Рожденные Вселенной (СИ) - Николаева Ада - Страница 24

— И что мне с ними делать? — спросила она, наконец, опустив лезвия вниз. — Мне тяжело их держать.

— Это пока, скоро ты перестанешь ощущать их вес, — сообщил Энма.

Тканевые браслеты на ее запястьях, оставленные Энмой и Элишем при их прошлой встрече, начали шевелиться и удлиняться. Левая белая лента, словно змея, окутала рукоять клинка Элиша. То же самое произошло и с правым браслетом черного цвета. Он мертвой хваткой обвил рукоять клинка Энмы. Испугавшись, Макс выронила мечи, но те повисли в воздухе, словно детские варежки на веревочках.

— Зачем все это?! — выпалила она. — Что за чертовщина?!!

— Тебе не придется сражаться одной, мы всегда будем рядом, — ответил ей Элиш.

— Как?

— Видишь то красное дерево? — Энма указал на голое алое древо в десятке метров от них. — Сруби его.

— Ладно, — Макс пожала плечами и неспешно направилась к нему.

— Нет, — остановил ее Энма. — Не так.

— А как?

— Подумай об этом.

— Ненужно загадок, просто скажи как!

— Ты не поняла, — усмехнулся белокурый Элиш. — Просто подумай о том, как ты срубаешь ствол. Макс тут же начала представлять, как кромсает дерево клинком Энмы, как красные щепки отлетают от толстой коры и падают на ее белые кроссовки.

Вдруг черная лента, что скрепляла браслет и рукоять меча, начала выпрямляться и удлиняться. Клинок как по волшебству, с невероятной скоростью, устремился к дереву острием вперед и рассек ее могучий ствол пополам.

— Как?! — воскликнула девушка, глядя на парящий в десяти метрах от нее меч, соединенный с ее рукой широкой черной лентой, способной вытягиваться до бесконечности.

— Я управлял им, — сообщил Энма. — Мы будем сражаться за тебя, когда ты попросишь.

— Никто кроме тебя не увидит клинки, — добавил Элиш. — Пока они не вонзятся в чью-то плоть.

— С ума сойти.

— Это еще не все. Представь, что хочешь укрыться от пуха, что летит тебе прямо в лицо.

— Хорошо, — охотно согласилась девушка.

Макс закрыла глаза и представила большой прозрачный зонтик над своей головой. Белый меч зашевелился у ее ног и взмыл в воздух. Вокруг лезвия заструился яркий белый свет, окутавший девушку со всех сторон. Сквозь него не смогла пробиться ни одна пушинка.

— Это щит! — восторженно завопила она.

— Все верно, Макс, — ласково подтвердил Элиш.

— С ума сойти. Просто с ума сойти! — она широко улыбалась, все ее лицо светилось и краснело от переизбытка чувств.

В этот момент она была как ребенок, получившись на День Рождения долгожданный подарок.

Макс подбежала к братьям и почти в прыжке крепко обняла их, схватив в охапку. Она еле дотягивалась до их плеч, так высоки они были. Братья растерялись и не знали, как реагировать, отчего просто стояли как вкопанные, пока девушка прижимала их к себе.

— Я так рада, что вы есть у меня!

— Рада? — спросил Энма, переглянувшись с братом. — Почему?

— Не знаю, — Макс отпустила парней. — Ни у кого вас нет, а у меня есть!

— И мы рады, что можем быть тебе полезны. Приходи к нам почаще, здесь бывает одиноко, — улыбнулся белокурый Элиш.

— Обязательно!

— Зови нас, как только понадобимся, — заговорил Энма. — Вслух или про себя. Мы поймем.

— Вы такие хорошие! — Макс вновь попыталась прижать к себе братьев.

Элиш спокойно стерпел ее объятья, а Энма предпочел отойти в сторонку, посчитав, что одного раза достаточно.

— Пора тебе потренироваться самой, — произнес темноволосый парень. — Без нашего присутствия.

После его слов все исчезло. Девушка сидела в саду на уже просохшей траве. Она неспешно приоткрыла глаза и подняла голову, взглянула вверх и не увидела пуха, только медленно движущиеся бесформенные облака.

«Такие как Маршал, больше никогда не смогут мне навредить, — думала она. — Ведь теперь у меня есть два симпатичных защитника».

