Столичная красота против сибирского Валенка (СИ) - Арсеньева Аселина - Страница 14

— Спаситель ты мой! — Вполне искренне воскликнула я. — А то на эти устрицы лобстеры и прочую морскую нечисть, уже честно, — смотреть не могу. А картошечку, я хоть три раза в день готова есть!

— Похоже я не ошибся, с выбором ресторана. Даже не предполагал, что Русская кухня для тебя таким подарком окажется. — Ласково улыбнулся Лева, чуть сильнее сжав мое плечо и на секунду замерев, пока снова не поймал мой взгляд. — Валюш?

— А?

— А ну их! Переезжай ко мне! Картошечкой обеспечу на круглые сутки, обещаю.

— Я бы с удовольствием, но на кого мне их оставить? — Вздохнула я. — Да и без меня скучно им жить будет.

— С этим не поспоришь. — Убирая руку с моего плеча согласился Лева.

Только сейчас я поняла, что зашел официант и принес салатики.

— Ты не против, если я останусь сидеть рядом? — Спросил Лева.

— А почему должна быть против? Всегда ж в столовой сидим. — С сожалением посмотрела на руку Левы, которая только что меня обнимала. Под ней я чувствовала себя гораздо уютнее.

— Вдруг ты предпочитаешь сидеть напротив собеседника. — Предположил Лев.

— С тобой и так вполне уютно. — Некстати вспомнила Новенького. Вот с кем комфорт рядом не стоял.

— Ты чего приуныла? Не нравиться салат с языком? — Искренне обеспокоился Лева.

— Ты что? С языком — мой любимый! Просто вспомнила причину по которой попросила встретиться.

— Полагаю, тема неприятная. Давай не будем аппетит портить. Поговорим после еды?

— Лева, вот все бы понимали меня так как ты! — Благодарно посмотрела на парня, невольно увлекшись рассматриванием его черт!

— Валя, не смотри не меня так.

3.11 A в чем дело?

— А в чем дело?

— Дело в том, что… — порывисто вздохнув, он нагнулся ко мне ближе и застыл в миллиметре от моих губ, — ты же в курсе моих чувств к тебе? — Не справившись с эмоциями, Лева выдыхает прямо в губы и застывает в ожидании ответа.

— Да. — Шепчу я в ответ, уловив едва уловимый, тонкий запах его парфюма, и почему-то не нахожу сил отстраниться, лишь чувствую жар, который медленно растекается по телу, будто я выпила спиртного.

Лева на секунду прикрыл глаза, а когда открыл, его взгляд изменился.

— Я уважаю твои желания и не собираюсь на тебя давить. — Отстранился он, почему-то вызвав этим обиду. — Поэтому и ты, уважай мои чувства и не разжигай огонь, если не собираешься его тушить.

— Спасибо. — Сказала я невпопад, отчего-то непослушными губами, которые ни с того ни с сего запылали под его взглядом.

— Не смущайся меня. Я всего лишь напомнил о своих чувствах и о том, что очень надеюсь на взаимность. — Наверно на моем лице образовалось не то выражение, которое встревожило Леву и он продолжил успокаивать. — Не стоит пугаться. Я совершенно не тороплю и не настаиваю, лишь терпеливо надеюсь, что твое сердечко выберет меня. — Лева улыбнулся так мило, с невероятной, неприсущей ему нежностью, что я невольно расплылась в ответной улыбке. Да что со всеми сегодня? Прямо день признаний какой-то!

— Все хорошо, правда. Давай уже салатики поедим, а? Любовь любовью, а ужин по расписанию! — Попыталась отшутиться я, заодно хватаясь за спасительную вилку, но все равно чувствовала себя неловко. Еще бы! Такой мужчина в очередной раз говорит тебе о чувствах, а ты не можешь понять, что происходит. Почему в этот раз для меня это прозвучало так волнительно? До сих пор дыхание не унять. Сижу и усилено сдерживаю воздух, чтобы не дышать будто только что переколола гору дров.

— Только ты после моего признания способна думать о салатике. — Шутит в ответ Лева, и у него это выходит действительно непринужденно. Будто и не было только что между нами этого неловкого момента.

— И часто ты признаешься? — Решила поддержать шутливый разговор, а заодно прийти в себя.

— Это чисто теоретическое предположение.

— Ну да. Охотно верю, учитывая, сколько воздыхательниц у тебя только на работе.

