Скандальный флирт - Дрейк Оливия - Страница 16

– Надеюсь, вы справитесь.

Тем не менее, поднимаясь рядом с ней по лестнице для слуг, миссис Джервис казалась встревоженной. За ними шел лакей с подносом в руках. Поднявшись на третий этаж, они вошли в узкий коридор. Из-за толстого ковра, лежавшего на полу, звука шагов не было слышно. На стенах с выцветшими обоями висели старые картины. В целом дом выглядел запущенным. Двери по обеим сторонам коридора были закрыты, и Рори пыталась догадаться, какая из спален принадлежала лорду Дэшеллу.

Он, вероятно, еще спал. Большинство аристократов ложились поздно – по вечерам посещали балы, всевозможные приемы и театры, а потом спали до полудня. Рори, никогда не жаловавшаяся на недостаток воображения, представила себе маркиза, лежащего в постели. Темные волосы спутаны, простыни смяты, и открывается мускулистый торс… Помотав головой, она отогнала соблазнительную картину. Не следовало забывать, что этот человек – гнусный шантажист, недостойный внимания женщины. Хотя это все не имело значения. Рори давно уже дала себе слово, что больше никогда не окажется в центре скандала из-за мужчины, и пока ей это удавалось. Она с сожалением подумала о мисс Киплинг, являвшейся всего лишь дополнением к богатому приданому. Эта девочка показалась ей такой же юной и наивной, как Селеста.

Миссис Джервис остановилась перед одной из дверей.

– Позвольте мне сначала поговорить с ней, мисс Пэкстон, – сказала экономка. – Я уже немного научилась успокаивать ее светлость.

Экономка повернула дверную ручку и на цыпочках вошла в темную спальню. Потом знаками предложила Рори войти и остановиться у письменного стола, в углу. Лакей вошел тоже на цыпочках. Осторожно опустив поднос на стол, он поспешно вышел, закрыв за собой дверь.

С кровати же доносился могучий храп. Темнота и груда одеял полностью скрывали из виду старую маркизу. На столике у кровати громко тикали часы. Было ужасно душно; казалось, в комнате уже много дней не открывали окна.

Миссис Джервис подошла к одному из окон и раздвинула плотные шторы.

– Доброе утро, миледи, – негромко пропела она. – Уже половина восьмого. Пора вставать.

Как только в комнату проник тусклый свет пасмурного дня, храп прекратился и маркиза пошевелилась. Затем из-под покрывала высунулась рука, напоминавшая конечность скелета, и потянулась к столику. Тонкие, словно когти, пальцы ухватили часы. Взглянув на циферблат, старуха проскрипела:

– Уже семь часов тридцать две минуты. Почему ты опоздала?

– Прошу меня простить, миледи. Задержали в кухне. – Миссис Джервис подошла к кровати и сделала реверанс. – Позвольте мне взбить ваши подушки, миледи.

– Держись подальше, пока я не позову тебя.

– Как скажете, миледи. Искренне надеюсь, что сегодня вы чувствуете себя лучше, чем вчера.

– Лучше? – Старуха вдруг швырнула в экономку часы, но та ловко увернулась. – Как я могу чувствовать себя лучше? У меня адски болят суставы. Я промучилась всю ночь, не сомкнув глаз.

«Могучий храп этой женщины мог бы легко заглушить грохот артиллерийских орудий», – мысленно отметила Рори. И она поняла, что выработанный экономкой метод обращения с маркизой лишь стимулировал ее тиранические наклонности.

Девушка вышла из тени и подняла с пола часы. Миссис Джервис ахнула и замахала на нее руками, но Рори не обратила на это внимания. Подойдя к кровати, она сказала:

– Подозреваю, вы спали намного дольше, чем думаете, леди Дэшелл. А если вы до сих пор чувствуете усталость, то зачем же тогда вставать так рано?

Леди Дэшелл прищурилась. Ее белый ночной чепчик съехал набок, явив копну седых нечесаных волос. Взяв со столика пенсне, она злобно уставилась на девушку.

– Кто ты такая? Я не потерплю посторонних в своей спальне! Убирайся немедленно.

– Я не посторонняя, миледи. Теперь я ваша новая компаньонка. Ваш сын наверняка сообщил вам, что нанял меня с сегодняшнего дня.

– Дерзкая нахалка! Ты слишком молода, чтобы стать подходящей компаньонкой! Как тебя зовут?

