Темное пламя. Дети Проклятия (СИ) - Зима Ольга - Страница 96

— И я не сразу вспомнил, что произошло! Мне показалось сначала, что я проспал рассвет или забылся на затянувшемся привале, и некому было разбудить меня, чтобы напомнить! Если бы Луг не сказал мне, если бы я не слышал тебя, я так и думал бы, что упал сам!

Вот теперь рычание отчетливое. Обмана и пренебрежения к себе этот Дом не терпит.

— Получается… — начинает изумленно Ворона.

— Получается!.. Что благие ши — лесовики, небесные, даже волки! Волки! — служили овцами для кого-то, обстр-ригающего с них шерсть! Состр-ригающего их волшебство и силы! — мой Дей рычит уже разборчиво и зло. — Без шанса вспомнить, где пр-роизошла эта потер-ря!

Шайя потрясенно звенит, приседает за воротник Бранна так, что видно только испуганные глаза, признаться, я бы с удовольствием тоже спрятался. Но нет!

Я выносливый благой ящер, а не слабонервная неблагая феечка!

— Это очень беспокойные вести, король Дей, — Бранн тоже очевидно мрачнеет, но совершенно не пугается волка. — Тебе следует вернуться как можно скорее, твоя земля полна тревоги.

Мой Дей широко разводит руки и хлопает одной Бранна по спине:

— Уже недалеко!

Оба ши немного отпускают волнение, моего Дея поддерживает уверенное спокойствие Бранна, ощущение близкой и всемерной поддержки, а самому Бранну, похоже, жизненно важно получать передышку и вспоминать, что Дей не только король благих земель, но и его друг.

Впрочем, насчет тревоги наша Ворона не ошибается нисколько: по мере приближения к столице, к Черному замку, мой волк различает все больше примет этой самой тревоги.

Ветер поет, но по-иному. С различимыми нотками звякания железа, шороха клинков, скрытного шелеста кольчуг под камзолами и сюрко; по самой земле разносится эхо множества ног, стук копыт, скрип телег, скрежет осадных конструкций, до поры притаившихся в лесу; снежное присутствие воды повествует своему королю о многих и многих кострах вокруг замка, о не погаснувшем пламени на сигнальной башне Дома Волка, все ещё вырывающемся из оскаленной пасти серебряного зверя длинным огненным языком.

Бранн рядом тоже, видимо, расспрашивает ветер или видит намного вперед:

— Там не только и не столько волки. Мало черно-серебристых одежд, они больше смотрятся патрулями, — вопроса в голосе нет, но это вопрос.

— Скорее всего, Бранн, это и есть патрули. Мой Дом на осадном положении, пока не кончится срок на раздумье или не явится неоспоримый король, — мой волк задумчиво запускает пальцы в волосы, вспомнив, что именно ему нужно, дабы назваться неоспоримым королем. — А потом будет момент, когда возможны переговоры. Зная Джареда, нашего Советника, момент будет довольно коротким, при необходимости, или длинным, если это нужно для Дома Волка — несмотря на то, что все на взводе. А вот потом другие благие Дома попытаются доказать, что настала их очередь править.

— Я вижу еще синие и зеленые одежды, но Домов же больше?

Бранна не сильно ужаснула перспектива попадания в междоусобную войну. Да, он так непоколебимо верит, что тебя назовут неоспоримым королем, мой Дей.

— Домов, конечно, больше. Их восемь, хотя Дом Полудня можно не считать, так что — семь.

Дей углубляется в детали, стараясь не сильно сосредотачиваться на подсчете подвигов, воображения хватает разве что на два-три, а чтобы слепым взойти на престол, понадобятся все восемь и всё политическое влияние Джареда. Если он захочет Дея поддержать, многое могло измениться, пока моего волка не было. Джаред — полукровка, но… да, мой Дей — он королевской крови. И при желании этот престол может стать его престолом.

— Хотя из тех, кто способен возомнить себя соперниками Дому Волка, выбор не так велик. Синие одежды обозначают Дом Неба, а зеленые — Дом Леса.

Бранн, идущий рядом, вздыхает и хмурится, кажется, опять пытаясь уложить благие сложности в голове. У неблагих-то династия сменилась лишь единожды, в давние времена дедушки Лорканна, а с тех пор ни один Дом Стихий так и не оправился полностью от налетов Семиглавого змея. Или просто побоялся выступать против потомков страшнейшего мага на фоне творящегося во всех их землях Искажения. А может быть, Бранн просто не был посвящен в политические игрища неблагих Домов. А может быть, был посвящен, и его как раз заставляют надрывно вздыхать перспективы. Кто знает, что творится в этой неблагой голове?

