Чужеземная красотка против строптивого жениха (СИ) - Арсеньева Аселина - Страница 22

Вердикт врача был не утешительный. Сильное истощение и обезвоживание.

– Мы вначале поставим ему капельницу, чтобы поддержать организм. Пульс очень низкий, затем нужно будет обработать рану. Удивительно, что он вообще нашёл сил попить воды и до сих пор реагирует на раздражители. Настоящий боец. Если переживёт эту ночь, то будет жить долго и счастливо.

Мысль, что этот несчастный, обессиленный щенок может умереть, отозвалась в груди неимоверной болью. Из глаз потекли слезы. Никогда прежде я не знала, что может быть так больно и страшно одновременно.

– Леночка, не переживай ты так, Аркашенька лучший ветеринар, он обязательно поможет этому бедолаге. – Но уговоры бабушки лишь прорвали плотину и слезы градом покатились по щекам. Ощущение полного бессилия страшило и злило одновременно. – Ну что ты милая, доктор его обязательно вылечит.

Бабушка обнимала меня за плечи и пыталась успокоить как маленькую. Да я и была тогда, действительно маленьким ребенком, давно возомнившим себя взрослым человеком. Я до сих пор очень ярко помню весь тот день. Помню от этой тёплой заботы становилось легче. Никто и никогда кроме бабушки не проявлял ко мне такой теплоты и понимания. Отец в такой ситуации стал бы укорять за проявление слабости, а то бы и наказал, чтобы следующий раз была умнее и не допускала подобного. Да с отцом такого бы и не произошло, я бы никогда не решилась принести в его дом бедное животное. Он не выносил проявления чувств и не любил домашних животных.

Все время пока врач брал кровь на анализы, делал уколы, брил здоровую лапку, и пытался попасть в вену иглой от капельницы, голова щенка лежала на моей ладони, а другой я неустанно гладила его, успокаивая обессиленное тельце, до тех пор, пока под воздействием лекарств щенок не уснул.

Я не хотела его оставлять, но врач настоял, что бы мы ушли и вернулись на следующее утро. Страшно вспомнить, как я пережила эту ночь, большую часть из которой мы просидели с бабушкой на кухне. Она рассказала, что доктор друг детства моей мамы, они учились в одном классе. Вспомнила много историй как будучи ещё детьми, они приносили домой брошенных раненых птичек, собачек и котят.

– Аркашенька с детства мечтал стать ветеринаром, а твоя мама боялась крови, но помогала ухаживать за бедными животными. Она были не разлей вода.

– А когда выросли, они продолжали дружить? – Мне было интересно узнать о маме, но в силу двенадцатилетнего возраста, меня заинтересовало встречалась ли мама с этим потрясающим мужчиной или они так и осталась друзьями.

Бабушка поднялась и вышла из кухни, из коридора доносились какие-то приглушенные звуки. Прошло несколько минут за которые я успела испугаться, что сунула свой нос куда не следует, но Ба вернулась с большой коробкой.

 6.5

6.5

– Вот смотри. – Ба протянула мне широкую коробку, которую я с трудом удержала и даже придержала её пока я вместе с ней усаживалась на полу.

Я приподняла крышку с неким предвкушением секрета. В коробке были аккуратно сложены фотографии мамы и разные мелочи из её детства: школьные записки, открытки на день рождения, игрушка змейка, кубик Рубика и шашки. Даже пупсик в купальнике, как пояснила бабушка мамин любимый.

До этого меня удивляло, что в бабушкином доме нет маминых фотографий и ничего того, что о ней напоминало, а спросить об этом я стеснялась, зная, что у них с бабушкой не самые тёплые отношения. Бабушка, конечно, не отказывается от цветов, когда ей их присылает мама, но у меня про маму никогда не спрашивала и сама старалась эту тему не затрагивать. Похоже, у бабушки на маму глубокая обида и я предвкушала, что сейчас открою завесу тайны или хоть немного больше узнаю о детстве мамы, да и о неё самой.

