Покорённый (СИ) - Гертье Катрин - Страница 16

Слегка отстраняюсь, чтобы заглянуть ей в лицо: в серебристых глазах скачут озорные чертики, на щеках проступает бледный румянец от еле сдерживаемой веселой улыбки. Надо же, какое интересное преображение. Такого мне еще видеть не приходилось… игривая хозяйка — это интересно. Грех не воспользоваться моментом.

Понимая, что девушка держит меня очень крепко, причем как руками, так и ногами, хитро ухмыляясь в ответ, опускаю ладони с ее поясницы на аппетитные выпуклости и слегка сдавливаю их пальцами.

Облизываю, успевшие высохнуть, губы и, с девушкой в руках, подплываю к лестнице, чтобы вытащить нас из бассейна и направится в место, где нас точно никто не застанет врасплох и не прервет наш с ней легкий «предобеденный перекус»...

Весь оставшийся день мы действительно проводим вместе. Чуть позже, отдохнув после приятного «приветствия», обедаем в большой столовой, где прежде я не бывал. Хозяйка интересуется, чем я занимался в ее отсутствие, что читал, все ли меня устраивает… Вечером, поужинав в ее спальне и приняв душ, девушка вновь перехватывает инициативу. Несколько часов в ее объятиях, под стрекот цикад, доносящихся с улицы, треск свечей в канделябрах, которые госпожа зажигает, чтобы создать соответствующую нашему настроению атмосферу, ее протяжных стонов и жара тел. Я упиваюсь красивыми изгибами стройной фигуры, бархатом влажной кожи под моими пальцами, трепетом сбившегося дыхания.

Засыпаю не сразу. Некоторое время продолжаю наблюдать за спящей девушкой: слегка поглаживая ее мягкие волосы, глядя на ее длинные пушистые ресницы, подрагивающие во сне, очертания лица, делая выводы, что она действительно очень красива. Прихватив пальцами выбившийся завиток ее длинных темных волос около уха, ухмыляюсь, размышляя, что сподвигло хозяйку эту ночь провести со мной.

Закрываю глаза, вслушиваясь в спокойное размеренное дыхание девушки. Впитывая тепло ее расслабленного тела, постепенно засыпаю, ощущая непонятно откуда взявшиеся легкую тошноту, пульсирующую боль в висках и еле уловимое головокружение.

Глава 9

Просыпаюсь от странных звуков, не понимая, что происходит. В эту ночь я впервые осталась рядом с мужчиной, которого купила, не ушла, не отправила его к себе. Так приятно было устроиться на плече, прижаться к теплому мужскому телу, расслабиться и забыться. Только сейчас от него исходило не тепло — жар. Я это отчетливо понимала. Неестественное и настораживающее ощущение. Замерев на секунду, распахиваю глаза и хмурюсь. По постели пробегает легкая вибрация, докатываясь до меня его стоном.

Тело срабатывает мгновенно: подскакиваю на постели и вглядываюсь в темноту, стараясь рассмотреть парня, но в спальне так темно, что можно увидеть лишь силуэт при тусклом свете луны. Осторожно протягиваю руку и дотрагиваюсь до обнаженной кожи на его груди, проверяя и убеждаясь, что не ошиблась — «он горит».

Быстро поворачиваюсь к прикроватному светильнику и щелкаю по кнопке. Комнату заливает приглушенный свет, но этого достаточно, чтобы понять, что происходит. Пары секунд хватает оценить состояние: он весь покрыт испариной, тело прошибает озноб, в бреду Марк тихо что-то шепчет и стонет.

Первое, что приходит на ум — это попытка разбудить его. Приблизившись, дотрагиваюсь ладонью до плеча и трясу, но настойчивые попытки не приносят результата, и мне становится страшно.

Нужно вызвать врача! Мои знания в области медицины настолько скудны, что я могу лишь растерянно наблюдать за происходящим, не в силах что-то сделать. Подбегаю к стационарному телефону в шкафу, который предназначен для экстренных звонков. Набираю хорошо знакомый номер, надеясь, что мне ответят на другом конце провода.

— Алло, — раздается сонный девичий голос.

— Амалия, мне нужна твоя помощь, срочно! — по привычки требовательно произношу я.

— В чем дело? — настороженно спрашивает она.

Ее голос теперь звучит собранно. Интересно, у всех врачей такая быстрая реакция?