Что значит, «ты знаешь, Луг»? Я же говорил тебе, мой Дей, там беспорядок.

Ну, то есть, на мой взгляд, Ворона соображает вполне ясно. Возможно, он называет этот беспорядок порядком. Неудивительно, что благим и неблагим трудно понимать друг друга.

— Среди голубых плащей и одежд видно одного высокого, беловолосого, как облако, он с кем-то спорит, — ветер с большой готовностью не только замораживает Бранна, но и делится сведениями. — Глаза у всех голубые, но у этого самые голубые. Я полагаю, глава Дома Неба?

— Да, — мой волк тоже глубоко вздыхает, — Джалрад. Вот интересно, что привело его сюда? Союз, понятно, наверняка, не один, но с кем и какой в приоритете?

— Если это поможет, Д-жал-рад, — Ворона выговаривает имя тщательно, примериваясь к звукам, — спорит с кем-то в темно-зеленом плаще. Плащ очень красивый, бархатный, почти королевский, такая золотая оторочка…

Бранн примолкает, ветер воет совсем как живой, взметывает в воздух горсти снега, бросает в лица, спину, грудь; Шайя прячется за воротник лоскутной куртки вовсе. Торчит лишь крохотное ушко.

— Кто-то из Дома Леса, грузный, как старый пень, коим, кстати, и является!

О мой волк! Тебе стоит выбирать выражения! Благой двор чуть не в парадном составе уже совсем близко! И ветер не доносит до них твои высказывания только из хорошего к тебе отношения! Молчу, молчу.

— Кривоногий и ужасно рыжий! — дождавшись кивка Вороны, мой Дей продолжает: — Это Фордгалл, глава этого Дома. Он давно спорит с отцом. Союз с лесными — самая мощная, но и самая непостоянная вещь на нашей арене.

— Фор-д-галл, — Бранн честно запоминает, — похож на пень, которым и явля…

— Бранн! — мой Дей, ты задыхаешься от смеха, а не от холодного воздуха. — Ну не вслух же!

— О, прости, король Дей, — смущенно потирает пальцем нос. — Я забылся, — скорее, не забылся, просто замерз, — больше не буду. Рядом с Фор-д-галлом стоит другой ши в зеленом плаще, подбой не такой дорогой, вышивки меньше. Но он рядом, лицо закрыто капюшоном, глаза яркие, зелено-карие, лишь их и видно. Вмешивается, хоть и говорит тихо, но вклинивается в разговор глав Домов.

— Хм-м.

Мой волк задумывается, перебирая всех своих знакомых, отчаянных лесовиков: они любят красить лица в цвета своего Дома и своего леса, это затрудняет поиск.

— А дерево вышито?

Бранн кивает.

— Значит, королевская кровь. Но не Финтан же это! Финтан должен быть в замке, скорее всего там, ждет момента, чтобы ударить… Да и глаза у него другие, желто-зеленые…

Ветер воет вокруг, становится злее, сметая все на пути. Зато сугробы уменьшаются, можно сбросить снегоступы. Дей останавливается сам, перехватывает за плечо Бранна — лоскутная куртка под рукой успокаивает заволновавшегося волка привычным ощущением.

Чтобы раскрутить намотанные вокруг сапог завязки, у слепого Дея времени уходит меньше, чем у зрячего Бранна. Наверное, потому, что завязки закручивал мой сильный волк, а у Вороны не менее сильно замерзли руки.

Нет, мой волк, не стоит тормошить Ворону сейчас, ему, да и тебе, нужен момент привести мысли в порядок. Пусть развязывает с той скоростью, которая для него естественна и удобна.

Дей опирается плечом о высокую сосну, использует момент небольшой передышки, чтобы вслушаться новым чувством и получить ответ. Опускается на колени и кладет ладони на талый снег. Но ему не холодно, нет. Он спрашивает, и земля его Дома отвечает.

Итак, возле Черного замка собрались многие Дома, но с оружием пришли только Небо и Лес.

Волки бдительны, мы скоро встретимся с патрулем, обходящим замок по широкой дуге и мимоходом портящим осадные машины — времени до выбора нового короля осталось вовсе мало. В патруле ты знаешь всех, а все знают тебя еще принцем по стычкам с фоморами, можно будет им посигналить. Хотя бы для того, чтобы не подстрелили нашего неблагого — Бранн, конечно, мало похож на преследователя, но на королевского волка похож еще меньше!