Темное пламя. Дети Проклятия (СИ) - Зима Ольга - Страница 63

Новая голова зависает над вами неожиданно, заставляя резко сменить направление. Мой Дей, тут узко для тебя! Бранн тянет за руку и буквально выдергивает из сужающегося проулка. Лапы змея стучат по крышам позади, приподнятые крылья заслоняют всякий свет, а темное пламя пожирает его окончательно.

— …и это называется, я не хотел торопиться! — договаривает окончательно запыхавшаяся Ворона.

Искры, оставшиеся от пламени, оседают на мостовую, как огненный снег. Еще немного, мой волк, и Бранн зарычит в ярости.

На ближайшем повороте, Ворона оглядывается — «Приготовься!» — а потом подпрыгивает, хватаясь за выступающий карниз, подтягивается и взмахивает уже орлиными крыльями.

Какое счастье, мой волк, что ты такой высокий и прыгучий!

Бранн хватает тебя за вытянутые вверх руки, неторопливо, но мощно взмахивает крыльями. Хотя время рассчитывает точно: все семь потоков темного пламени минуют вас.

Поднимающийся орел заставляет змея снова завыть. Семиглавый вытягивает поочередно каждую голову — начинает песню одна, подхватывает другая, потом подключается третья… Видно, у его голов богатое разнообразие, раз переливы образуются сами собой.

Кожистые крылья шуршат позади, расправляясь, да, ты можешь обернуться сейчас, мой Дей!

Семиглавый сидит на крыше двухэтажного здания и сияет четырнадцатью мигающими рыжим огнем глазами — подвижные шеи извиваются, выдвигаясь вперед, чтобы полыхнуть пламенем, или отодвигаясь назад, чтобы вдохнуть для этого.

Змей отталкивается и тяжело летит за нами — не очень быстро, но он огромен и силен.

Бранн, вместо того, чтобы снизиться и позволить тебе удобнее сесть на его спине, наоборот, забирает ввысь. И болтаться снизу — это совсем не то же самое, что сидеть на его шее! Под ногами мелькают кварталы и феи, слишком близкие, чтобы не опасаться упасть. По мере того, как дома становятся мельче, позади все больше ужасает растопыривший чешую змей.

Бранн некоторое время летит очень высоко, город отсюда вовсе маленький, а воздух холоднее поцелуя мертвеца. До шпилей Города отражений, кажется, можно дотронуться, а змей, змей!.. Этот Семиглавый почти догнал вас — с неловкой ношей Бранну ускориться невозможно!

И я не понимаю, чего он добивается, скользя на воздушных потоках, позволяя Семиглавому вытянуть все головы строго прямо! И набрать воздух для пламени!..

Мой Дей! Мы падаем!

И рядом летит Бранн. То есть именно Бранн, а не орел! Выше проходят семь струй черного огня. Змей не видит, куда вы пропали, и над вашими головами расцветают хризантемы опаснейшего салюта. Город внизу приближается быстро, но Ворона не выглядит испуганной.

Конечно! Он же птица!

Бранн подмигивает круглым птичьим глазом, немного склоняется вперед, обгоняя нас в полете, в следующий момент принимает волка на широкую орлиную спину.

В воздухе разливается то ли вой, то ли песня мести Семиглавого змея.

Обхватывать Бранна за шею гораздо удобнее, да, мой Дей. Орел стал гораздо подвижнее, он закладывает крутой вираж влево, спасаясь от пламени. Не выходя из дуги, нагло пролетает перед двумя пастями змея, только отодвинувшимися набрать воздух. Сабельные клыки смыкаются, на две твои ладони не дотягиваясь до крыла Вороны. Он опять возвращается к бывшему курсу — нисходящая спираль, плавный поворот вправо, предупреждающий клекот. Думаю, надо схватиться крепче, и…

Да, переворот прямо в воздухе! И я вовсе не понимаю твоего восторга, мой волк!..

Оранжевые огоньки глаз из-под костяных гребней пылают свирепо, но и и внимательно. Думаю, теперь змей зол не только на Лорканна, но и на его дерзкого потомка, посмевшего столь нахально пролететь вблизи морд Семиглавого, внушающих всему городу ужас.

Внизу светятся феи и огромный рисунок, чем-то напоминающий… Да нет, мой Дей, этого не может бы… Стойте-ка! Точно такой же, как цветок на руке нашего неблагого. О, мой Дей! Что вообще тут происходит?! Мир переворачивается на глазах!

