Я тебя купила (СИ) - Арсеньева Аселина - Страница 19

Со временем я внесла коррективы в свой первоначальный план прочистки мозгов и постановки их на место. В итоге парень должен доучиться и иметь хороший заработок, не косячить перед законом, чтобы была возможность оформить опекунство над сестрой. Но, чтобы сдержать этот безумный и безудержный ураган сегодня, парню нужна жёсткая рука. Как ни прискорбно, но я выяснила, что ему необходима доза унижения, иначе градус его подозрительности начинает просто зашкаливать.

Разумеется, всё это приходилось узнавать опытным путём. Одно время от общества Фильки у меня начинал дёргаться глаз и возникали сомнения в собственной адекватности, но я мужественно всё пережила, страдая на пару с Филькой, который из дня в день выносил мне мозг гораздо больше, чем я вправляла ему! Мысли о том, что он настоящий неуравновешенный псих и желание сдать его в соответствующую организацию, посещали меня с завидной регулярностью, ежеминутно, но я задвигала желания подальше и продолжала двигаться выбранным путём.

До сих пор, скрипя зубами, я играю свою роль строгой требовательной госпожи – по факту чуть ли не школьной училки. Радует, что те мелкие шажочки, которыми мы шли, уже дали ощутимый результат. Парня уже не так колбасило из одной крайности в другую. Он стал более стабилен, уже не смотрел волком в ответ на мои требования, даже начал за собой следить и попросил Андрея бритву. Бритву, разумеется, ему в руки никто не дал, но дело сделали санитары и судя по довольной физиономии Фильки, он хотел именно побриться, а не заполучить острый предмет.

Конечно, я ничего не говорила Фильке о своих дальнейших планах на него. Даже пытаться не стала, заранее зная, как он вывернет для себя сей факт и насторожится, так же как и не стала рассказывать ему про нашу с Андреем поездку к его другу и о расторжении договора.

По факту сейчас Филька был абсолютно свободным от обязательств человеком. Но ведь всегда сложнее вытравить своих тараканов и посмотреть на мир другими глазами, а в его голове они были разных сортов, причём все, такие мерзкие… С частью, и с тараканами я почти справилась, осталось вытравить самых хитрых – тех, кто попрятался. Последние дни я начала замечать, что Филька даже радуется моему приходу. Сначала из вредности пытался это скрыть, а сейчас уже открыто демонстрирует это улыбкой до ушей.

С Андреем дела и вовсе идут отлично! Вот, иду как раз к нему! Уже совсем расслабилась несмотря на то, что в этом городе меня как бы нет. Тем не менее я одинаково свободно гуляю по Ангенску и днём, и вечером, разве что кепку с очками надеваю. Никто в проходящей пацанке даже не подозревает элегантную Бошанову Анну, тем более что за годы учёбы я сильно изменилась, а круг лиц, которые видели меня по праздникам довольно узок.

С Андрюхой мы живём, душа в душу! Всё-таки так весело я ещё не жила! С ним и правда не соскучишься! Запал моего остроумия прошёл, и я постепенно превращаюсь в саму себя: спокойную, уравновешенную, взвешенную. Хотя, что говорить! Это совсем немного и совсем частично! Я никогда не забывала, что конец моих приключений, будет довольно скорым, поэтому, пока есть возможность, я ни в чём себя не ограничиваю.

А вот и ресторанчик! Тихий, уютный, не пафосный. С хорошей национальной кухней, которую любит Андрей. По мне, жирновато, но иногда можно посмаковать и такое.

– Привет! Ну наконец! Я уже заждался и наш заказ, кажется, остыл! – Обнимает меня друг.

– Извини, шла наслаждаясь тёплым вечером! Какие новости?

– Ну, собственно, вчера я тебе уже всё сказал. – Принимаясь за еду, начал рассказ Андрей. – Фильке в больнице делать больше нечего. Отёки все спали, анализы отличные. Ведёт себя нормально. Можно через несколько дней выписывать.

– Я рада!

– Ты хорошо на него влияешь. – С хитрецой подмигнул Андрей. – Разрешишь хоть раз на ваших сеансах поприсутствовать? Хоть и делишься со мной впечатлениями, но увидеть своими глазами этот анекдот, жуть как интересно! Хоть под дверью подслушивай.

– Перевезём, тогда и налюбуешься воспитательным процессом, а пока не стоит.

– Что, всё так серьёзно? Боишься и меня на пару с Филькой испугать?

– Нет, боюсь, умрёшь со смеху, увидев меня в новом амплуа. Ты же со своим позитивным характером мне весь воспитательный процесс погубишь.

