Львиная математика (СИ) - Первая Ева - Страница 32

Хай-Дара разрывало от противоречивых ощущений. Головой он понимал, что нужно разбудить Лиама, отправить к Тао, но хотелось вцепиться клыками и рычать, никого не подпуская. Закусать, всего покрывая болючими метками, чтобы ни у кого сомнений не оставалось, чей это альфа. А ещё лучше сцепить узлом. Дар помотал головой, прогоняя дикие мысли. Непонятно, с чего на такое потянуло, наверное, запах действовал.

— Эй, глава гарема! — он тряхнул Лиама за плечо, — поднимайся давай, пора обязанности выполнять. Иди на чердак! Не чуешь разве?

— Не пойду… — альфа не спал, лежал, таращась в пустой угол, часто сглатывая набегающую слюну. — У него спокойно проходит. Перетерпит.

— Я тебя уговаривать должен?! Пошёл! Живо!

— Ты чего? — Лиам обернулся, уставился на него лихорадочно горящими глазами. — Сдурел?

— Хотел котёнка — иди делай!

— Да ничего я уже не хочу! Что пристал?

Дар схватился за голову, откинулся обратно на свою сторону кровати, простонал, борясь с желанием заорать:

— Долго ты меня мучить будешь? Просто иди и трахни там кого-нибудь! Что бы я перестал этого ждать!

— Я тебя, значит, мучаю? — Лиам оскалился над ним. — Хорошо! Попробуй потом что-нибудь вякнуть!

Он соскочил с кровати и взлетел вверх по лестнице, оставив Дара шипеть в подушки. Через полминуты с чердака кувырком вылетел Ксу, отряхнулся и молча уселся около шкафа.

В комнате ненадолго воцарилась тишина.

— Ложись с краю, места хватит, — нарушил её Дар. Он не хотел услышать ничего из того, что сейчас будет происходить на чердаке. А ещё меньше чтобы омега видел его метания. — Долго у него обычно? Я, наверно, уйду, пока не закончится.

— Зачем? — Ксу осторожно сел рядом.

— Чтоб успокоиться, — он указал на пах, прикрытый комом одеяла.

Личные пристрастия и симпатии инстинктов не отменяли, у него как у альфы на разлившийся по дому сладкий запах реакция была правильная. И свалить своё временное бегство на неё показалось хорошей идеей.

— О… Так это не проблема!

Дар не успел сообразить, что происходит, как омега сунул руку под одеяло и крепко обхватил прохладными пальцами его член.

— Стой! — тонко мявкнул Дар, забывая дышать от неожиданности.

— Стою, — согласился Ксу, перехватывая удобнее, — а ты ложись. Я знаю, как с этим управляться.

*** Лиам ***

Обидно Лиаму было, что слов не подобрать.

Дара за язык он не тянул, сильно не наседал, гарем создавать не заставлял, это вообще не его идея была, а в результате чувствовал себя во всём и везде виноватым. И перед омегами, что снова наобещал того, чего выполнить не сможет. И перед своим альфой. Самое плохое, что с последним просто не понимал, чего тот от него хочет. Старался меньше поводов для ревности давать, оказалось, раздражал только.

— И что мне теперь делать? Вернусь, обратно прогонит. Останусь, он же мне завтра глотку перегрызёт.

Тао, закутанный в одеяло, лежал на своей кровати с выражением скуки на лице.

— Капец как интересно, я б даже поржал над обоими, но мне, мягко говоря, сейчас не до этого.

— В общем, — Лиам поджал губы, — пока Дар не будет это спокойно принимать, трогать я вас не буду. Придётся тебе самому справляться. Как мы и договаривались.

Он бы с большим удовольствием помог, усилившийся запах действовал притягательно, но чувствовал, что именно сегодня, когда его альфа явно не в самом спокойном настроении, стоит отступить. Дать ещё время и ему, и себе. Поговорить, наконец, всем вместе и предельно откровенно. Без этого совместное житьё грозило превратиться в вечную свару.

Тао цыкнул:

— Я на память не жалуюсь. И не звал тебя, кстати. Иди мирись. Водички только принеси сначала.

Лиам кивнул.

Спустился, проскочил на кухню, наполнив кувшин, вернулся к лестнице. И, уже начав подниматься, кинул взгляд на свою кровать. От увиденного кровь бросилась к лицу, а из пальцев полезли острия крючковатых когтей. Взвившаяся на голове грива встопорщилась под сорвавшееся утробное рычание.

