Поступь Тьмы (СИ) - Истрова Руслана - Страница 2

Ностальгия деду была не свойственна, про остальное и говорить не стоит… Нет, он просто свято верил, что спасает дряхлого никому не нужного бедолагу. Возвышает его, доверив столь ответственное дело. И скорее ждал благодарности в ответ, чем испытывал ее сам.

Дед был ледяным монстром из моих кошмаров, и сейчас я лишь радовалась, что до моего триумфального (ну почти) возвращения дожил не он, а именно Ульф.

— Хозяин… он…

— Умер. Я знаю.

Ульф поерзал в кресле, словно смущался сидеть, пока я стою, и я поспешила устроиться напротив. И даже из чашки отпила, лишь бы стереть это беспокойное выражение с его лица, а оценив вкус чая, к которому явно добавили не одну каплю крепкой настойки, едва не рассмеялась.

Нет, правда, захохотала бы от души, если бы не забыла, как это делается.

— Спасибо. Ты знаешь, как порадовать путника.

Над нами все еще парил мой светляк, с утерей концентрации разросшийся до размеров внушительной люстры. Благо Ульф был до того растерян, что не замечал этого комнатного солнца. А может, решил, что это рассвет в окна пробрался, хотя до него еще были часы. Я мысленно выругалась и, на ходу ужимая сгусток магии до прежних объемов, запустила его в камин, где тут же занялись огнем заготовленные поленья.

— Экак вы ловко, — восхитился Ульф. — Всегда умелой были, а теперь даже без рук.

Он неуклюже повторил один из школярских жестов плетения, которые давным-давно помогал мне заучивать, и тут же погрустнел.

— Значит, вышло все, как задумалось. Добился своего старый демон. — Ульф покачал головой. — Я так и решил, когда про тех мальчишек в газетах писать начали. Про этих… тьмагов. Подумал, выбрались они из бездны мрака, значит, и девочка наша скоро вернется. И сила при ней…

Умный он все-таки, хоть и слывет простаком. Оставалось надеяться, что у прочих мозгов поменьше, и мое возвращение с тьмагами никак не свяжут.

Ну право слово, какая может быть связь? Там отряд вояк, стороживших границу с Тьмой, угодивших в ловушку и чудом уцелевших. А здесь я, наследница тэра Валборга, укатившая странствовать в неполные шестнадцать и даже на похороны родного деда не явившаяся.

Единственное, что у нас с тьмагами общего, так это внезапно возросший магический потенциал. Но для них это величайший шанс в жизни, ведь прежде каждый из парней был почти пустышкой, а для меня… Для меня новые силы — секрет, который предстоит тщательно оберегать.

Нет, никто и не подумает провести параллели. И вернулись тьмаги на несколько месяцев раньше, я об этом позаботилась. И меня никто не видел близ той аномалии, зато видели на Драконьих островах, у Северного моря, в Данижских пустошах и боги знают где еще — об этом позаботился дед.

С его смертью остался только один посвященный в нашу тайну — Ульф. Но в его молчание и преданность я верила безоговорочно, хотя, конечно, не собиралась раскрывать перед ним все карты. Берегла старое слабое сердце.

— Сила при мне, — подтвердила я. — Теперь учиться надо. Понимаешь?

Ульф понимал. Вздохнул душераздирающе и выудил из-за пазухи два конверта — один чуть потрепанней другого. Наверняка прихватил их, когда за чаем ходил, провидец.

— Вот. И в том году присылали, и в этом. С месяцок назад. Зовут?

Я уже вскрыла то послание, что поновее, развернула единственный лист и кивнула:

— Зовут.

Еще бы они не позвали. Кровь не водица, и несмотря на мою прежнюю магическую ущербность, имя рода, не особо древнего, но уважаемого, служило неплохим стимулом для комиссии.

Впрочем, я не обольщалась. Будь я дочерью успешного торговца, тоже бы получила подобное письмо, сухо и не особо рьяно приглашающее пройти вступительные испытания и влиться в поток студиозусов Института Осознанного Воздействия.

Всегда ненавидела это название.