— Не знаю, — бормочу я. — Марк… ты говорила, что чип у него прижился… он хорошо себя чувствовал, а сейчас… — рассеянно пытаюсь объяснить, но терпению быстро приходит конец.

— Приезжай. Сейчас. Я отправлю за тобой машину, — уже мягче добавляю я.

— Я сама доберусь, — строго отвечает Амалия, и я понимаю, что еще секунда, и девушка положит трубку.

— Подожди! — восклицаю я. — А мне-то что делать?

Панику в моем голосе расслышал бы даже глухой. Раздается шуршание, и девичий голос требовательно спрашивает:

— Симптомы…

Оборачиваюсь на парня, пробегаюсь по нему быстрым оценивающим взглядом.

— Озноб, жар… — делаю запинку и зло бросаю. — Да все у него! Не знаю! Делать что?!

— Хм… — задумчиво протягивает Амалия, — Холодный компресс, пока я не приеду. Скоро буду. — быстро бросает она и на этот раз вешает трубку. Слышатся короткие гудки.

Судорожно вздохнув, возвращаю телефон на место и поворачиваюсь к постели. Так, компресс, нужна холодная вода… разбудить слуг, охрану. Черт! А если я зря паникую, и он просто простыл? Ловлю себя на том, что от волнения, начинаю заламывать пальцы. Спокойно. Надо собраться и действовать, в таком состоянии меня точно никто не должен видеть.

Накинув халат и натянув на лицо маску сдержанности, быстро преодолев расстояние до двери, открываю и выглядываю наружу. В коридоре сегодня дежурят мои верные телохранительницы Джуд и Джейн. Подзываю их к себе.

— Марту ко мне, — отдаю быстрое распоряжение, сонной охране. — Живо!

Рявкнув для убедительности, чтобы дать понять — плестись до комнат персонала не стоит, удовлетворенно наблюдаю, как девушки, удивленно переглянувшись, торопятся покинуть коридор. Теперь остается ждать…

Прикрыв дверь изнутри, тяжело вздыхаю и облокачиваюсь на ее поверхность. Как же все это не вовремя…

Осторожно подхожу к кровати и присаживаюсь на край. Взгляд блуждает по мужскому лицу: он сильно хмурится, на переносице пролегает глубокая складка, которую я невольно, разглаживаю пальцем. Влажная кожа, жар и озноб в очередной раз подтверждают, что я все правильно сделала. Без лекарств тут не обойтись. Остается надеяться, что болезнь несерьезная, и высокую температуру получится сбить. Амалия сможет — она же врач, а я не останусь в стороне, сделаю все, что смогу.

Чувство вины царапает маленькими острыми когтями. Я ведь несу за Марка ответственность… не уследила, плохо справилась со своей задачей. Нужно исправляться. Попрошу Амалию научить меня ухаживать за ним, раньше мне с подобным сталкиваться не приходилось, но я обязательно справлюсь.

Минуты текут. В тихой комнате, в ожидании помощи, они кажутся часами. Наконец раздается короткий стук в дверь. Встрепенувшись, открываю дверь и едва впустив Марту в спальню, быстро сообщаю, что мне от нее нужно.

Уже спустя четверть часа, сонная и растрепанная служанка, в наспех застегнутом, мятом халате суетится возле лежащего Марка. Рядом с ним теперь стоит стул с тазом, наполненным водой, а в руках у девушки находится мокрая тряпица. Желая помочь, Марта присаживается на кровать и тянет ручонки к моему мужчине. Понимая, что она планирует остаться здесь, насупившись, подхожу к девушке и отбираю ткань.

— Я сама, — угрожающе бросаю, прожигая девушку гневным взглядом. — Ступай вниз, встретишь Амалию.

Посмотрев на меня, обескураженная девушка кивает головой и выскальзывает из комнаты. Еле сдерживая рвущееся наружу возмущение, жду, когда за ней закроется дверь. Оставшись наедине с парнем, облегченно вздыхаю и с серьезным видом, приступаю к работе. Еще раз сполоснув тряпку, выжимаю и прикладываю ее к пылающему жаром лбу, осторожно протираю лицо. Не проходит и минуты, как ткань нагревается. Я повторяю манипуляцию вновь и вновь.

Действия немного отвлекают от нарастающего беспокойства, но от меня не укрывается то, что Марку становится хуже: мелкий озноб превращается в крупную дрожь, а вместо тихих стонов, он начинает задыхаться.