Никаким образом он представить не мог Хай-Дара вместе с Ксу. Особенно в такой откровенной позе.

2.6 Ошибочные рассчёты

*** Лиам ***

На кровати, где Лиам многие ночи до этого брал своего альфу и сам отдавался ему, сейчас творилось что-то не укладывающееся в голове.

Хай-Дар лежал на спине, крепко держался за изголовье и резкими движениями вскидывал бёдра навстречу оседлавшему его омеге, практически качая на себе. Гримаса на лице — с силой зажмуренные глаза, сосредоточенно сведённые губы, готовые в любой момент раскрыться, выпуская стон наслаждения — была до боли знакома. Лиам столько раз видел её и был причиной появления, что сейчас, наблюдая со стороны, впал в ступор, не в силах справиться с собственными эмоциями.

— Дар… — зашипел он, закипая.

— Сюда иди, — раздался сверху голос. Тао свесился в проём, запустил пальцы в гриву, потянул на себя. — Поднимайся.

Лиам вздрогнул, выходя из оцепенения, отвёл глаза от увлечённых друг другом львов и, спотыкаясь, влез на чердак.

Сердце продолжало заходиться сбившимся ритмом.

— Они! Там! — ему не хватало воздуха.

— Ага, — согласился Тао, забирая у него чудом уцелевший кувшин, — а мы здесь. — Прильнул к беззвучно хватающему ртом воздух альфе, сильнее обдавая густым запахом. — Пойдём, пойдём, — мягко подталкивая, направляя, попытался увести к кроватям.

Лиам как не слышал.

— Ксу! Дар! Блять!!! — более осмысленно выразить глубину потрясения не получалось.

В груди защемило от обиды. Клыки выступили острыми пиками, альфья натура взбунтовалась, требуя немедленно пустить их в дело.

— Убью! — он дёрнулся к лестнице, повинуясь внезапному порыву.

— Лиам!

Холодная вода хлестнула на гриву, Тао, полу-морфнулся, отшвырнув пустой кувшин, заградил путь, успел встать между ним и спуском.

— Это что ты сейчас собрался делать?!

— Я?… — он остановился, обтекая.

— Кого резать будешь, спрашиваю? Дара? Или Ксу, может?! — Омега сжал кулаки, дёрнул губой, ощериваясь. — Ну?

Лиам отступил под неожиданным напором, такого злющего Тао он никогда не видел.

— Два страдальца! — тот рычал. — Развели трагедию! На ровном месте проблему делают!

Ругань обрушилась на Лиама мощным потоком, полслова не вставить.

Ситуация сложилась просто безумная: Дар внизу с Ксу трахается, Тао орёт, от ярости хвостом как хлыстом щёлкая, а он столбом стоит и когтями трясёт без единой мысли в голове. Ко всей дичи происходящего ещё и возбуждение никуда не делось. Запах взвинтил нервы до предела. Хоть в окошко кидайся.

Как бы не было смешно, но стоило подумать о прижатом шароварами к животу члене, а Лиам словно очухался. Правда, что продолжал вещать Тао, уже перейдя с агрессивного тона на более мягкий, упрашивающий, разобрать не мог, зацепившись взглядом за деталь, места которой тут определённо не было.

Взъерошенная грива ещё больше поднялась, губы разошлись в угрожающем оскале.

— Это что такое? — зловещим шепотом спросил он, указывая трясущимся пальцем на мельтешащий, выписывающий круги хвост.

— Где? — Тао обернулся настороженно. Растерянно захлопал ресницами и вдруг фыркнул: — Ой… Хе-хе…

— Какое «ой» на хрен?!

Крупные породы, такие как львы, тигры или пантеры, менять форму во время течки не могли*, очень редко кто умел полу-морфнуться, и Тао точно был не из их числа. В этом Лиам был уверен — пробовали. Поэтому то, что он сейчас перед собой видел, вообще не вписывалось в картину происходящего.

Омега быстро перекинулся в-человека, виновато улыбнулся и, пятясь, зачастил:

— Спокойно! Мы сейчас всё объясним! — вскинул руки в мирном жесте. — Ничего страшного не произошло! Это на общее благо! — и кинулся в лестничный проём, вопя: — Ксу! Он понял!