Десять тысяч стилей. Книга четвертая (СИ) - Головань Илья - Страница 46

Но в следующую секунду произошло то, что чуть не закончило бой. Перед Ялум появились сразу четыре Золотых символа — и все они атаковали девушку.

Копье сломалось, какая-то кость в теле Лягушки — тоже. Яри у нее почти не осталось, но она была на ногах и не вылетела с арены. Без копья в руках Ялум оставалось только одно — перейти в стремительную атаку.

Орлиный выпад — нога девушки почти попала в подбородок Бьерна. Ялум выжала из себя все, что могла, но златоглавский гигант успел поставить Золотой символ, который заблокировал атаку. Взмах посоха — и Прилив Короля выкидывает Лягушку за пределы арены.

— Хорошо сражалась! — прокричал Бьерн так громко, что это услышал весь стадион.

«Черт!».

Ливию казалось, что поражение Лягушки стало для него даже большим потрясением, чем его собственный проигрыш Нерве. От обиды Волк сжал кулаки так крепко, что, казалось, кожа лопнет и потечет кровь. Ему было обидно за то, что Бьерн такой сильный, за то, что Ялум досталось такое неудачное место в сетке боев. Только через несколько секунд Ливий громко выдохнул, приводя свой разум в порядок.

— Ялум тоже выбыла, — сказал Мурс. — Остался только ты, Диаз.

— Сделаю все, что смогу, — кивнул тот.

Глава 18. Второй шанс

— Он был слишком сильным, — сказала Ялум, усаживаясь на скамью и глотая сразу несколько таблеток. Из-за боя Лягушка сильно пострадала: Бьерн сломал ей пару костей.

— Все хорошо? — спросил Ливий свою девушку.

— Пусть я и не хотела проигрывать, но к поражению была готова, — пожала плечами Ялум. Наследие клана Комэтт делало девушку спокойной в любых ситуациях. «А может, это просто у нее такой характер», — подумал Ливий.

Последний бой второго дня — Ампелиус из Фота против Ерсуса из Школы Алого Разрушения.

Наблюдать за бойцами секты Фот всегда было интересно. Сектанты часто показывали что-то необычное, например, то же гипнотизирование с помощью барабана или искусное владение крюком на цепи. Из всех пяти Ампелиус выделялся слабее всех. Он дрался трезубцем — редкое, конечно, оружие, но иногда оно встречалось среди учеников школ боевых искусств, например, та же Наус вооружалась трезубцем. В прошлых боях Ампелиус не показал ничего необычного. Он просто сражался трезубцем, уверенно побеждая своих противников, но ни к каким хитрым боевым приемам не прибегал.

Ерсус был вооружен двумя топорами. Ученики Алого Разрушения вообще любили наступательное оружие, никто из них не хотел размениваться на защиту — только атака и ничего больше.

«Может, использовать щит в их школе вообще считается позорным? Я бы не удивился», — подумал Ливий. Школа Полного Разрушения — закрытое заведение, о порядках внутри школы чужому человеку сложно что-то узнать. Школа Алого Разрушения даже превзошла своего «родоначальника». Закрытость этого места была на таком уровне, что многие называли Школу Алого Разрушения — сектой. И в какой-то мере были правы.

Шансы обоих бойцов на арене были примерно равными. Зрители не знали, на кого ставить, но стоило Ампелиусу выйти на арену, как шансы на победу склонились в его сторону. Вот только для ставок было уже поздно.

Дело в том, что сегодня Ампелиус держал в одной руке трезубец, а в другой — сеть. До этого он ни разу не использовал ее, поэтому зрители даже не догадывались о такой возможности сектанта Фота.

Ерсус же был со своими топорами — в его вооружении не поменялось ничего.

— Ты думаешь, на меня такое сработает? — донеслись до Ливия слова бойца Алого Разрушения.

Разумеется, Ерсус начал маневрировать из стороны в сторону, чтобы Амплеиус не попал своей сетью. У бойца Алого Разрушения хорошо получалось: Шагами Предков он владел неплохо.

Не попасть сетью — значит, лишить себя огромного преимущества. Ампелиус это хорошо понимал, поэтому ждал подходящий момент. Тем временем Ерсус подбирался все ближе и ближе к сектанту Фота. Сеть хорошо работает на средней дистанции, но на короткую ее сложно метнуть в идущего по пути боевых искусств.