— Поднимись на ноги, Макс, — в голове зазвучал строгий голос Энмы. — И призови нас.

Девушка шустро вскочила, отряхнулась от прилипшей зелени и тихо произнесла:

— Энма и Элиш.

Попутно думая:

«Интересно, они слышали меня, когда я назвала их симпатичными?»

— Да, — моментально ей ответил кто-то из братьев.

— Ой… — Макс засмущалась. — Энма и Элиш!

Повторив их имена, браслеты на ее запястьях вытянулись в длинные ленты, на концах которых из ткани образовались те самые два клинка.

— Направляй нас, — продолжил строгий голос в голове.

Макс думала о том, как один меч парит в метре от нее, а другой позади, прямо за спиной.

Ленты, которые служили проводником между ее руками и мечами братьев, по воздуху переместили клинки туда, куда она задумала.

— У меня получается! Выходит, — радостно шептала она. — Они парят.

— Чтобы общаться с нами, не обязательно проговаривать слова вслух.

— Ладно, больше не буду, — снова произнесла вслух девушка. — Ой.

Солнце поднялось, машин на дороге стало намного больше и на улице появились спешащие на работу люди. Макс хотелось задержаться в этом саду, подольше побыть с братьями и потренироваться в управлении клинками, но пора было возвращаться домой.

«Блейк скоро проснется. Нельзя чтобы он меня увидел и обо всем узнал», — подумала она.

Глава 22

2122 год.

Настало утро над Бостонской станцией Инносенс, которая ночью перешла под контроль Феникса. В кабинете бывшего главы станции, с самого раннего утра, находились Новак и Харрисон, которые вели дружескую беседу:

— Надеюсь, Маршал сменит это скучное название и эту унылую синюю символику, когда захватит всю организацию. А то этот синий листик невинности совсем убогий, — произнес Новак и закинул ноги на стол, сидя в кресле бывшего командира станции.

В руках он держал документ, в углу которого красовалась та самая эмблема. Сминая в руках бумагу, он швырял скомканные листы в переполненную урну, раз за разом промахиваясь.

— Конечно, сменит, — ответил ему полковник Харрисон, сидевший в гостевом кресле напротив.

— Я почему-то уверен, что новым гербом станет птица-феникс, — усмехнулся Новак, швырнув в урну очередной бумажный снежок.

— Думаю, вы правы, — согласился полковник.

— Он с тобой уже делился мыслями на этот счет? — Новак убрал ноги со стола и облокотился на него обеими локтями.

— Да.

— Что он думает по поводу названия?

Новак слегка занервничал. В ожидании ответа на столь простой вопрос, он принялся слишком активно отстукивать ногтями о столешницу никому не известный мотив.

— «Перерождение» — очень символично, — ответил ему полковник. — Согласны?

— Даже слишком, — усмехнулся Новак. — Но нужно отдать должное, Феникс мастерски сумел влюбить в себя кучу народа. Он отличный манипулятор.

— Манипулятор?! — удивился полковник. — Вы не правы. Вы как будто его совсем не знаете, а ведь давно ему служите! Мистер Кейн пытается примирить и объединить две расы, которые давно воюют. Разве его труд можно счесть манипуляцией?! Скорее уж самопожертвованием и поиском компромиссов, дабы остудить две воинствующие разгоряченные стороны!

— Начнем с того, что я ему не служу и никогда не служил. Мы, скорее, старые приятели, — заявил пепельноволосый мужчина. — Буду с тобой откровенен. Я с Фениксом уже около ста лет и миротворец из него такой себе…

— Я уверен в мистере Кейне. Он рассказывал мне, что совершил много ошибок в жизни и теперь хочет все исправить, искупить свои грехи.

— Инносенс появилось только из-за Маршала. Он когда-то хотел этой войны, зачем ему что-то исправлять? Не верю.

— Я верю, — вытянув шею, произнес полковник. — Мистер Кейн и его гордыня, когда-то открыли миру глаза на морийцев, как на врагов. Но это было в прошлой жизни, сейчас он совсем другой человек.

— Другой человек?! — взбесился Новак. — Он не человек вовсе. Запомни.

— Уверяю вас, Новак. Вы знаете Кейна куда дольше меня, но, похоже, совсем не видите, как изменился этот Человек, — Харрисон попытался как можно жирнее выделить последнее сказанное им слово.