Склонность к дождю (СИ) - Ростова Александра - Страница 30

— Соф, это только его личная проблема, — спокойно сказал Марк. — К тебе это никакого отношения не имеет.

И ведь, действительно, всё не случайно! Больно, слишком больно, но нужно.

Марк поднялся и потянул Софью на себя. Подвёл к раковине. Очень осторожно смыл слёзы с лица. Промокнул салфетками влагу.

Она старалась не смотреть на Марка… Что теперь будет?

— Софьюшка, я чувствовал, что тебе было хорошо… когда я целовал тебя. Да?

Она невольно бросила взгляд на букет. Изумительный букет, подаренный Марком в честь их первого поцелуя.

И обжигающая горечь от слёз стала исчезать. Их поцелуй!

Она вскинула взгляд на Марка.

Да! Было так, как никогда, ни разу, ни на йоту…

Она и вдохнуть не успела, как почувствовала поцелуй… И недавнее болезненно-слёзное удушье исчезло. Мгновенно.

И… волна за волной, волна за волной хлынуло наслаждение. Прекрасное, удивительное… Красивое, как воды Невы…

… — Марк… — едва прошептала Софья. Уткнулась ему в грудь: — Знаешь, в некоторых книгах пишут, что… будто бабочки в животе…

— Да? — он улыбнулся.

— Знаешь… а с ним… было едва заметное трепыхание немощных мотыльков.

Софья подняла голову и встретилась взглядом с улыбающимися глазами Марка.

— Так… И?.. — вопрос кричал и требовал ответа: а с ним, с Марком?

— Торнадо.

Глава 17

Торнадо

Они не сразу поняли, что прозвучал дверной звонок. Показалось? Конечно. Показалось…

Стояли обнявшись — счастливый покой, тишина, понимание, что нашли друг друга.

Звонок в дверь!

Встрепенулись, посмотрели в глаза друг друга — невольная улыбка…

— Тётя Нина!

— Ух ты!

Софья поспешила открывать.

Марк оглядел кухню. Быстро ополоснул чашку…

Что?

Из прихожей доносился мужской голос. Первая мысль была — отец Софьи пришёл.

Что?!

— Софья, прости. Повёл, как дурак себя. Ну, сорвался!

— Будет лучше, если ты уйдёшь.

— Ну сама подумай, я всё осознал, обругал себя последними словами, бабку твою убедил! Примчался сюда и… вижу!

— Дверь открыта.

— Софья, я люблю тебя. Прости меня. Пожалуйста!

Марк снял пиджак и повесил на спинку стула. Направился в прихожую, на ходу засучивая рукава.

— Теперь всё будет хорошо. Это точно. А в последний раз намеренно сделал тебе… немного болезненно, хоть какой-то контраст с безразличием, понимаешь? И чтобы в следующий… ярче было! Чтобы почувствовала и сравнила.

— Так, я не понял, — Марк снял часы и положил на комод. У Алексея лицо вытянулось… — Девушка не желает тебя видеть!

Софья стояла, держась за дверную ручку, дверь была нараспашку.

В одно мгновенье Марк вытолкнул Алексея за дверь, оттеснил к лестнице.

— Она моя!

— Была.

— Я… — голос Алексея сорвался на шипение, — её первый мужчина!..

— Урод ты, а не мужчина.

— Я!..

— Первым быть — не главное. Главное — стать единственным.

— Фр… — дар речи всё же подвёл.

— Забудь этот адрес, — Марк указал на ступени. — Сам спустишься, или помочь?

Алексей бросил на Марка полный ненависти взгляд.

Марк жестом показал, чтобы шёл уже, — не себя злись.

Когда шаги Алексея затихли, вернулся в квартиру.

Прокололись они с Софьей, дверь распахнули, не подумав, что и в закрытый двор можно пробраться при желании. Хорошо, значит, развиты у этого примата пятипалые конечности, раз никак не отвяжется. Интересно, теперь понял, что лучше не приближаться?

Марк крепко обнял Софью, поцеловал в макушку — она только его.

— Моё золотое зёрнышко…

Он вспомнил, как бабушка сказала — тяжело закрепиться на твоей открытой равнине. Софье и закрепляться не нужно, Марк сам её не отпустит, а вот остальных, вздумающих к ним приблизиться, отгонит. А уж молотком ли, кулаком ли, словом ли…

— Софья… я не могу тебя здесь одну оставить.

