Опасная связь 2 (СИ) - Гертье Катрин - Страница 9

Я лишь поерзала на месте и немного поправила халат. В нетерпении ожидая, когда же Эквуд доберется до сути разговора и объяснит, к чему клонит своими намеками.

– Так что с ним? – Все же не выдержав, поинтересовалась я.

Рик тяжело вздохнул, пристально глядя на меня и наконец начал:

– Дело в том, что на него было совершено покушение.

Я судорожно охнула, но тут же облегченно вздохнула, понимая, что Траеру очень повезло, раз удалось уйти живым. Ведь так? Фаервуд намеревался убить его, а так всего лишь… А что, всего лишь?..

– Но он же в порядке? Опасность миновала? Ему ничто теперь не угрожает? – Быстро-быстро стала задавать Эквуду вопросы, надеясь, что он сможет оправдать мои надежды. Но Рик не спешил. Отведя ненадолго взгляд и задумавшись, вновь взглянул на меня и произнес, скривившись:

– Не совсем так… – У меня вновь тревожно застучало сердце, взволнованно стала заламывать пальцы, совершенно не в силах ждать, когда же мне ответят наконец, что не так с Эйданом. – Это было необычное покушение. Сначала мы и не заметили, что с ним происходит странное… – наконец ответил Рик. – Лишь когда начался жар, мы отправили его сюда, в лабораторию и, сделав анализ, определили сбои в организме, а точнее – со стихией. Я бы и представить не мог, что могло стать причиной такого состояния, если бы не работал на тайную канцелярию короля и не знал, кому он помешал.

– И что же с ним?! – Требовательно воскликнула я. – Ну не мучайте уже, говорите! Неизвестность невыносима!

– У нас ведутся одни секретные разработки на случай начала войны, и направлены они на высший, офицерский состав. На магов. – неохотно пояснил Эквуд. – Вот как раз их и использовали против Эйдана.

– И что теперь с ним будет? – Прошептала испуганно я.

Затаила дыхание. С силой схватившись за ткань халата, боясь услышать худшее, я со страхом в глазах посмотрела на Эквуда.

– Целью покушения, как ни странно, не было убийство Траера. Оно было направлено на его полное выгорание, как мага. Именно это с ним сейчас и происходит. Он теряет силу и, если нам не удастся придумать, как это предотвратить, то в скором будущем он станет обычным человеком. И это в лучшем случае…

– А разве создавая это ужасное оружие, вы не придумали, как ему можно противостоять? – Подскакивая с кровати, зло бросила я, не веря в услышанное. Великие! Этого еще только не хватало! Меня охватила паника, хотелось бежать, что-то делать, как-то помочь Эйдану, лишь бы остановить это несчастье. Для мага лишиться дара – это ведь все равно, что стать калекой! А для одаренного, наследного – означало потерять титул, положение. Лишиться всего! И я озвучила страхи вслух: – Это ведь ужасно! Как он будет жить без магии? Что с ним станет? Как ему помочь? У вас ведь должно быть что-то…

– Это военная разработка… разработка… – Напомнил Эквуд. – И рассчитана была лишь для использования против врага, и только в крайнем случае.

– Не важно! – Воскликнула я, панически вышагивая по маленькой комнатке. – Так не должно быть!

– Не должно, – буркнул тихо Рик, соглашаясь. – Собственно потому я и хотел поговорить с тобой. После твоего вчерашнего рассказа о ритуале, о вашей странной связи, мне пришла в голову мысль… – мужчина на миг запнулся, подбирая слова, а я остановилась напротив него с недоумением ожидая, что он хочет предложить, чтобы помочь другу. И какое отношение к этому могу иметь я?

– Я подумал, может стоит попробовать использовать тебя в качестве антидота… – Он, смутившись отвернулся и замолк, давая мне время на осмысление услышанного.

«Антидот? Я?.. Это как?» – Пронеслось непонимание в голове, но уже мгновение спустя до меня стало доходить, что Эквуд имел ввиду. К щекам резко прилила кровь, уши вспыхнули от невыносимого смущения. Испытывая сильную неловкость перед близким другом Траера, отвернулась и до боли прикусила губу.

«Вот так предложение! Никогда не предполагала, что в моей жизни может статься, что меня захотят использовать, как лекарственное средство. Рик очевидно имеет в виду не просто наши долгие разговоры и совместные прогулки, но и более, так сказать, тесный контакт. Я ведь правильно поняла? И лечение, и развлечение в одном флаконе?!»