И это сейчас не поэтическое выражение.

Теперь гигантский цветок полыхает золотым бегунком не внизу, а вверху, феечки сияют разноцветьем, и кажется, что туда просто невозможно упасть, а мир целый и совершенно круглый.

Пламя проходит близко по другую сторону от орла, заставляя Бранна вздрогнуть, заклекотать и снизиться. Огромная птица несет тебя, мой волк, к приземистой часовой башне, возвышающейся по другую сторону дворца — там мы сегодня не проходили. Длинное основание и высокие стены больше напоминают крепость, надстройки уже не такие мощные, но башня с часами, наверняка, ровесница самого Золотого города: её камень темен, окна узки, а стены выглядят непрошибаемыми. Впрочем, как и во дворце — стоит только вспомнить один коридор — когда-то изрядно побитый.

А ещё я не понимаю, что хочет сделать наш неблагой. Во всем городе сейчас не сыскать открытой двери или незамкнутых ставен!

Бранн снова клекочет, змей ускоряется, полыхая пламенем на разной высоте, начиная с самой высоко поднятой головы, не давая нашему неблагому остаться на прежнем пути и набрать скорость. Орел опять уходит спиралью, но на сей раз возвышающейся, не давая подпалить свой хвост, закладывает круг около змея, легко ускользая от воздушной волны его крыльев, давая тебе рассмотреть вытянутое тело, длинное и узкое. Оно продолжается семью долгими шеями, широко расходящимися от основания. Плечи Семиглавого непропорционально широки, чтобы уместить все головы, а сужающаяся туша переходит в хвост почти незаметно. На конце хвоста — шипастые гребни, торчащие во все стороны.

Да, мой волк, «достойный противник» — неплохое выражение для того, чтобы обрисовать ситуацию. Я бы даже сказал, «достойный старых богов противник»!

Но нет, конечно, зачем меня слушать, всего-то мудрый и старый ящер. Вы явно рветесь в старые боги, вот что я тебе еще скажу, пока ты меня не слушаешь, мой Дей.

Чешуя на шкуре змея топорщится, это замедляет его скорость, зато позволяет цепляться за воздух, проворачивая самые разные маневры. Вот теперь он пытается развернуться на месте, чтобы опять выдохнуть пламя, но летящий почти под струи Бранн теперь уходит не в стороны или вверх, а вниз, под брюхо змея.

Семиглавый и с этой стороны замкнут в сплошной покров твердой чешуи. Непонятно, как можно его победить, разве что Бранн вычитал в своей библиотеке что-то действительно полезное. Задние и передние лапы загребают когтями воздух, пытаясь если не сцапать вас, то нарушить воздушные потоки. Бранн, однако, опять хитрее, ему удается, отклоняясь то на одно, то на другое крыло, пройти между и этих ловушек.

Шипастый хвост, правда, со свистом мелькает почти перед твоим лицом, уходит в замах, наш неблагой только набирает потерянную скорость — и опять летит строго на часовую башню.

Разворачивающийся змей воет шестью головами, седьмая набирает пламени, но Ворона больше не уворачивается.

И я, кажется, понял, что он задумал! Мой Дей! Приготовься! Мы летим прямо на циферблат!

Потому что Бранн хочет его разбить!

Орел с размаху влетает в стекло, пробивая его клювом и когтями, позади кожисто шуршит змей, тревожные искры салюта вспыхивают и гаснут рыжими бликами, освещая стену, но вы успеваете!

Поток пламени проходит дальше, ударяется в противоположную стену, пока вы с Бранном, уже в виде ши, откатившись в сторону, переводите дух.

Наш неблагой морщится, но встает и поднимает на ноги тебя, прислушивается — и если прислушаться вслед за ним, можно уловить писк летучих мышей.

— Он скоро вернется, мыши говорят, облетает вокруг, ищет, нет ли ещё добычи, — это значит, что Бранн не только слышит писк, но и различает слова. Лицо его привычно сосредоточенное, ярость, если она есть, совершенно холодна. — Мне надо разбудить Цветок, а тебе — приготовиться к поединку с Семиглавым.

— Цветок, да? — мой Дей, ты думаешь, сейчас подходящий момент для любопытст… — Это тот самый, который раскинулся на полгорода, по которому мы проходили сегодня бессчетное количество раз и который «нарисовали»? — видимо, думаешь.