Академия для старшей дочери графа. Часть 2 (СИ) - Хегбом Юлия - Страница 42

Поначалу я хотела вообще заблокировать этому магу возможность колдовать. Но тут воспротивился Локи, сказав, что такое изменение приведёт к необратимым последствиям в будущем.

О'кей. Специалистам виднее. Но проклятие-запрет на использование личины, даже если эту личину пытается наложить кто-то иной Локи одобрил. Сказал, что изменение помимо сумасшедшего мага коснётся лишь троих человек, не магов. Поэтому изменения будут минимальными, и на структуру настоящего не повлияют.

Так что других идей у меня не было, а тащить в портал весь наш рыцарский колхоз показалось мне слишком… опрометчиво. Ведь кто-то должен был держать периметр, а кто-то удерживать портал. А ещё это замечательное магическое действо жрало магию так, что подпитка магам, державшим портал, была необходима постоянная.

Если честно, спасать этого зануду и циника у меня не было никакого желания. Может, я его Императорское величество уговорю после отправить в ссылку этого злобного старого хрыча? Это было бы замечательно! А пока что, мы, к сожалению, собирались его спасать, так как были, по существу, по одну сторону баррикад.

Поэтому, пробравшись в портал со спины я вначале влепила в соседушку сонным заклинанием, а потом ещё и малым парализующим припечатала.

И все бы ничего, отравиться соседушка еще не успел, это было первое, что я проверила, после того, как убедилась, что злобный старикан дышит, подбежав к нему и опустившись на колени перед недвижимым, осевшим с кресла грузным телом. Если бы в это самое мгновенье в столовую на втором этаже не вошла странного вида одетая мадам.

Как оказалось, скряга сосед слуг почти не держал. А за все про все у него была кухарка. И уборка особняка, и закупки, и приготовление пищи были на ней и даже садовые работы. Лишь конюшня соседушки была вотчиной такого же злобного старика, как и его хозяин.

Правда, возможно, я была пристрастна. Быть соседями с многодетным семейством со множеством пронырливых, любопытных, непоседливых отпрысков с нестабильной магией (а она у детей почти всегда нестабильная) наверняка так же напрягало старого графа, как напрягало нас иметь в соседях его самого, видевшегося нам ненавидящий магов злобным хмырём.

Вначале кухарка зажала рот кулаком. Я уже решила, что следующим будет дикий визг о приведениях (так как мы, как оказалось, могли применять магию и передвигаться, а вот как-то передвигать материальные тела не представлялось возможным). Заодно наш вид был полупрозрачным. Поэтому я, понятное дело, ожидала визга и последующего стратегического отступления кухарки. То есть, панического бегства женщины "от злобных приведений". Не на ту нарвались! Кухарка нашего соседушки меня удивила.

— Ах вы аспиды малолетние! Никак вам неймется! Да что ж это делается то? Вы ж хозяина убили! Каэри, ах ты бесстыдная девчонка! Так опозорить родителей! Чем тебе не угодил мой хозяин, что ты его так зверски замучила? Я мессиру графу твоему отцу и матушке твоей пожалуюсь! Уж я им обоим открою глаза на то, что за юная леди у них подрастает! Я до Императора дойду! — кричала в отчаянии кухарка.

Не стала я кухарку в известность ставить о том, что если бы я действительно кого-то убила, а свидетель пошёл жаловаться моей матушке… То никому больше он пожаловаться бы уже не смог. Не успел бы. Слишком хорошо я знала свою матушку. Нечаянного свидетеля матушка прикопала бы где-нибудь в гиблых болотах и сделала бы вид, что "а ничего и не было".

Но я внимательно выслушала кухарку, а когда она выдохлась, и заплакала, спокойно сказала: "Ваш хозяин жив, глубокоуважаемая управляющая! Я никоим образом не собиралась прервать его жизнь. Наоборот, хочу попытаться спасти его от смерти. Та юная девушка, на которой женился ваш хозяин не настолько юнная, и совсем не девушка даже. А старый маг под личиной и консумировать брак этот маг совершенно точно не собирается. Он простсостояниистоянии это сделать. Ему просто нужно легитимизироваться в Империи.

