Мирка. Дорогу осилит идущий. Книга 1 (СИ) - Коробицына Лариса - Страница 36

Все чаще и на дольше Нафаня оставался рядом со мной, особенно по вечерам. Пока я в комнате занималась своими делами, он на кухне занимался своими. С маниакальным упорством маленький помощник собирал, сушил, сортировал и заполнял большой стеллаж алхимика, отдавая этому занятию порядочное количество времени. Ревниво следя за моими действиями, если я внезапно проявляла интерес, и совала свой нос в его сокровищницу. Иногда хватало одного взгляда на чей-нибудь высушенный хвост или кожу, для того, чтобы моё любопытство тут же пропадало. Всё, что не входило в стеллаж, он раскладывал или развешивал в кладовке. Сейчас в ней было не пошевелиться. На вопрос: " Зачем нам столько", всегда туманно отвечал: "На всякий случай, вдруг понадобиться". А в часы, когда варила закончившиеся зелье или готовила мази, все время был рядом, пристально наблюдая за мной, нелестно комментируя некоторые действия.

Однажды вернувшись из библиотеки, я не застала в комнате нечисть. Сделала вечернюю разминку, приняла душ, а его всё не было и не было. Чтобы Нафаня добровольно пропустил ужин, да ни в жизнь. Тем более у нас сегодня, кроме столовской пищи, на ужин был тупи, запеченный с овощами, а это блюдо он очень любил, и всегда пытался поделить его по-братски. Ему местный заяц целиком, куда только влезало, а мне - остальное. Лишь бы ничего не натворил и никуда не вляпался...

- Нафаня - тихо позвала, но он не отозвался, не появился. - Нафаня выходи, не заставляй меня нервничать и приказывать. - продолжила увещевать более громко и требовательно.

- Чего тебе? - раздался еле слышный шепот, и серый грязный комок шлепнулся на письменный стол. Да так там и замер без движений.

Я подошла к столу и склонилась над ним. Из-за мокрой шерсти или еще от чего, на столешнице появились грязные радужные разводы.

- Что с тобой произошло? - вопросов было много, но этот был - основным.

- Мага не заметил, и он попал в меня заклинанием.

- Как помочь? - я испуганно и жалостливо смотрела на распростертое тельце, еще с утра подвижного и не в меру зловредного маленького помощника.

- Набери воды, заряди её, как делаешь с зельями и положи меня в неё.

Я метнулась в ванную, быстро проделала все манипуляции и, вернувшись в комнату, поняла, у меня - проблема. Нафаня, в данный момент, представлял собой большой ком грязи, и если его сейчас не почистить, то воду сразу нужно менять, а мой магический резерв не бесконечен.

- Нафаня, твою шерстку надо привести в порядок, но я не знаю каким заклинание лучше воспользоваться: как чистят шерстяные вещи или как чистят лошадей?

- Ой, дурная башка! Я не тупая мертвая скотина! Я – нечисть! Я сам, на большую половину состою из магии. - Надо же, вроде на последнем издыхании, того гляди лапки откинет, а злится и возмущается по-прежнему. Еще бы понять, что он этой фразой пытался мне сказать... Можно его чистить магией или нельзя?

- Хорошо, как скажешь, - решила не спорить и что-то доказывать, а взяла и запустила заклинание "Чистюля", которое можно применять даже для грудных детей.

В воде Нафаня пролежал всю ночь. Я несколько раз вставала, подогревала кристаллами и подзаряжала её магией. Утром в спальне на комоде лежала охапка незнакомых трав и цветов, ванна была приведена в идеальный порядок, а на стене не оказалась пугающего зеркала. Хоть букет и выглядел своеобразно, но было приятно. Ведь Мирке, еще никто и никогда цветов не приносил.

Живой и чересчур активный Нафаня появился вечером, и отблагодарил меня по-своему, как всегда своеобразно. Притащил мне красивый увесистый сундучок: с весами, гирьками, колбами, пробирками, мерными ложками-чашками и еще чем-то, напоминающим спиртовку. Я удивленно разглядывала это богатство и, счастливо улыбаясь, тепло благодарила его.

