Сын маминой подруги (СИ) - Вольф Марисса - Страница 25

Сбросила одеяло, еще немного полежала, потом спустила ноги с кровати, еще немного посидела. Прикрыла глаза от яркого слепящего солнышка. Полюбовалась на практически чистое голубое небо. Потянулась. Как же все-таки здорово быть здесь и сейчас. Хорошо не работать. Вот не нужно моих ребят напрягать, чтобы что-то откуда-то и куда-то переносить. Им бы тоже отдохнуть неплохо, а то зашугала я их в последнее время по полной. Ну, ничего, отойдут – будут как огурчики. Чай, не девочки же.

Кстати, о чае. Может горяченького выпить? А почему бы и нет. Закипятила чайник, залила пакетик и неотрывно следила за тем, как прозрачная вода постепенно меняет цвет.

«Вот с детства любила за этим наблюдать. Столько лет мне уже, а привычка осталась», - улыбнулась про себя.

Машка прибежала полностью одетая, ругаться стала, что я еще не готова. Торопит, а сама взахлеб про их перепалки с Викторией рассказывает. Про котят этих и про потоп в номере.

- Маш, ну детский сад, честное слово, - сказала я ей по-взрослому. – Делать вам реально нечего. Тетки взрослые, а чувство, будто вы из яслей только выпустились. Завязывай. Не позорь себя.

- Хорошо, - с грустью вздохнула Машка. – Я уже сама об этом подумываю. Тем более, что ночью приедет Коля. Будет мне чем заняться, - смешно пошевелила бровями.

- Вот, и ладненько, - назидательно проговорила я. – Подожди секундочку, я быстро в туалет схожу и можем выдвигаться.

- Ты ж была уже, - с удивлением заметила Машка.

И, правда, как только она пришла, я оттуда выходила.

Я только вздохнула и отправилась по делам своим насущным. Уже одевая куртку, Машка спросила:

- Люба, что ты мне хотела там рассказать?

- Давай, Маш, когда вернемся. Это разговор не пяти минут будет.

Машка кивнула, и мы вышли из номера. Внизу к нам прицепился Ромка. Ну, вот зачем, спрашивается? И так тошно, видеть его не хочется. А он, как назло, пристал, как банный лист. Хотя, почему – как? Скорее всего точно назло. Мы с ним как-то друг друга не очень чествуем. Грыземся похлеще чем Машка с Викой, только гадостей не делаем. Хотя может это пока?

- Рома, у нас сегодня девчачья компания, - резко отказалась я от его предложения составить нам компанию. – Иди уже с Богом.

- Ой, так может я к вам Вику сейчас пришлю, - ну, прямо издевается, зараза. Хорошо, хоть Машка слов его не слышала.

- Ты сестричке что парик новый прикупил? Или настолько ее ненавидишь, что не знаешь, как побыстрее от нее сдыхаться? – спросила с сомнением.

- Ладно, ладно, понял, - примирительно поднял руки. – Тогда сегодня я девчонка, - спер у проходящих мимо бухгалтерш шарфик и повязал на голову.

- Ты – придурок, а не девчонка, - со вздохом сказала я.

- Ром, у тебя что голова болит? – спросила догнавшая нас Машка.

- Нет, это его психотерапевт посоветовал ему иногда выпускать одну из его альтер-эго на волю, - не удержалась я.

- Люб, ну не скромничай, - сразу же вставил пять копеек Роман. – Наш психотерапевт. Наш. Ты ж мне его советовала. По дружбе. Помнишь? – улыбается во все тридцать два. – Что забыла? Память девичья или пропила? – подмигнул мне гад.

И вот как такого терпеть? Обычно я посторонним не позволяю со мной так разговаривать. Вернее, вообще никому не позволяю. Разве что брату старшему. И то иногда, по праздникам. Очень редким праздникам. Но с этим придурком вообще не пойму, что на меня находит. Самое главное – не смотреть в глазищи его бездонные. А то затягивает и мозг отбирает. Прямо дурой становлюсь. Может и правда к психотерапевту пора? Или к психологу? Блин, кто ж их разберет!

Накатались мы отлично. Воздух кристально чистый. Морозец пощипывает лицо, когда несешься на скорости вниз. Дух захватывает, аж кричать хочется. Классно все, но пора уже и к ужину возвращаться. После него у Ромки какая-то там презенташка по поднятию командного духа сотрудников запланирована, а потом уже можно будет расслабиться.

- Ну, что, поперечный, пошли уже? – подковырнула я Романа, намекая на то, что новички-сноубордисты по склону поперек, а не вниз едут.