— Валюш, воздыхательницы они, а не я. — Лева немного хитро улыбнулся и, приманив меня пальцем, продолжил уже шепотом. — Скажу тебе по секрету — эти же воздыхательницы, как ты их назвала, также состоят в рядах поклонниц Степана. И кто там еще у вас в женских любимчиках ходит?

— Угадал. — Мне вспомнились случайно услышанные разговоры из комнаты отдыха.

— Теперь у них новая жертва — на Новенького переключились. Но не все такие ветреные. Среди них есть по-настоящему верные тебе поклонницы. Одна даже вырезки из журналов с тобой коллекционирует и фото собирает.

— Какой кошмар! Настоящий сталкер! — С наигранным ужасом отреагировал Лева — И кто же это?

— Если хорошо посмотришь вокруг, — сам увидишь. Чего смеешься?

— Я сама серьезность! — Заявляет он. — И смотреть я предпочитаю только на тебя.

— Ой, картошечку принесли! — Забыв обо всем, я уставилась на красиво оформленное блюдо. Оказывается, и картошку с мясом можно подать так, что загляденье будет!

— Похоже, соперничать с картошкой мне не под силу. — Вздыхает Лева, снисходительно принимая свою порцию еды.

Уплетая вполне сносную картошку с мясом, кошусь на закусь со странным названием.

3.12

— Я все понимаю, но за что их так? — Взглядом показываю на тарелку, где, по словам официанта, лежат «битые огурцы». Еле дождалась пока официант выйдет, чтобы обсудить принесенное в подарок к картошечке блюдо. — Так звучит, будто над ними жестоко надругались перед тем, как засолить.

— Не более жестоко, чем над отбивной. — Кивнул Лева на еще одну стоящую рядом со мной тарелку.

Это Лева очень кстати. Я голодная, а здешние ресторанские порции добавки не предусматривают.

Сижу, представляю уже другую картину, как на рынке битую огуречную некондицию по ящикам собрали и решили, что это прямо-таки отличный вариант для ресторанского блюда. Не зря же бесплатно раздают, задабривая посетителей. — Не удержавшись, хихикаю.

Перед Левой лежит большой красивый шмат мяса с темными полосочками.

— Хочешь попробовать? Правильно истолковал мой интерес парень.

— А в ресторане так можно? Есть из чужой тарелки?

— Вообще-то, мы здесь только вдвоем. Никто не видит, и вообще с каких пор ты оглядываешься на общественное мнение?

— И правда, мы только вдвоем. Тогда давай! Мм-м-м, пахнет очень вкусно! — Пододвигаюсь поближе.

— Это стейк. Проще говоря, мраморная говядина минимальной прожарки, с кровью. Смотри. — Он отрезал кусочек, а внутри действительно оказалось сырое мясо.

— Они что прожарить не могли? — Возмутилась я. Надеюсь, у меня тут в соусе прожаренное мясо плавает?

— На самом деле именно мясо в сыром виде наиболее полезное для организма. Так, ты будешь пробовать?

— Немножко. — Решилась я.

— Лева наколол кусочек на вилку и поднес к моему рту. Я еще раз оценила это произведение кулинарии критическим взглядом и открыла рот. Как только кусочек оказался на языке я брезгливо его переживала и проглотила с тем же выражением лица, с которым глотала бы гусеницу.

— Еще? — Забавляясь моей реакцией, спросил Лева.

— Нет, спасибо, в моей тарелке как-то прожаренее выглядит. Хочешь попробовать?

— Ну, я с тобой поделился, так что и ты давай! — С готовностью приоткрыл рот Лева и с наслаждением прикрыл, как только кусочек коснулся его языка. — Непередаваемое удовольствие! Можно еще кусочек?

— А кто за тебя будет ту не прожаренную гадость доедать? — Возмутилась, кинув взгляд на загубленный шмат мяса и ревностно придвинув свою тарелку с картошечкой и мяском поближе к себе. Так, где тут хлебушек, подливку помакать?

Лева на мой жест только рассмеялся, с видом аристократа принявшись аккуратно разрезать свою гусеницу. А мож, он и есть какой аристократ? Внешне и по манерам, так точно тянет. Кроме благородного внешнего лоска, всегда обходительный, надежный, пунктуальный.

— Кстати, мне край в десять часов нужно дома быть. Я своим обещала допоздна больше не задерживаться. — Забеспокоилась я, опомнившись, что вечер нерезиновый.