Со снимков на меня смотрела совсем незнакомая девушка: красивая, счастливая, с открытым миру взглядом и обворожительной улыбкой. Даже в моём возрасте – двенадцать лет, она уже выглядела идеально, как модель. На большинстве снимков рядом с ней был такой же счастливый парень. В этом мальчике, а на более поздних фотографиях – уже парне, я сразу узнала Доктора. Его было легко узнать. Его улыбка и сейчас была искренней, а взгляд открытым и радушным, чего не скажешь о моей маме, судя по фотографиям, мама стала совсем другой: закрытая, необщительная, то есть общительная и улыбчивая, но лишь с определёнными, нужными ей людьми. Я старалась, но никак не могла её понять, а папа твердил, что меня не должны волновать другие люди, даже она. Он учил меня идти к своей цели, не оглядываясь на других и тем более не опираясь на их мнение, но ему хоть было дело до моего воспитания, мама была полностью поглощена собой и своими, как она выражалась «светскими проблемами».

– Они такая красивая пара, – я залюбовалась снимком, на котором высокий красавец кружит обворожительную девушку, они оба смеются, их лица буквально светятся счастьем. Я никогда не видела в маминых глазах такого света и такого откровенного счастья, даже позавидовала этому парню. Хотелось бы получить от неё хоть немного тепла.

Почему тот мужчина остался таким светлым, а мама стала совершенно другим человеком? Дело в папе?

– Да, была пара, была любовь и были мечты, – похоже, бабушка без слов меня поняла и поделилась прошлым мамы. –всего одна ошибка, а в результате он до сих пор один, а она дочь родную бросила, – бабушка сказала это с такой грустью и болью, что у меня защемило сердце от жалости к тем двоим, чьё счастье хранит только старый снимок и бабушкино сердце. Жалости к себе у меня не было, я не считала, что мама меня бросила, я с ней виделась, но что раньше, что сейчас особого интереса я у неё не вызывала. Скупой приветственный поцелую в щёку – это максимум на что я могу рассчитывать.

Больше бабушка ничего не рассказала, похоже, посчитав, что и так сказала лишнего. Так что же это была за ошибка? Может быть, –  я и стала той самой ошибкой?

Тот вечер я впервые в своей жизни провела в рассуждениях о судьбах и причинах такой разительной перемены в поведении мамы, но так и не найдя ответа, обессилено провалилась в сон.

Утром позвонил тот самый доктор и успокоил, что всё нормально, только попросил приехать немного раньше, до открытия клиники.

Мы с бабушкой бросили все дела и уже через пятнадцать минут были на месте.

Клиника располагалась на первом этаже частного дома, не так далеко от дома бабушки. Доктор пригласил нас войти во двор и провёл в отдельно стоящее строение, видимо, это была операционная, – в силу своего возраста я не могла определить наверняка, но идеальная чистота и множество разного рода аппаратов наводили именно эти мысли. На специальном столе лежал наш найдёныш, а молодая медсестра делал ему укол.

Малыш даже не реагировал. Создалось впечатление, что он вообще не дышит. Я кинулась к нему, провела рукой по огромной голове и потрогала нос. Щенок открыл глаза и безразличный и обречённый взгляд сразу же засветился радостью.

– Это я маленький. Как ты? – Обрадовалась я гораздо больше щенка.

Он лизнул мою ладонь, а потом уткнулся в неё мордочкой и заскулил.

– Ты скучал? Думал, что я тебя бросила? – растроганно уговаривала я малыша.

Щенок поднял глаза и посмотрел, отвечая мне взглядом.

– Не бойся, маленький, я тебя не брошу. – Я обрадованно повернулась к любовавшейся не щенком, а мной бабушке. – Бабушка, он меня понимает!

– Да милая барышня — это очень умный и породистый пёс, только вот с предыдущим хозяином ему очень не повезло.

– А вы знаете, кто это с ним сделал?

 6.6

6.6

У меня не хватало знания русского, чтобы выразить всю глубину негодования от осознания, что есть кто-то конкретный сотворивший это зло.

– Гарик, это же твой щенок?

Я не заметила, когда в помещение вошёл посторонний мужчин.

– Аркадий Сергеевич, какой щенок?

– Твой Головастик.

Мужчина прошёл мимо меня и посмотрел на Малыша.

– Да это мой беглец. Он перестал есть, скулил. Сука нервничала и выла. Я домой вечером приехал, продукты привёз, а жена и говорит, что сдыхи в доме жаловались, даже хотели съехать. Я в магазине ночую, дома места нет, взял с собой.