение из голубого пламени — творение Повелителей, но ничего больше. Я тщетно искал древние рукописи, в которых упоминалось о молниях Зевса, оружия с Первой Планеты, но все сжег фанатик, стремившийся к переменам. Итак, мы подготовились.

В небольшой пещере, прямо над проходом в подземный мир, мы построили нашу первую крепость и город, неподалеку от разлома глубиной восемьсот километров, который вел в опустошенный внутренний мир. Проход мы также укрепили, а затем вырезали вторую цитадель где-то в каменной пустыне среди гор, окружающих море Подземного мира. Если падет первый город, то выход на поверхность автоматически запечатается, дав передышку оставшимся жителям Тулы.

Я никогда не забуду, как впервые увидел Подземный мир. В огромной пропасти разлома парило множество аэромобилей, перевозящих пятидесятитысячную армию в обширный черный город, построенный в громадной пещере. Крепость окружала тонкая красная полоса орихалка, готовая разжечь пламя, через которое не пройдет ни одно живое существо известного нам мира. Вдалеке, по бокам огромной арки входа, стояли длинные низкие укрепления, а три гигантских стены голубого пламени запечатывали сам вход. Под городом, постепенно сужаясь, уходил в бесконечную тьму разлом. Он закрывался с обеих сторон: причем с одной — тройным заграждением.

Барьер опустился, и я медленно прошел сквозь арку между нависающими стенами фортов и попал в продуваемый ветрами проход в милю длиной, плавно уходящий вниз, на выходе из которого меня встретила скала и россыпь черных валунов, раскрошенных и развороченных, словно кто-то тут поработал огромным молотом. Вдалеке, слева, где-то за утесами, плескалось бледное море. Наверху нависали светящиеся облака, закрывая собой потолок огромной пещеры, который, судя по кривизне стен, должен быть, не так уж и высок — максимум в полутора километра. Справа перед глазами вновь представал разлом, на этот раз, расширяясь и ведя в недра планеты, он постепенно пропадал из виду вместе с отвесной дальней стеной пещеры.

До тех пор, пока мы полностью не подготовились, никто не смел покидать пределы гор. Затем, возглавив флот из сотни аэромобилей, я полетел над пустошью, следуя карте тех, кто тут бывал много лет назад. Пройдя черную каменную пустыню, мы понеслись над сплетенными джунглями ужасных растений: гладких щупальце-подобных деревьев, растущих из окутанных паром водоемов с расползающейся желтой пеной, склизких, извивающихся конечностей каких-то существ, бесформенных багровых грибов, оставляющих сочащиеся язвы на гладкой, похожей на кожу, коре деревьев, словом: адское живое болото. Огромные, похожие на орхидеи, гниющие цветы отвратительного пурпурного и ярко-красного оттенков цеплялись к стволам и веткам, раскачиваясь в поисках пищи, распространяя зловоние и запах гнили, поднимающиеся из болот. Повсюду в застойных водах, медленно дрейфующую желтую пену баламутили какие-то бесформенные существа. То одно, то другое щупальце взметалось из тины и возвращалось, капая какой-то гадостью с чашеобразного оранжевого конца ветки, медленно засасывая извивающееся в агонии создание. Один раз мы видели огромную бледную личинку больше человека, слепо рыщущую в клубке переплетенных корней, тело которой было полностью облеплено грибами. Отталкивающее, отвратительное зрелище, и мы с радостью обогнули крутой черный берег, низко летя в поисках природного амфитеатра, который лежал где-то за этими полными жизни топями.

Наконец мы увидели его: узкое, поднимающееся ущелье, ведущее в широкий овал с низкими стенами. Здесь мы построим нашу вторую крепость, где мы станем спокойно дожидаться, пока наши корабли не найдут неизвестно как выглядящий город существ, чем бы он ни был, как далеко в сердце болот он бы ни лежал. Мы были готовы к строительству, и скоро лучи начали резать камень, поднимая облака пыли, и мощный приземистый город стал расти на гладкой равнине — низкий, чтобы быть плохой мишенью для ракет, с толстыми стенами, с природной каменной крышей, с широкими входами для аэромобилей и многими рядами помещений, занимающих площадь почти равную любому гигантскому вентиляционному сооружению, сотнями каких были построены на поверхности. Вокруг крепости и на входе в ущелье протягивались тонкие полосы орихалка, служившие источником защитного пламени. И все это для обороны. Нам предстоит многое узнать о тех, с кем придется сражаться, прежде чем мы выберем подходящее оружие.

На месяцы мы потеряли связь с первым городом, и теперь, наконец, я повел половину наших людей обратно, за подкреплением. Низко пролетая через туман, стороной огибая берег для большей безопасности, мы полетели к трижды защищенной арке, ведущей в нашу великую крепость. Вскоре показался зияющий коридор, и мы стали взбираться по извилистому туннелю, выскочили неподалеку от входа в пещеру — и замерли, ошеломленные, испуганные и озадаченные. Тройное заграждение исчезло!

В ту секунду нас волновало только одно — судьба наших товарищей, и мы безрассудно ринулись в пещеру через огромную арку. Где прежде были надежды, осталось лишь отчаяние. Обращенные в серый, расплавленный шлак, на полу пещеры лежали горы обломков — все, что осталось от нашего города-крепости, удерживавшейся четырьмя пятыми частями нашей маленькой армии. Люди, аэромобили, припасы — все исчезло, все было безжалостно уничтожено, пока их вождь был в другом месте, руководил работами, за которыми могли присматривать и другие, потакал своему желанию увидеть расположенный в глубине планеты диковинный мир! Осталась лишь масса обломков, расплавленных еще более чудовищным оружием, чем наше. Это означало смерть для народа Тулы, такую же, какая постигла Юздрал и Луду.

Когда мы собирались уйти, из тьмы бездны над нами появился небольшой, способный нести лишь двадцать человек, аэромобиль — единственный выживший при нападении на город. Мы опустились на пол пещеры, чтобы встретить того, кто прилетел к нам. Вытянув руку ладонью вперед, он приветствовал нас.

— Господин, — доложил он, — я посланник Тулы, отправленный узнать о вашем продвижении. Когда я попал в пещеру, то сразу увидел, что защитных барьеров на входе и около городских стен больше нет. Вокруг города блуждали тысяч огромных шаров света, выпускающие потоки пламени, от которого базальт тек, как вода, и превращающие великую крепость в дымящийся хаос, который вдруг стал белым ото льда! Затем шары исчезли в разреженном воздухе, и пещера опустела! Пронеслась мощная буря, а затем, много времени спустя, пришли вы. И, господин, я... я думаю, вы не поверите мне, но ничего, кроме огненных сфер, там не было! Клянусь! Я в этом уверен, ну... или я сошел с ума.