Любовь Байкера (СИ) - Миллиан Виктория - Страница 8

— Я не желаю тебя больше видеть. — со злостью прикрикнула я. — Я тебя ненавижу. — я почти сорвала голос, но продолжала кричать. — Пошёл ты. — на этом я развернулась, и хлопнув дверью со всей силы, вышла. И забежав в свою комнату, рухнула на кровать, и разревелась.

На душе было так противно.

Почему всё так жестоко в этом мире. Женя, который бросил. София, которая, что-то скрывает от меня. Отец, который даже не знает его, так реагирует. Всё против меня. Я устала. Я больше не могу. В конце концов, я же тоже человек, и тоже хочу счастья. А получается так, что я сейчас сижу на привязи, у тирана.

Я просто не могу поверить, что мой любимый папочка, поднял на меня руку. Как он мог? Как?

Горькие слезы текли по моим щекам, до боли в пальцах сжимала я простонь. Хотелось выть. Но я подавила в себе это желание. Я не покажу ему, как ранили меня его слова. Не дождётся.

Глава 10

На следующий день, я проснулась от того, что, кто-то меня поглаживает по волосам. Я невольно улыбнулась и открыла глаза.

— Соня, просыпайся. — ласково прошептала мама. — Пойдём завтракать.

— Не хочу. — ответила я, и зарылась в одеяло.

После вчерашней стычки с отцом, на душе остался неприятный осадок. Да и настроения у меня нет никакого. Сегодняшний день я хочу провести в своей постеле. Ни с кем не общаться, и не видится. А с отцом так тем более. Даже за один стол с ним не сяду.

— Надулась то. Уже как помидор. — улыбнулась мама, и стянула с меня одеяло. — Папа вспылил. Сложный день, работа, устал. Он не хотел. Не обижайся на него.

— Мам, он поднял на меня руку. — на глаза вновь навернулись слёзы. Было больно вспоминать, как отец поступил со мной. — А ведь я ничего плохого не сделала. Просто с Дамиром посидели на кухне, поужинали.

— Он погорячился. Прости его.

— Нет. — зло ответила, забрала из маминых рук одеяло, и накрылась им с головой. Не хочу никого видеть, не хочу. — Спасибо, но завтракать я не хочу.

Я понимала, что мама ни в чём не виновата. Но моя обида на отца была сильнее. Я не могла просто встать с кровати, и пойти завтракать, сидеть с ним за одним столом как не в чём не бывало. Сейчас, я больше всего на свете хочу, чтобы он ушёл в рейс.

Я никогда не видела отца таким. Мне вчера было так хорошо, не смотря ни на что, а стоило отцу приехать домой, как всё моё настроение рухнуло в одночасье.

— Хорошо. — согласилась мама. — Лежи тут, реви, страдай. Только ты не нам хуже делаешь, а самой себе. — после этих слов, она встала с моей постели, и, напоследок кинув фразу: — С Графом хотя бы погуляй. — и закрыла дверь.

Откинув одеяло в сторону, я поднялась с постели. Ведь мама права, кроме себя самой, я никому хуже не делаю. Но отца я всё равно не прощу. И если я захочу, то буду общаться с Дамиром. Я уже взрослая девочка, и могу принимать решения. Я бы высказала своё мнение, недовольство, но это не имеет абсолютно никакого смысла. Отец меня не слышит. А раз он мой отец, раз он старше, раз он хозяин дома, то он считает, что имеет право решать за меня. Нет. Такого точно не будет. Я сама буду решать, что и как мне делать.

Я переодела пижаму на спортивный костюм серого цвета, и вышла из комнаты. Отец с мамой сидели на кухне, молча завтракали. Не удосужив их даже взглядом, я позвала Графа, и мы только собирались выйти из дома, как отец остановил.

— Эмма. — позвал он. — Надо поговорить.

— Я не хочу с тобой говорить. — спокойно ответила, и не дожидаясь его дальнейших слов, или каких-либо действий, вышла.

После прогулки с Графом, я вернулась домой, и закрылась в своей комнате. Не желая кого-либо видеть. Я наслаждалась тишиной и спокойствием. Мама меня не трогала, видимо поняла, что сейчас я не готова разговаривать, и, что меня в этот момент лучше не трогать. А вот отец был другого мнения. Он несколько раз порывался войти ко мне в комнату, но так и уходил ни с чем.

Возможно, я его прощу. За его слова, за поступок. Но не сейчас. Не могу. Обида всё ещё кроется внутри меня, и мне очень тяжело. Я знаю, что нужно немного времени, и всё забудется. Но не уверена. Забыть, может и забуду, а вот смогу ли я простить?

