О чем поет твое сердце? (СИ) - Лакина Ирина - Страница 55

– Какого вечера? – Прошептала испуганно Тая.

– Того самого, когда, как утверждает Лола, был якобы зачат ее ребенок от Макса.

– Якобы? – Переспросила девушка. На глаза наворачивались слезы. Неужели он будет сейчас рассказывать ей, как камеры запечатлели их безудержный секс в туалете?

– Вот именно! Якобы! Потому что на видео четко видно, что она сама приперлась к Максу, когда он был в мужском туалете, и начала виснуть на нем.

– Антон, пожалуйста, - взмолилась девушка, чувствуя, как уплывает земля у нее из-под ног.

– Он вытолкал ее! Выпроводил за дверь! Ничего не было, ясно тебе, дурочка?  - Бодро выпалил мужчина, а у нее словно гора свалилась с плеч. Губы сами потянулись к ушам, расплываясь в широкой улыбке. – Ребенок не от Макса! И пусть она катится!

– Боже…, - прошептала Тая, не веря своим ушам, – Спасибо!

– Да что такое?! – Не выдержала Арина. – Что, черт возьми, тут происходит? Ты то бледнеешь, как смерть, то улыбаешься, как чеширский кот!

– Ребенок утки-Барби не от Макса, - Тая прикрыла трубку рукой и бросила на подругу счастливый взгляд,– он не изменял мне!

– Слава Богу! – Облегченно выдохнула Арина, –  а теперь заканчивай свой разговор и пошли выходить замуж!

Девушка кивнула головой, продолжая светиться от счастья.

– Антон, - она сделала паузу, еще раз прокручивая в голове полученные новости, - спасибо!

– Не за что, - ответил мужчина, - я рад, что успел!

– И я рада, что ты успел. Теперь я еще быстрее полечу к нему навстречу.

– Ну, что там говорят в таких случаях? Будьте счастливы! И – горько! – Он засмеялся в трубку, заражая ее своим позитивом.

– Пока. – Тая нажала отбой и выключила телефон. – Идем, больше ни минуты не хочу быть вдалеке от Макса! – Она подбежала к двери и схватила Арину под руку.

Теплый песок ласково щекотал их обнаженные ступни. Тая не шла, а парила над белоснежной полоской пляжа, следуя единственному ориентиру – высокой арке, над которой развивались ленты нежно-голубого шелка, и под сенью которой виднелись три фигуры.

Данила стоял  рядом с Максом, положив ему на плечо свою руку. Справа от них, по центру арки виднелась полная фигура загорелой кубинки в алой мантии – представителя муниципалитета, которая держала в руках большую красную папку. Но взгляд Таи был прикован к человеку в белых хлопковых брюках и белой рубахе с коротким рукавом.

Она подошла уже достаточно близко, чтобы посмотреть прямо ему в глаза. И она посмотрела – с нежностью, любовью и обожанием. Макс улыбался, светился изнутри, и не отрывал от нее взгляда.

Девушки остановились у самого края дорожки из лепестков роз. Арина крепко сжала ладонь подруги.

– Иди к нему и ни о чем больше не думай, - прошептала она ей на ухо, а затем отошла в сторону и встала слева от арки. Данила похлопал товарища по плечу и встал справа.

Тая глубоко вдохнула и медленно пошла навстречу любимому.

«Давай, милый! Ты сможешь! Я верю в тебя», - мысленно обращалась она к Максу, делая шаг за шагом, – «просто сделай это ради нас!»

Она поравнялась с ним и нежно поцеловала в висок. Макс медленно моргнул, давая ей понять, что все в порядке, а затем оперся обеими руками о подлокотники своего инвалидного кресла и плавно начал подниматься. Его колени дрожали, а на мощных руках вздулись вены. Тая затаила дыхание, не смея шелохнуться, и лишь молилась о том, чтобы месяцы реабилитации и тренировок сделали свое дело.

Мужчина впился долгим взглядом в ее наполненные мольбой глаза, а затем просто встал, и взял ее за руки. В этот момент Тая поняла, что отныне все будет иначе. Судьба поставила точку в бесконечной череде испытаний, а значит, впереди их ждет только любовь и бесконечное счастье.