Взмах сетью — и в Ерсуса летят кинжалы. Видимо, Ампелиус спрятал оружие внутри сети перед боем. На чемпионате запрещено использовать механизмы, но подобное нельзя было отнести к ним — слишком просто, поэтому расценивалось администрацией как скрытое оружие.

Разумеется, Ерсус уклонился, но Амплеиус выбрал хороший момент и метнул сеть, которая накрыла бойца Алого Разрушения. Движения Ерсуса были скованы, он не мог взмахнуть топорами, однако его физическую силу нельзя было недооценивать. Кожа бойца обрела выраженный красный оттенок — Ерсус вошел в Стойку Красного древа.

От сети к руке Аврелиуса тянулся небольшой трос. Через него сектант вливал в сеть ярь, не давая Ерсусу освободиться. Даже огромная сила бойца Алого Разрушения не могла ему помочь, как бы он ни пытался вырваться.

Правда, ярь Аврелиуса быстро уходила. Сектант воткнул свой трезубец в песок и направил в сторону Ерсуса руку, после чего начал бормотать что-то себе под нос.

— Поразительно, — сказал Мурс.

— Не верю своим глазам, — добавил Мируол.

Ерсус не понимал, что происходит. Он догадывался, что Аврелиус готовится использовать какую-то технику, поэтому приложил все силы и пошел на сектанта Фота. Прямо так, в сети: он использовал Шаги Предков только для того, чтобы просто идти вперед. Движение за движением Ерсус медленно приближался к Аврелиусу, но не дошел совсем немного.

— Бохэм!

Алый луч выстрелил из руки сектанта, оставляя в груди Ерсуса дыру. Боец Алого Разрушения тут же рухнул на песок, даже не успев применить Венеру. Бой был окончен.

— Неужели магия? — поразился Ливий.

— Она самая, — подтвердил Мурс. — Этот Аврелиус — настоящий гений. Не только хороший боец, но и маг. Редко встретишь магов на уровне Зарницы, пусть и начального уровня.

— Все-таки он из клана Разон, — добавил Мируол. — Да и сетка у него непростая.

— А что с ней? — спросил Ливий.

— На чемпионате нельзя использовать артефакты и механизмы. Но, как ты уже заметил, есть разные возможности обойти правила. Например, принести отдаленную копию артефакта, как это сделал Аслан. Или использовать многосоставное простое оружие, которое может выполнять функцию механизма, но не быть им. У этой сети грузы из особого материала, способного перенаправлять ярь. Обычно этот металл используют для создания артефактов или магических приспособлений. Здесь почти не было обработки, поэтому судьи допустили сеть.

— И куда перенаправлялась ярь? — спросил Ливий.

— Вниз, — ответил Мируол. — Она просто уходила в песок. Энергия Аврелиуса воздействовала извне, сковывая Ерсуса. А вот большая часть яри последнего просто пропадала из-за грузил, когда он пытался вырваться.

— Тоже хороший боец. Даже в таких условиях смог дойти до Аврелиуса, — сказал Мурс.

— Это да, мастер, — согласился с ним Мируол.

«Так значит, это была магия», — подумал Ливий.

Однажды на нем применили заклинание. Это был артефакт, выпустивший в Волка молнию, которая оставила в Ливии дыру. Ранение оказалось ужасным, от неминуемой смерти Волк смог спастись только благодаря Воле.

Теперь же Ливий увидел магию от своего ровесника. До этого он думал, что магия — это что-то далекое и доступное только мастерам. А тут — прямо на чемпионате, причем колдовство было создано голыми руками. Аврелиус смог выиграть для себя достаточно времени, чтобы применить заклинание — поразительное решение, которое привело парня к победе.

«Может, надо и самому заняться таким?», — подумал Ливий. Магию он скопировать не мог.

День завершился, зрители начали потихоньку покидать арену. Уходил и Сильнар.

«Если все сложится плохо, то уже завтра для нашей школы все закончится», — подумал Ливий. В строю остался только Диаз.

Торун в остервенении выполнял упражнение за упражнением. В какой-то момент даже его необычайно выносливое тело подало признаки усталости, красноволосый парень сел на ступеньку и вытер пот со лба.