Академия для старшей дочери графа. Часть 2 (СИ) - Хегбом Юлия - Страница 13

— Галактион, — без особого энтузиазма произносит Сиерлен.

Походу, он и сам не верит, что артефакт откликнется.

— Папа, — Галактион действительно материализуется… в ипостаси симпатичного эльфёнка.

— Сиерлен, — рядом с первым эльфёнком появляется второй, почти идентичный. Причем на первого второй волком смотрит.

— Ой, только не говорите мне, что у вас двоих непримеримая извечная вражда с начала времен! — восклицаю я раздраженно, — Мне своих проблем хватает.

— Хорошо, мама, — послушно произносит Лабиринт.

— Хорошо… а дальше? — подозрительно спрашиваю я.

— Хорошо, не скажем! — задорно добавляет второй эльфёнок. Кажется, на этот раз Галактион.

Де жа вю чувство.

Я смотрю на двух эльфийских мальчишек и понимаю, что уже не могу отличить одного от другого.

Про себя думаю, что срочно нужны рубашки разных цветов, эти их эльфийские прикиды один от другого только эльф отличит, а я ни разу ни эльф.

Хмуро спрашиваю у эльфят: ”Кто из Вас Галактион? ”

Один из двух близнецов поднимает руку.

— Мне от тебя нужно, чтобы время, которое Сиерлен будет испытывать боль, сжалось для него настолько сильно, чтобы он практически ничего не почувствовал, — поясняю я.

Мальчишка кивает, но поясняет: ” Только это часто нельзя использовать, материя разрушается от воздействия временем.”

Сиерлен смотрит на меня затравленным взглядом.

Похоже, он уже понял, что дальше тянуть время не удастся.

Один из эльфят берет Сиерлена за руку. А я осторожно касаюсь метки на спине Рлена, заставляя антагониста плавно перетечь в метку, а Сиерлена отвлечься от созерцания потолка и переключиться на меня. Рлен успевает вскрикнуть, скорее от страха и неожиданности, чем от боли, и отшатывается от меня.

- А так время, за которое ты испытываешь боль можно сжать как угодно, пап, — говорит Галактион устало.

— Видимо эти игры со временем не легко дались эльфенку.

Глава 12

Ночка была суматошной… а утро и того лучше!

Вначале Эльвиканте, драконов и меня потревожили Император и Императрица так как они хотел проведать своего сына.

Ну, как потревожили… Почтили своим вниманием.

Заявились они в нашу студенческую «общагу» без сопровождения и охраны, через портал.

Пока я несколько смущенно пыталась объяснить Императору и его супруге, что я и остальные студенты все еще «не одеты» и просила зайти «попозже», он, его сиятельство Император, проигнорировал мои попытки защитить наши студенческие будни от строгого родительского контроля и просто вошёл в созданный им портал.

Я заметила, что портал Император (или его жена) создавали на мое имя, а Вик лежал в другой комнате и даже в случае если кто-то случайно потревожил бы императорскую чету в момент их разговора со мной, то Эльвиканте он или она бы не заметили.

Как только портал с императорским дворцом закрылся, Императрица по-хозяйски открыла дверь соседней комнаты. Вик полусидел на кровати. Тайри находилась рядом с ним, присев на краешек кровати и держа его за руку.

Императрица несколько опасливо покосилась на капельницу, «завтрак-обед-и-ужин» для Вика на сегодня.

И если Император просто улыбнулся и кивнул Вику, и почти сразу обратил свой взор на меня, то мама Эльвиканте бросилась к нему, и заключила в объятия. По вздрагивающим плечам Императрицы я поняла, что она плакала. И почувствовала себя не в своей тарелке. Не уверена, что эта семейная сценка для моих глаз и глаз драконов предназначалась.

Но мама Эльвиканте- тоже человек, пусть и Императрица. У нее всего один сын. И она все эти годы жила, зная о пророчестве, о том, что ее мальчик — однажды погибнет.

Как они здесь живут, с проклятиями и пророчествами, в которые верят и которые сбываются?