- Это переносной набор алхимика, - Нафаня от гордости даже распушился и сделался больше, - а то неприятно на тебя смотреть, считаешь щепотки, ложки и кучки.

- Ты случайно не забрал его у хорошего человека?

- Нет, это осталось от прежнего хозяина. Сейчас здесь живешь ты, значит ты - новая хозяйка и всё здесь твое. Радость какая, меня признали хозяйкой. Вот только я не уверена, что это хорошо...

- Ничего не хочешь мне рассказать? - вопрос повис в воздухе и остался без ответа.

Нафаня сделал вид, что не расслышал. Утащил подарок на кухню и принялся там всё расставлять, нарочито громко стуча весами и склянками.

С этого момента, у нас появилась своя маленькая традиция. Когда Нафаня мне что-нибудь выдавал из найденного или стянутого у кого-нибудь из разбойного люда, я в ответ, угощала его небольшими порциями магии. И мне ни капли не было стыдно или жалко людей, которые лишились своего имущества или денег. Ведь тот, кто нападает, калечит, насилует и убивает должен осознавать, что сам может оказаться в потерпевших или потерявших.

Как-то не в меру объевшийся и от этого раздобревший Нафаня рассказал, что в банде разбойников, которые промышляют недалеко от города, есть несколько рабов. Они не нападали на обозы, а находились только в лагере и выполняли хозяйственные поручения. Да и сама банда была не совсем обычной. Ограбив очередной обоз, они разбегались и собирались только через определенное время. Любопытный Нафаня проследил за ними. Большая часть разбойного люда с награбленным добром возвращалась в город, в огромный красивый особняк в первом округе. А незначительная часть распределялась по двум ближайшим деревенькам.

И какой из всего услышанного можно сделать вывод: что кто-то с деньгами, связями и большими возможностями содержит свою собственную банду. Даром получая трудовые и материальные ресурсы. И этот человек - из знати, живет по своим правилам, ничего не боится и знает, как получить информацию об идущих обозах и товара в них. Надо это обязательно рассказать Дядюшке, когда он вернется. Думаю, он сможет правильно распорядится этой информацией.

Отец Сибилла с бригадой взялись за косметический ремонт дома, взяв с меня, пять золотых и разрешение сделать проекцию дома после всех произведенных изменений. Решили, что он может послужить образцом и одним из вариантов малозатратных и быстро производимых обновлений старых строений. Я и Тетушка не возражали. Единственно поинтересовалась у них, почему так дёшево. И получила необычный, на мой взгляд, ответ. Что таких чудачек и фантазерок мало, поэтому предпочитают брать с меня не деньгами, а моими идеями и предложениями. Сибилл на мой вопрос тоже рассмеялся и махнул рукой.

- Сделали по твоему совету у себя в саду беседку. Вьюн еще не успел оплести её, а у нас уже появились первые заказы. Ты правильно сказала: лучше один раз увидеть, чем десять раз услышать. И когда только успела такое ляпнуть, вроде стараюсь следить за своей речью, но видимо не всегда получается.

Перед самым концом десятины пошла в гости к Тетушке. Мне надо было предупредить её о предстоящей практике и узнать, не было ли вестей от дядьки Симы. Задумавшись, шагала вдоль улицы и чуть не прошла нужный мне дом. Остановилась только потому, что заметила знакомый цвет вьюна. Вот вроде договаривались только о косметическом ремонте, а поменялось вроде бы многое.

Изменения начались прямо с калитки: её сделали намного шире и выше. На входе получилась своеобразная арка оплетенная цветным вьюном. С боку к дому прижалась новенькая терраса с летней кухней, где под навесом стояли вынесенные из дома легкие плетеные кресла с маленькими разноцветными подушками на них и большой стол. Здесь вьюн обвивал и оплетал деревянные столбы, создавая воздушную объемность и рельефность. Всё это с виду легкое сооружение, буквально приглашало: зайди... присядь... отдохни... На фасаде дома появились прикрепленные толстые черные бруски с пока еще тонкими стеблями малинового вьюна, который причудливо переплетался над окнами и снова ровной линией поднимался выше. Сейчас вьюн еще был тонкий, но совсем скоро он окрепнет, распушится и станет шире деревянной основы и частично скроет их.