И так как кухарка недоумевающе посмотрела на меня, я пояснила: "Магу нужны деньги и положение в обществе мессира графа, вашего хозяина! Сегодня маг собирался отравить мессира графа. Вину за смерть графа этот маг возложил бы на вас. А сам спокойно вошёл в высшее общество, с деньгами графа и прекрасной репутацией, как вдовствующая графиня. Сегодня этот маг приговорил вас и Мессина графа к смерти, причём не самой лёгкой. И я это могу доказать, и вам, и мессиру графу. Так что считайте, что я тут по причине спасательной миссии. Так как вас, боюсь, за отравление вашего хозяина, казнили бы. Сейчас же и граф останется жив, и вы тоже. Вы знаете, насколько легко магу проверить, что в бутылке — яд? Бутылка закрыта, но вам, с вашим обонянием наверняка удастся определить, что именно это за яд.

— А почему я должна вам верить? — сварливо спросила кухарка, — Может, это вы вино отравили, а свалить хотите на девку эту гулящую? Пусть девка эта и впрямь на графиню не похожа, но зачем ей убивать мессира графа?

— Может, затем, что за ней маркиз де Релтье ухлестывает? — с невинной улыбочкой проворковала моя матушка, снова сбрасывая свою личину и возвращая себе истинную внешность, — И об этом знают и судачат все?

Под "всеми" мамочка конечно подразумевала людей её круга. Но кухарка в отвращении поджала губы. Видимо, что-то и она видела. И не одобряла это "что-то".

— Ох, если давняя вражина спасать тебя придёт, жди беды, — тихо сказала кухарка ни к кому не обращаясь.

Сиерлену надоело стоять истуканом и слушать "вздорную бабу", как он сообщил мне, поэтому он просто передал в мозг кухарки мою память о том, что эту женщину казнили. С подробностями, как именно.

Наконец-то недоверчивость прислуги графа как рукой сняло. Кухарка упала мне в ноги и начала бормотать слова благодарности и уверения в пожизненной преданности мне, дочери мессира графа-соседа, я почувствовала чувство вины перед этой женщиной. Ведь в прошлый раз мне было лень разбираться в проблемах соседа (подумала лишь, что раз этот злыдень помер — то туда ему и дорога). И кухарку тогда действительно казнили по наговору, без вины виноватую. Зато сейчас мне пришла в голову замечательная идея. Раз невиновную в смерти графа кухарку обвиняли в том, что она неровно к графу дышала, вполне возможно, так оно и есть. И если наложить на кухарку иллюзию внешности, которую использовал сумасшедший маг, как проклятие, неснимаемое… Я попыталась ухватить идею за хвост, так как она показалась мне забавной. Да, манеры у графинюшки будут не ах, но графа совсем не её манеры привлекают, а аппетитные формы. И вряд-ли мужчина из нашего времени среднего достатка обладает манерами, необходимыми графине. Тем более, что мне почему-то казалось, что сумасшедший маг из моего круга знакомых. И я никак от этого чувства отделаться не могла.

Конечно, раньше я не знала, о том, что Императорская канцелярия в криминальной магии ни бум-бум. И не разберется, что за отравлением соседа может стоять что-то большее, чем месть разгневанной кухарки за то, что мессир граф женился на молоденькой смазливой мутной девице, а не на одного с ним возраста женщине, которая десятилетиями за нищенскую плату вела на себе дом мессира графа.

Тогда я об этом не подумала. И получили мы в Империи драконью лихорадку, как следствие доступа этой "девицы" в графскую библиотеку. Зато теперь я знаю, что таинственное исчезновение мессира графа и его кухарки будут расследовать олухи. И мне пришла замечательная мысль. В чем-то это была высшая справедливость. Мессир граф хотел в постель смазливую соплюшку? Мы её сделаем из его потрёпанной жизнью кухарки!

Когда я объяснила мою идею мамочке, Рлену и… кухарке, лишь Рлен отнёсся к идее скептически.

Мамочка считала это забавным экспериментом: проклинать кого-то на всю жизнь неснимаемым проклятием красивой внешности ей ещё не приходилось. А кухарке было достаточно того, что мессир граф на этот раз действительно будет её мужем — на этот раз навсегда.