- Пошли, ленивая, - не удержался от колкости в ответ парень.

Да, ленивая. Ну, и что, что лыжники на подъемниках лыжи не снимают? А зачем нам напрягаться. Ну, подумаешь, палкой в кого-то случайно ткнешь и лыжей зацепишь. Так это ж не специально. Чаще всего.

В гостинице разбежались по номерам, чтобы душ принять и переодеться. Стала раздеваться и поняла, что где-то перчатку посеяла.  Завтра надо будет Машку вытянуть, чтобы перчатки новые купить. Заодно и сувениры купим. Только под воду стала, как стучит кто-то в двери. Машка, наверное. Ладно, пока не намылилась, пойду открою ей, пусть подождет. Я быстро.

Полотенцем обмоталась и пошла открывать.

- Ну, вот чего тебя принесло? – поприветствовала я того, кто с нескрываемым наглым видом разглядывал мое мокрое тело в полотенце.

- Люба, любовь моя, ты что-то потеряла? – облизнувшись, спросил Роман.

- Да, жизнь твою спокойную, - с мрачным видом ответила я.

28

Роман

Смотрю я на Любу, капельки по ней стекают, а я их взглядом провожаю. Прямо под запахнутое на груди полотенце стекают, туда и провожаю. Член встал за секунду. И прямо из штанов моих выпрыгивает. А я стою и пялюсь на нее.  Бля, надо ж скромнее быть. Пытаюсь оторваться и посмотреть ей в глаза. Получается очень сложно.

- Люба, любовь моя, ты что-то потеряла? – говорю ей, подразумевая потерянную перчатку. Хотя я похоже тоже потерял. Голову от нее потерял.

- Да, жизнь твою спокойную, - отвечает мне фея.

Я аж подвис от того, как она это сказала. Серьезно и мрачно.

- Не понял, ты сейчас о чем? – с неподдельным удивлением вырвалось у меня.

- Заходи, - говорит, - расскажу сейчас.

В моей голове уже единороги на радуге проскакали и в солнечный закат унеслись. И пофиг стало, что мне через полчаса презентацию сотрудникам читать. Меня тут Люба, любовь моя, к себе приглашает. Мокрая и в полотенце одном.

В прошлый раз я в полотенце был, а сейчас, видно, ее очередь.

Люба отходит от меня к окну и вглядывается в горный пейзаж. Я тут губу раскатал, что она на меня сейчас набросится, а фея на природу так смотрит, будто в первый раз тут. Потом вздыхает и поворачивается ко мне.

- Я беременна, - тихо на выдохе говорит.

- О, поздравляю! – я не перестаю терять надежду, что мы все же телами друг друга сейчас насладимся.

- Взаимно, - произносит Любовь.

И я зависаю.

- Что? – повторяю и хватаю ртом воздух, как рыба на берегу. – То есть?

- От тебя, - говорит фея и впервые за все время поднимает на меня свои шоколадные глаза.

В моей голове сейчас взрыв произошел. Точно взрыв. И не один. Десять подряд.

«Какого хрена?!» - думаю я и не нахожу ничего умнее, чем спросить:

- А ты точно уверена?

- Нет, блять, я сказочница, - начинает психовать фея. – Я. Уверена. На. 200%. процентов. Что. Беременна. И ровно на столько же, что от тебя. – чеканит каждое слово.

- Ну, у тебя ж там этот был, ну… с поясом который, - начинаю я блеять, как школьник у директора в кабинете.

- Потому и била его тогда, - с горечью выдает Люба. – Он меня обманывал, тварь, говорил, что лечится там как-то по-мужски и ему, видите ли, сексом заниматься нельзя. Ага, видела я его доктора. Скотина просто.

Мне ее так жалко в ту минуту стало, что я захотел подойти и обнять.

Как можно такую женщину не хотеть? Мужик ее бывший точно импотент. И тупой к тому же. Она же такая горячая, такая страстная, такая пластичная. Мысли мои улетели в ту нашу совместную ночь. Слюни закапали буквально, когда я о ней голенькой подумал. Как она тогда стонала, как выгибалась. Какой чувственной была. Как дрожь по ее телу перед оргазмом пробегала. Как коготками своими по моей спине пробегалась. А как губку закусывала. Заводилась с полуоборота. Все пять раз. Как же круто было!

Эх, о чем я там думал? Точно, я ж обнять фею хотел. Главное, чтоб стояк мой не заметила. А то я вроде как с благими намерениями подойти собрался.