Я за месяц не делала столько дел, сколько сделала за один день. Да и руки никогда до этого не доходили. Я перебрала старые вещи, сделала перестановку в комнате. И занавески поменяла. Светло-бежевого оттенка. Даже как-то светлее стало, и просторнее. А всё таки, иногда даже полезно посидеть в своей комнате, сразу столько всего переделать можно.

Приближался вечер, и мой желудок стал просить еды. Ела последний раз вчера вечером, вместе с Дамиром. Я по-прежнему не хочу пересекаться с отцом, и вести с ним светские беседы, но голодовку я не объявляла, а это значит, что я могу спокойно выйти из комнаты, сделать чай и пару бутербродов.

Я вышла из комнаты, осмотрелась, родителей дома не оказалось. Вот и славно. Отец не будет допытывать меня разговорами, и я спокойненько поем в полнейшей тишине. Разве это не счастье. Когда тебя никто не трогает.

Сделав себе пару бутербродов, я открыла ноут, и зашла в соц. сети. Пролистывая ленту, наткнулась на одну фотографию. На ней была незнакомая мне девушка, а рядом с ней стоял парень, и обнимал её за плечи. Я не могла поверить своим глазам. На этой фотографии был Женя, с девушкой. И выглядел он более чем счастливым. Единственное, что в нём изменилось, с последней нашей встречи, он стал шире в плечах. Но всё так же, красив. Сердце сжалось, и одновременно вспыхнули гнев и обида. Стало моментально очень жарко, было нечем дышать. Это, что же получается, он меня бросил из-за неё? От этой мысли к горлу подкатил ком тошноты, слёзы выступили на глазах. Было так больно. Будто моё серце и душу взяли и вырвали, и разломали на маленькие кусочки. Меня скручивало наизнанку. Хотелось кричать так громко, на сколько это возможно. Он врал, он предал меня, он растоптал меня. Я ожидала чего угодно, но только не этого. Ножом по сердцу. Не сдерживая слёз, я дала им волю. Я закрыла обеими ладонями лицо, и заплакала навзрыд.

Немного успокоившись, я взяла себя в руки, и написала сообщение Софии.

— Срочно приходи. — коротко и ясно. Надеюсь она не станет искать причины как слиться.

Глава 11

Я не могла найти себе места. Не могла объяснить, что чувствую сейчас. Боль, обида, разочарование, или всё вместе. Меня трясло. Я ходила из угла в угол. Не могла найти места. Ещё и София не торопилась приходить. Даже на сообщение не ответила. Ну ничего, я подожду ещё немного. И если она не появится, сама к ней наведаюсь. Как говорится, "Если гора не идёт к Магомеду, то Магомед идет к горе сам".

Время тянулось неимоверно долго. Я так скоро сойду с ума. Я должна всё узнать.

Я даже не знаю, что меня больше задело. То, что на фотографии Женя с девушкой, или то, что София знает правду, и скрывает её от меня. Не понимаю, что могло такого произойти, что от меня всё скрывают. Скажите правду, и дело с концом. Я хотя бы, буду знать, что случилось, и не грызть себя, что я в чём то виновата.

После моего сообщения Софии, прошло около часа, но она так и не появилась. Ну ничего, и мы не лыком шиты. Сама дойду. Я быстро оделась, и уже собиралась выходить, как открываю дверь, а на пороге стоит подруга, и держит в руках букет синих роз. Это, что-то необычное. Синяя роза уже давно воспринимается как символ невозможного. Это что с намёком на "Всё невозможное, возможно".

— Привет. Извини, что так долго, с папулей ездила по делам. — улыбается, и проходит в дом. Она аж светится, будто, что-то произошло у неё. Хорошее. Счастливое. Вот мне бы её настроение. — Это кажется твоё, — она протягивает мне букет, — возле дверей лежал. У тебя что поклонник появился?

— Да это так. — махнула я рукой. — Чай будешь?

— Буду. — отвечает, и мы проходим на кухню.

Я завариваю чай, София сидит за столом, и не начинает разговор. Я тоже молчу. Не знаю как начать, не знаю как спросить о Жени. Меня мучает много вопросов. А с другой стороны, а хочу ли я знать правду вообще? Нужна ли она мне? Может лучше всё оставить как есть. Забыть Женю, и жить своей жизнью. Ведь прошлое для того и существует, что оно прошлое. И нужно жить настоящим и будущем. Но если я не узнаю правду, то всю жизнь буду себя терзать. В данной ситуации даже не знаешь как лучше поступить. Но раз я захотела узнать правду, я должна идти до конца. А не сворачивать на полпути.