– Хе-хе... даже если постараюсь загубить – не выйдет!

– Смешно?

– Нет! – А сам еле сдерживается, чтобы не заржать.

– Что за хитрый взгляд? А ну-ка, давай выкладывай, что у тебя там в голове?

– Ладно-ладно, только не смотри так, я и без того послушный мальчик! Короче, захожу я к нашему подопечному сегодня утром, а он весь такой задумчивый сидит и улыбка на губах, такая, пространственная.

– И что удивительного? Он сам весь такой – временами пространственный.

– Да не то! Он даже не заметил, как я к нему подошёл! Сидит, фотографию смотрит – одну из тех, которые ты ему с Мелисой распечатала. Селфи с его сестрой. Я сначала подумал, что Филька, как обычно по сестре скучает, ан нет! Лицо сестры было большим пальцем прикрыто, а по твоему он указательным пальцем водил. Бережно так. – Я удивленно посмотрела на Андрея! – В общем, предупреждаю тебя: или этот псих в тебя влюбился, или так мило пакость замышлял. В любом случае не теряй бдительность!

– Да… новости… Жуть – Меня передёрнуло, на что Андрюха усмехнулся. Давай пару дней без меня с ним, хорошо? Понаблюдай? А то мне даже не по себе как-то... Такая странная реакция на такое жёсткое обращение.

– А, может, он мазохист? – Засмеялся Андрей.

– Не смешно… Было у меня такое предположение. Если бы не его друг и те фотографии, что он показал, так и думала.

– Так, может, приобретённое? Увидел тебя и пропал?

– Андрей, хватит уже! – Рявкнула я на парня, тот аж дёрнулся. – Несмешно. – Добавила я уже более дружелюбным тоном.

– Подожди, опять отец звонит… Андрей с неприкрытой неприязнью посмотрел на экран телефона.

– Опять упорно не отвечаешь?

– Похоже, не отстанет. Третий раз за день. Возможно, действительно что-то важное, придётся взять. – Будто извиняясь, Андрей взял трубку и через пару секунд изменился в лице. Я обеспокоено наблюдала за меняющейся мимикой на его красивом лице, ожидая пока он договорит.

– Аня, плохие новости. Сегодня вечером они вылетают домой. У отца какие-то срочные дела. И конечно же, вернутся в свою квартиру.

– На фоне остальных новостей, эти не такие уж и плохие. – Вздыхаю, понимая, что ставшей уже привычной жизни, пришёл конец.

– Аня, мне очень жаль. – Чуть ли не с отчаянием смотрит на меня Андрюха. – Может я поговорю с отцом, предупрежу, что у нас гостья и ты останешься? Места в квартире много.

– Ты сам понимаешь, что говоришь? Смысл сожалеть? Это их квартира, а я в ней – незваный гость. Мы оба понимаем, что твой отец сразу меня узнает. Я благодарна за твою помощь и гостеприимство. Вдвоём жить было весело, но, даже если предположить, что твой отец меня не узнает, с твоими родителями жить, я не стану. Понимаешь же, как это будет выглядеть, да и желания, мягко говоря, не возникает.

– Да, соглашусь, глупое предложение, прости... Завтра рано утром они уже будут в городе. У нас совсем мало времени.

– Тогда стоит поторопиться, поехали быстрее домой. –

Расстроила ли меня это неожиданная новость? Да, безусловно, я уже привыкла жить вместе с Андреем. С ним было по-домашнему комфортно, если не считать той злополучной ночи. Я старалась не вспоминать это, ведь Андрей до сих пор делал для меня всё, что мог. Только неприятный осадок в душе упорно не хотел исчезать. Жалеть о случившемся точно не стоило: раньше или позже, в любом случае совсем скоро я бы уехала.

Что поделать, некоторые вопросы придётся решить немного раньше, чем я планировала.

Я ничего не имела против того, чтобы пожить в гостинице. Андрей предложил оплатить номер на своё имя, чтобы снизить вероятность попадания этой информация моим родителям.

С выбором гостиницы мы провозились долго. Варианты со съёмными квартирами я отмела сразу. Чтобы что-то приготовить нужно бегать по магазинам, забивать холодильник разными мелочами – в общем обживаться. Тратить своё время на такое совершенно не хотелось, а в гостинице рум-сервис и ресторан решали все насущные проблемы. Нужна была приличная, желательно поновей, с хорошим питанием, чистыми номерами и тремя или четырьмя звёздочками. Две звезды – доверия не внушали, а единственная пятизвёздочная гостиница в нашем городе принадлежала моей семье.