– А с вашим ритуалом разберемся, когда Эйдану станет лучше, – добавил Рик. – Обещаю. И если задуманное… кхм… «лечение» сработает, то, возможно, оно немного смягчит твое признание в содеянном перед Эйданом. – Осторожно предположил Рик, глядя на меня искоса. – Так что, ты согласна попробовать?..

Глава 13

Конечно, я была согласна. Сейчас, когда действительно могла помочь и хоть как-то загладить свою вину перед Траером, отказываться и не планировала. Однако, меня смущало, что план будет известен лекарям, сотрудникам тайной канцелярии и одни стихии ведают кому еще! Все-таки вопрос был очень личный и касался нас двоих, а по факту являлся общим достоянием и неким экспериментом – противодействующим средством к еще толком неизведанному оружию.  

Со своей стороны в качестве ответной услуги, настояла на том, чтобы Эквуд рассказывал мне о расследовании по делу с Фаервудом и обязательно известил о том, что же случилось с Гринвудами и Бёрзом.  

– Есть правда одна вещь, которую ты должна знать, – уже прощаясь, у самой двери, произнес Эквуд. – Когда мы искали тебя, храмовник, что пытался обвенчать вас с герцогом проболтался о твоем замужестве.  

– Э-э-э… – Замерев и растерявшись, только и смогла произнести я, но быстро взяв себя в руки, поинтересовалась: – И что мне делать, если Эйдан станет спрашивать об этом?  

– Вот тут сложнее, – согласился он. – Придумай, что-нибудь. Отвлеки, скажи в конце концов, что поговоришь с ним об этом позже. Не знаю… Врать не выход, а вот отложить вопрос на потом, думаю, вполне реально, если правильно поведешь себя.  

Эквуд подмигнул и, отвернувшись от меня, вышел. И правильно! Я и так была слишком смущена. Хотя, казалось бы, куда уж больше! Почти весь разговор с другом Траера я смотрела куда угодно, только не на него. Да и пальцы заламывать не было уже никаких сил!  

Нужно было хорошенько все обдумать, определиться, с чего начать «лечение», как вообще невзначай склонить его к «лекарству», еще и в таких непростых условиях: в лекарском отделении тайной службы, под бдительным наблюдением целителей, под действием препаратов, что давали Траеру, да еще и в едва ли не лихорадочном состоянии! Это выглядело бы весьма странно с моей стороны! Миссия была рискованной и вызывающей, как минимум, подозрение со стороны больного!  

В тот же день, к счастью, встретиться нам с Эйданом не позволили. Это и к лучшему! У него были какие-то процедуры, да и ко мне наведались с осмотром, окончательно убедиться, что я в полном порядке: набираюсь сил, высыпаюсь и залечиваю расшатанные нервы со свежими ранами. От лишнего успокоительного я, правда, не отказалась, когда его предложили. И потому в свободное от посетителей время успешно и довольно долго спала.  

– Настойка, что я Вам прописал, – сообщил мужчина целитель, когда мое обследование было окончено на ближайшие сутки. – Не вредна, но будьте предельно осторожны, добавляйте лишь пару капель в отвар. Не злоупотребляйте! Иначе можно сильно опьянеть.  

Вот с таким вот наставлением, оставив пузырек на столике, он удалился. А вот я тогда сразу посмотрела на успокоительное несколько иначе. Так сказать, под другим углом. Внимательно так и оценивающе…  

У меня в принципе для встречи с Эйданом было уже все: знание, где его разместили, в какие часы к нему приходят посетители, даже сообщили, когда могу начать действовать. Все организовали… А я не могла так! Вот не могла, и все! Об этом ведь будут знать все! Как я им в глаза буду смотреть? В их мыслях наверняка будут крутиться факты: она была у него, и я знаю, чем они занимались! Это ужасно!

Я с детства была склонна к самостоятельности, не любила, когда на меня давят, да и делала почему-то все наперекор! Вот и сейчас, сидя на кровати в темном помещении, в глухой ночи, когда все спят, покусывая губу, размышляла... Ничего с тех пор не изменилось: характер остался прежним, принципы тоже, да и желание помочь с благим делом не пропало. А еще хотелось навестить Траера совсем не потому, что он болен, нет. Просто хотелось!.. Но было страшно… Вдруг отвергнет, не примет. Или я струшу и сбегу. А помочь ему надо! Практически вопрос жизни и смерти!