Ведь от смерти Эльвиканте действительно был в «трех минутах» — ровно столько времени есть у человека с перебитой артерией до того момента, когда еще возможно оказать помощь и спасти. И изменил пророчество «неучтенный фактор» в моем лице. Просто потому, что я знала — поврежденную артерию нужно сразу пережать, и как именно это нужно делать…

— Каэри, девочка, ты должна знать, что Сиерлену и твоим драконьим друзьям больше не нужно опасаться того, что кто-то из людей может причинить им вред. Моим указом я запретил преследование драконов на земле моей Империи. Отныне любой из тех, в ком течёт кровь драконов является неприкосновенным в Империи. Не благодари меня, малышка, это не плата за то, что драконы защитили моего сына от неминуемой смерти, — Император печально улыбнулся, посмотрев в сторону Тайри, — Я просто забочусь о своих гипотетических внуках. Ты бы только знала, как мне жаль, что они не будут одновременно и твоими детьми.

Император бросил осуждающий взгляд на сына. Затем снова перевел взгляд на меня.

- Мы с твоим отцом, Каэри, стояли очень близко. У меня не было лучшего друга в Академии. Не удивительно, что ты пошла по стопам отца, спасая моего сына. По поводу официальной «смерти» которого в Империи ввели трехмесячный траур, — Император виновато улыбнулся мне.

— Поэтому у тебя есть три месяца, чтобы остановить эпидемию, поднять Щит Академии, найти и покарать преступника, покушавшегося на жизнь единственного наследника престола Эльвиканте. И снять проклятие со своего дракона, — на этот раз взгляд Императора остановился на Сиерлене.

Рлен несколько нервно поёжился, словно хотел показать Императору, что он думает о его планах по поводу «снятия проклятия».

Вот спасибо, напомнил… в результате того, что я нашла решение «задачки Лабиринта» я обзавелась двумя очаровательными сыновьями эльфийского происхождения, а случайное «посещение» драконом библиотеки моего отца закончилось тем, что я стала его женой, со множеством драконьих родственников впридачу!

Я даже представить себе боюсь, сколько родственников я огребу, подняв Щит Академии и попытавшись остановить пандемию драконьей лихорадки, без применения антибиотиков приводящей к смерти любого живого существа этого мира!

Заодно Император объяснил, что именно он ждет от меня в отношении «поднятия щита Академии».

Дальнейшие действия, заключавшиеся в «поднятии Щита Академии» оказалось похожими на прохождение Лабиринта. Двенадцать юных магов должны взять на себя обязательства по защите мира.

Для этого они вместе поднимают Щит.

Причем, как оказалось, буквально. Поднять который та еще задачка — тяжелый, зараза. А вот что именно необходимо для решения актуальной проблемы мира, и куда именно Щит забросит своих рыцарей — мистерия из мистерий.

Одним словом, я поняла, что этот Щит своего рода пространственно-временной портал. Как и Лабиринт, питающийся эмоциями и силой проходящих его людей. Только если Лабиринт был готов выполнить любое желание прошедшего его разумного, то Щит действовал скорее как «предотвращение сценария местного Апокалипсиса или Армагеддона».

Причем, Щит Академии оказывается поднимается раз в поколение.

И это не удивительно, с учетом наличия артефакта Галактиона, который может нарушать закон причинности *, и Лабиринта, исполняющего любое желание в этом мире необходим компенсирующий их влияние механизм.

И как мне моих родителей поставить в известность, что у меня теперь не только муж есть, у меня еще и два ребенка имеется. Которые так и остались в ипостаси эльфят и всю ночь дрыхли в нашей комнате. А сейчас с удовольствием уплетали вкусности, которые приготовила Тайри на завтрак драконам. Ни Император, ни Императрица никакого изумления по проводу нахождения этих двух эльфийских мальчишек не выказали из чего я заключила, что императорская чета или их не видит, или видит просто эльфят.

Ближе к полудню императорская чета, налюбовавшись на Эльвиканте, наконец-то вернулась во дворец, хотя мама Вика сделала попытку «остаться с сыночком», которую безжалостно пресек Император, напомнив, что от неукоснительного соблюдения его планов зависит безопасность их сына. А ее сияющая физиономия не способствует тому, чтобы подданные поверили, что их Императрица оплакивает «безвременную кончину» Эльвиканте.