Имперская Академия Магии - Недельская Оксана - Страница 17

– А откуда ты знаешь Форрада? – прямо в лоб спросил Реган после того, как уничтожил несколько блинчиков с разными начинками, запеканку и что-то ещё, что я не смогла идентифицировать.

– Я его и не знаю, – осторожно ответила, пока не решив, чем можно поделиться, а о чём лучше промолчать.

– Но он-то говорил с тобой так, будто вы не первый раз встречаетесь, – настаивал рыжий, внимательно глядя мне в глаза.

– На вступительных виделись, – ответила половину правды.

– И всё? – уточнил Зорхан.

Я почувствовала слабенькое ментальное давление. Они тут все с магией разума, что ли? Легко отмахнулась от воздействия, но почему-то всё же призналась:

– Он мне жизнь спас.

Парни встрепенулись.

– Да. Я чуть не попала под колёса кареты, а он меня вытащил.

– Что ты сказала? – задал совершенно лишний вопрос Олан, изумлённо переглянувшись с Реганом.

Остальные молчали, но их молчание мне не понравилось.

– Ты слышал, – буркнула в ответ, пытаясь понять, что не так.

– Но это невозможно, – воскликнул полноватый Тарун, с сожалением глядя на меня, – весь транспорт зачарован так, чтобы быть безопасным. Человек не может попасть под карету. Кареты не могут столкнуться друг с другом. Человек может попасть под лошадь с всадником, потому что зачаровывать лошадей не предписано законом, но не под карету, запряжённую лошадьми. Они продаются с обязательной магией, и лошади входят в основное плетение.

Теперь изумлённо хлопала глазами я…

– Ты уверена, что чуть не попала под карету? – спросил Реган.

– Конечно. Он выхватил меня из-под самых колёс.

– Значит, он тебя туда и закинул, – уверенно проговорил зеленоглазый блондин.

– Но какой же тогда у него уровень ментала? – присвистнул Тарун, взволнованно потрясая руками.

Я лихорадочно вспоминала тот момент, когда попала под карету, но перед глазами стояло лишь изумлённое и злое лицо кучера.

– А может быть это магия Смерти? Или артефакт, – предположил Зорхан.

– Но магией Смерти-то как? – воскликнул Олан, – думаешь, с её помощью возможно и такое? Мне казалось, на это способен только ментал.

– Если бы я знал, – усмехнулся брюнет-чародей, его угрюмость при этом ни капельки не развеялась, – ты видел хоть одного человека с магией Смерти среди боевиков? Или такого, кто готов поделиться информацией о магии Смерти с тем, у кого её нет?

Тут все дружно посмотрели на меня.

А я что? Я ничего. «Сижу, никого не трогаю, примус починяю», – как говаривал кот Бегемот в бессмертном романе.

– Ведь у тебя есть магия Смерти, верно? Почему же ты не пошла на некромантию? – озвучил Реган общий вопрос.

Мне кажется или боевики на самом деле затаили дыхание, ожидая ответ? Но тут уж сказать правду я никак не могла, а потому рубанула резче, чем нужно:

– Куда захотела, туда и пошла. Устраивает такой ответ?

Удивлённые лица парней помогли скорректировать тон, но Остапа, что называется, уже несло:

– И вообще, я не собираюсь рассказывать вам о своей жизни. Сначала прикалывались, теперь изображаете участие. Ещё дружбу предложите для полного комплекта.

– Так мы и хотели, – улыбнулся вдруг Зорхан, – а ты опередила.

С улыбкой на его щеках появились небольшие, но очень милые ямочки, и жёсткое лицо преобразилось, явив миру нормального человека вместо бездушного каменного идола.

Но у меня уже включился режим недоверия. Когда это они успели решить подружиться? В те несколько минут, пока я не слышала их разговор? Да и зачем? Вряд ли из добрых побуждений, скорее, чтобы что-нибудь выведать.

– Нет, – я встала, показывая тем самым, что разговор завершён, – Я благодарна вам, что не стали таить злобу, а всё выяснили и подошли извиниться. Я рада, что между нами нет взаимных обид, но изливать душу что-то не тянет, уж извините. Доверие не может возникнуть на пустом месте. Всего хорошего.