– Мисс Аврора Пэкстон. Родственники и друзья зовут меня Рори.

– Пэкстон?.. – Маркиза долго смотрела на нее, потом ехидно ухмыльнулась. – Я помню сплетни о тебе. Ты – та самая безрассудная девчонка, которая связалась с иностранным Ромео, с женатым дипломатом.

Рори побледнела. Чтобы скрыть неловкость, она осмотрела часы, отметила, что они продолжают тикать, и поставила их на столик. По общению с тетушкой она твердо знала: надо спокойно гнуть свою линию. Ее положение станет намного сложнее, если она проявит слабость.

– Да, вы правы, – спокойно ответствовала она. – Я – та самая девушка. Так что сами понимаете: самое худшее со мной уже произошло. И вы не можете меня испугать – ни своими словами, ни поступками.

Леди Дэшелл смотрела на нее весьма неласково. У нее были темно-серые глаза, как у сына, и такие же манеры. По сути, мать и сын были очень похожи. Рори решила, что ни за что не отведет глаза первой. Она не позволит этой вздорной особе взять над ней верх.

– Ну?! – Маркиза стукнула кулаком по смятому покрывалу. – Какого черта ты стоишь и пялишься на меня как дура? Я желаю сесть и съесть свой завтрак.

Пока миссис Джервис бестолково суетилась вокруг, Рори помогла старухе сесть. Женщина была очень худа, однако в теле ее, как ни странно, чувствовалась сила.

Тут экономка поднесла поднос к кровати и установила его на коленях маркизы. Та с жадностью отхлебнула шоколада и скривилась.

– Опять холодный… Не понимаю, почему в этом доме невозможно получить горячее питье. Неужели тут все такие бестолковые?

– Мне очень жаль, миледи… – пробормотала миссис Джервис, нервно теребившая свой фартук. – Я принесла поднос сразу же, как только все приготовили. Я поговорю с кухаркой. Уверена, все можно решить…

– Хватит болтать!

Леди Дэшелл уже начала поднимать руку с чашкой, но Рори вовремя перехватила ее, отобрав чашку раньше, чем та полетела в голову экономке. После этого она передала чашку миссис Джервис и спокойно сказала:

– Принесите, пожалуйста, чайник. И еще одну чашку – для меня.

– Да, мисс. – Экономка бросила на Рори взгляд, исполненный благодарности, и выскользнула за дверь.

– Чашку для тебя? – язвительно усмехнулась маркиза. – Ты забываешься. Я не ем за одним столом со слугами.

– Миледи, приготовить вам тост? – Не дожидаясь ответа, Рори намазала на поджаренный хлеб апельсинового джема. – Что же касается меня, то я была воспитана как леди, и вы бы проявили элементарную вежливость, предложив мне разделить с вами завтрак. Кроме того, вам лучше относиться ко мне как к подруге, а не как к служанке.

– Подруге?.. Эгалитарная чушь! – Леди Дэшелл вырвала тост из пальцев Рори. – Ты так же любишь командовать, как и Бернис.

Рори в растерянности заморгала.

– Бернис?.. Вы говорите о моей тетушке?

– А о ком же еще? Она ведь тоже была Пэкстон. – Маркиза насупилась, вгрызаясь в свой тост. Крошки посыпались на ночную рубашку. – Мы дебютировали в одном сезоне. Я считала ее вполне приличной особой, пока ее не обвели вокруг пальца и не заставили выйти замуж за того ужасного морского капитана.

– Дядя Оливер не обводил ее вокруг пальца. И он вовсе не был ужасным. Хороший человек, бывший морской офицер… Она его нежно любила, и они вместе объездили весь мир.

– Любовь? Чушь, глупости! Брак должен быть выгодным.

– Не все так считают. Впрочем, это уже не важно. Но если тетя Бернис так любила командовать, то как же тогда дядя Оливер сумел обвести ее вокруг пальца?

– Цветами, поцелуями и прочей романтической чепухой. Так же, как обвели вокруг пальца тебя. – Леди Дэшелл издала скрипучий смешок. – Разница лишь в том, что ты в результате осталась без кольца на пальце.

Рори не стала реагировать на насмешку. Да и что она могла сказать? Ведь маркиза, в сущности, была права… К тому же Рори так часто ругала себя за глупость все последние годы, что в конце концов перестала реагировать на критику. По крайней мере – старалась не реагировать.