— Больше никогда в жизни не открою дверь, не посмотрев в глазок.

— Мне почему-то кажется, что он не сегодня покинет Петербург.

— Я вызову полицию. Если что.

— И поедешь в участок вместе с ним. У тебя регистрация какая в паспорте?

— Марк…

— Соф, у меня двухкомнатный номер, я прекрасно переночую на диване. Там две подушки, два одеяла, я, естественно, одним комплектом пользуюсь. А ты завтра как следует отдохнёшь, выспишься.

— Мне… не выходить?

— Нет! Единственное, для чего — он не будет знать, где ты! Только и всего. А я… завтра рано уеду. Надеюсь, к обеду освобожусь.

Софья замерла — о ней, в общем-то, никто никогда не заботился. Комок подкатил к горлу, она смогла лишь кивнуть и… потянулась к Марку, чтобы обнять…

Марк не выдержал — перед уходом осторожно приоткрыл дверь, чтобы полюбоваться на Софью. Она спала, вытянувшись в струнку на самом краю кровати. Такая милая… Но в таком неосознанном напряжении.

Марк точно знал, что Софья долго не могла уснуть. Сам он заснул быстро, только вот просыпался каждый час. Сначала открыл глаза в начале первого — Софья точно не спала, он даже слышал, как она вздохнула. Ну как тут не вздохнёшь: навязчивый тип стоял возле ограды, когда они вышли из дома. Конечно, Марк вызвал такси — понятно было, что этот Алексей посчитает своим долгом осветить переулок своими прекрасными фонарями. Хоть бы банку с водой, что ли, купил, приложил к синякам. Вообще, неприятный он, даже не попытался сдачи дать, не на мосту, конечно, но хотя бы в подъезде.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Потом Марк проснулся в десять минут третьего. Было тихо, но отчего-то казалось — не спит Софья. Почему-то представил, что она лежит на спине, всматриваясь в кипенный потолок. Думает, глядя на белое полотно… О ом, что Алексей признался в любви. В общем-то неплохо обставился — а какой мужик не сорвётся, увидев с другим. Только вот настолько грубые слова говорить женщине. А тем более женщине, которую любишь. Пытается быть настойчивым. Или такой и есть, просто не сориентировался в ситуации — ведь другой неожиданно нарисовался.

Софья, может, думает, появится ли Алексей снова? Возможно, их отношения вспоминает. Только… не забыть о… персонаже.

Так хотелось, чтобы она забыла о боли и думала о том, что их поцелуй — торнадо. Торнадо…

…Конечно, просыпаться ночью ежечасно — утомительно. И зачем только рука тянется к телефону, чтобы справиться о времени.

Половина четвёртого — спит Софьюшка, точно… Его золотое зёрнышко…

…Очень удобно, что завтрак в отеле был с семи до двенадцати часов. Для всех удобно — и для командировочных, и для туристов! И заказать можно — Марк так тщательно обдумывал меню для Софьи… Заказ получился большой, чтобы не ошибиться в её предпочтениях.

К девушкам за стойкой администратора у него тоже нашлось поручение.

Потом поднялся в номер, собрался. Посмотрел на спящую Софью… И поспешил к уже ожидавшему в машине Андрею. Сегодня у них намечались ранние беседы на Васильевском острове…

… — Марк Анатольевич, Валерий поговорил с соседкой, с той, которая вяжет, — в тот день Марк с Андреем уехали, не дождавшись её пробуждения. — Она согласна встретиться.

— Хорошо.

— Валерий только говорит, бабушка уверена, что показания даст в обмен на вознаграждение. Согласилась пораньше сегодня встать.

— Поговорим с бабушкой.

— Как думаете, сегодня нам удастся с сожительницей самогонщика пообщаться?

— Думаю, сделаем ещё один шаг, чтобы всё получилось.

В прошлый визит женщина разговаривать отказалась наотрез. Сегодня Марк с Андреем встретили её в соседнем дворе, она явно торопилась на работу.

Марк преградил ей дорогу, приложив ладонь к груди.

— Я очень прошу уделить мне несколько минут, — улыбнулся смущённо. — Здравствуйте.

Она остановилась.

— Слушайте, вы же адвокат, вот и защищайте! Полиция пусть разыскивает. Что вы не своим делом занимаетесь!