Глава 8

До начала учебного года я ещё сталкивалась с боевиками-второкурсниками, но с моей стороны общение ограничивалось быстрыми «здрасте и до свидания». Парни хотели пообщаться, но мне удавалось на удивление ловко уходить от разговора. Зато Варден и Форрад не встретились ни разу, о чём я ничуть не жалела. На самом деле просто трусила, честно говоря. Ведь теперь придётся выяснять у не-ангела, почему он это сделал…

Почти все дни до начала занятий прошли в предучебных и бытовых хлопотах. Я успела познакомиться с некоторыми девочками из нашего общежития и обзавелась всем необходимым.

Здесь выдачей «тканного» многообразия, начиная от постельного белья, заканчивая школьной формой и верхней одеждой, занималась кастелянша Аритта, состоявшая в ранге чаровник – уже пожилая, но очень крепкая и приятная женщина с высоким, невероятных размеров бубликом-пучком из чёрных волос. Как она удерживала его, не представляю! При виде Аритты, деловито шастающей по гулким коридорам, невольно вспоминались восточные красавицы, таскавшие на голове огромные кувшины, наполненные пряным вином.

Из-за серебряных переливов школьный гардероб девочек-боевиков выглядел симпатичнее, чем у прикладниц, а постельное бельё и одежда для дома разрешались в любых оттенках, так что я набрала всяческих весёлых расцветок. Даже красный халатик прихватила.

Всё, не связанное с тканями, выдавала завхоз: учебные принадлежности, полезности для ванной, посуду для комнаты, обувь и многое другое.  Высоченная дама лет пятидесяти по имени Мадлен и по рангу чародей имела королевскую стать и невероятно склочный характер, бонусом включающий жадность похлеще, чем у Коробочки21.

Сначала я решила, что только у меня не заладились отношения с этой мадам, но позже узнала, что ненавидит она абсолютно всех, ко всем придирается, и вообще, встречи с Мадлен надо переживать, как стихийное бедствие – спокойно и стойко делать своё дело, не обращая внимания на проносящиеся рядом завихрения и выкрутасы магички. Хотя довольно-таки сложно сохранять выдержку, когда с тобой общаются приблизительно в таком стиле:

– Ты чего лыбишься? Весело тебе, да? Нечего тут, поняла? Лыбиться будешь мальчикам, когда они тебя лапать будут.

Низкий грубый голос грохотал на весь этаж, подобно артиллеристской канонаде, а огромные серые глаза сверкали, выпуская разряды почти настоящих молний.

– Знаю я вас, таких. Только и ждёте какого-нибудь бессовестного, да побогаче. И откуда только вас набирают, а? Одна ж бестолковее другой. И чем дальше, тем бестолковее. Чего уставилась, а? Раньше молодёжь в пол глядела, глаза поднять не смели на старших, а сейчас! На это мыло рот не разевай, не дам. Вон то бери, а то ещё немного и выбрасывать придётся. Зачем тебе две кружки? С кем собралась чаи распивать? А не то, ещё чего покрепче, а? Такой, как ты, и одной хватит. Могла бы и столовой обходиться. Все вы норовите на горбе Империи въехать в сытую жизнь, оборванцы.

И всё в таком духе. Всю нашу первую встречу я молчала, сцепив зубы, и сумела не сорваться. Правда, вечером пришлось провести очередное «плановое очищение», на этот раз прорыдав минут десять в подушку. Котик громко урчал и мягко топтался по спине, старательно выражая поддержку и солидарность, почему-то в чисто кошачьей манере.

К началу занятий мне оставалось получить учебники, но их выдавали только по личному распоряжению куратора, которого прикрепляли к каждому студенту в первый день учёбы. Куратор, в зависимости от видов магии и уровня maktuarma составлял план занятий и список учебной литературы.

Об этом и о многом другом мне поведала Марита, с которой мы буквально за пару дней сдружились настолько тесно, насколько это возможно между студенткой и комендантшей общежития, гоняли по вечерам чаи, болтая обо всём на свете.

В частности, я задала вопрос, беспокоящий меня со времени памятной беседы с семёркой второкурсников: неужели и правда среди боевиков нет никого с магией Смерти?

– Не только среди боевиков, – ответила магичка, поливая цветы, которые во множестве обнаружились на подоконнике и на каменных подставках рядом с ним.