– Согласен, - радостно ответил Макс на вопрос женщины в алой мантии.

– Согласна, - Тая привстала на цыпочки и припала к его губам  - самым теплым и ласковым на этой земле.

Завывания холодного декабрьского ветра за окном действовали на малыша, словно волшебная палочка, по мановению которой он прикрыл глазки и уснул, засопев своим крохотным носиком. Тая осторожно покачивала колыбель, любуясь на нежное личико новорожденного сына.

– Мой сладкий…, - девушка улыбнулась, а затем наклонилась и коснулась губами его теплого сморщенного лобика, – самый сладкий мальчик на свете. Спи, Никитушка. Спи, мой сыночек.

Ребенок дернул во сне краешком губ, словно отвечая улыбкой на ласковые причитания матери, а затем протяжно зевнул.  Тая  плавно отпустила бортик его кроватки, которая все еще продолжала покачиваться по инерции. Девушка бросила быстрый взгляд на часы и на цыпочках прокралась из спальни, осторожно закрыв за собой дверь.

Она быстро заварила чай с молоком и уселась возле телевизора. Самое начало и шествие по красной дорожке она пропустила, но, возможно, повезет увидеть награждение.

Тая взяла пульт и включила главный федеральный канал. Церемония награждения национальной киноакадемии «Золотая арфа» была в самом разгаре. Элегантные ведущие объявляли номинантов на лучшую мужскую роль второго плана. Девушка замерла и прильнула к экрану, на котором в числе прочих претендентов, промелькнуло лицо Макса.

– И «Золотую арфу» за лучшую мужскую роль получает…., - мужчина у микрофона окинул зал загадочным взглядом и улыбнулся, а затем вскрыл конверт в руках, – Максим Соловьев за роль Арсения Слуцкого в фильме «Симфония»!

Камера тут же переместилась по залу, оглушенному восторженным ревом зрителей и гулом аплодисментов, и сфокусировалась на улыбающемся лице ее любимого, которой медленно встал, подхватил рукой свою трость, и благодарно поклонился публике.

Дорога до сцены казалась ей слишком длинной. Он шел медленно, прихрамывая, но продолжал улыбаться. Тая переживала за его спину, и боялась, что в самый неподходящий момент вернуться боли, но Макс справился. Он поднялся на сцену и подошел к микрофону.

– Что ж…, - он взял из рук ведущего свою награду, и пристально посмотрел на нее, – я совершенно не ожидал, что первый же фильм с моим участием станет для меня пропуском в мир кинематографа, и эта награда для меня очень важна. Все вы знаете, какие тяжелые времена я переживаю, и работа над фильмом позволила мне вздохнуть полной грудью, вновь почувствовать себя полноценным человеком. Прежде всего, я хочу выразить бесконечную благодарность своей семье, и в первую очередь, моей любимой супруге Таисии.  – Макс улыбнулся и посмотрел в камеру, – Таечка, милая, если бы не ты, не было бы сейчас ни меня, ни этой награды. Но ты вытащила меня из беспросветной мглы и дала волшебного пинка под зад, заставив прочесть этот сценарий. А еще ты подарила мне сына!  - Зал ахнул, зашелся в овациях, – Да, друзья! Две недели назад у меня родился сын! – Макс расплылся в счастливой улыбке. – Спасибо тебе, родная, за то, что ты просто есть в моей жизни!

Девушка сидела у экрана и смахивала с лица счастливые слезы. Ее мужчина продолжал благодарить всех, кто приложил руку к его успеху, а она думала о том, что это только начало. Роль смертельно больного друга, по просьбе которого, известный, но спившийся композитор пишет свою последнюю симфонию, стала для Макса настоящей школой актерского мастерства и дала ему шанс реализовать свой талант на съемочной площадке. Он понял, что совершенно не обязательно играть роковых красавцев-мужчин в постельных сценах, чтобы занять свое место на кинематографическом олимпе. И в этом была ее заслуга.

– То ли еще будет, любимый, - прошептала она, продолжая любоваться своим мужем на экране телевизора, – впереди у нас только главные роли и главные сцены. Ты будешь идти вперед, а я буду держать тебя за руку. Мы с Никитой будем держать тебя за руку. Главное, чтобы твое сердце всегда пело обо мне.