Обозначенные в письме даты не особо радовали. Получалось, что бежать в институт надо уже завтра и лучше прямо с утра, иначе пропущу последний вагон с абитуриентами. А ведь так хотелось обойтись без спешки…

— Еще корреспонденция была? — спросила я, снова рассеянно пробегая глазами по ровным строчкам.

«…рады сообщить… в число избранных…»

— Стряпчий карточку оставил, чтоб, стало быть, с наследством все дела решить. Но вы не переживайте, хозяин все вам отписал, там комар носу не подточит.

«…по результатам проверки… распределение…»

— И все?

— Ну… еще соболезнования присылали.

«…выбор факультета… включая новое направление — Охрана и зачистка».

Вот оно! Я вскинула голову:

— Что? Соболезнования? И много?

Ульф смутился:

— Четыре записки и букет.

Да… дед популярностью не пользовался. Или все же я? Судя по отсутствию более личных писем, скорее второе. За три года — два приглашения на учебу, визитка поверенного и несколько отписок с соболезнованиями.

— Все же знали, что вы… в отъезде, — словно прочитал мои мысли Ульф. — Чего зазря бумагу марать.

Мы помолчали. Я аккуратно сложила приглашение обратно в конверт и залпом допила чай. А когда поднялась, намереваясь предложить Ульфу выбрать мне комнату на ночь поменьше, чтобы проще было прогреть, он вдруг подскочил и первый бросился ко мне.

— Я с вами пойду!

Я моргнула:

— Куда со мной?

— В академию эту вашу.

— Институт, — машинально поправила я и только потом поняла смысл сказанного. — Что? Зачем? Ульф, студентам не положены личные дворецкие.

— А я не дворецким. — Старик выпятил нижнюю губу и грудь. — Кем угодно пойду, лишь бы вы рядом, под присмотром. Хоть сторожем, хоть конюшим…

— Ну каким конюшим? Откуда там конюшни? Разве что гаражи и мобили.

— Значит, полы мыть буду. Простыни перестилать. Или…

— Ульф, — перебила я, уже почти не соображая от усталости. — Давай я сначала поступлю, а потом мы все обсудим?

— Поступите, как же теперь-то не поступить, — пробормотал он.

Действительно, теперь я могла играючи справиться с любой возможной проверкой да так, что комиссия рукоплескать будет. Одна проблема: после рукоплесканий меня, скорее всего, запрут далеко и надолго, чтобы тщательно изучить и попробовать на зубок.

Потому задача передо мной стояла непростая: так замаскировать свои новые способности, чтобы пятерка сильнейших магов ИОВ ничего не заметила, но и не сочла меня при этом полной бездарью.

Благо я давно знала, куда и зачем возвращаюсь, так что план был готов еще пару месяцев назад.

3

В «последнем вагоне» оказалось тесновато.

По широкой каменной лестнице института меня буквально вознесла толпа юных магов, и она же крепко стиснула со всех сторон перед стендом с информацией для студентов и поступающих. Маги шумели, смеялись, спорили, тыкали пальцами то в один, то в другой листок и, постепенно делясь на группы, разбегались по бесконечным белым коридорам. Я даже на миг подумала, что учеба уже началась, но нет — формы ни на ком не было, да и расписание четко гласило, что приветственная лекция и первые занятия у всех курсов состоятся, как и положено, в первый день осени, через две недели.

Я предпочла не толкаться и не рваться вперед. Спокойно дождалась, когда толпа поредеет, и только потом занялась поисками нужных объявлений и указателей. Еще и порадовалась такому ажиотажу и привычке людей все откладывать на последнюю минуту — так, глядишь, и времени каждому уделят немного, и копать глубоко не будут.

Но меня ждало горькое разочарование. Большинство явившихся уже благополучно прошли испытание, а сегодня лишь воспользовались рабочим днем, чтобы решить сопутствующие проблемы. Выбор дополнительных занятий, проживание, смена факультета (эта группа оказалась самой многочисленной и шумела громче прочих). К приемной же комиссии со мной направилось лишь семь человек, и насколько я поняла из разговоров, для всех них это была уже вторая и последняя в этом году попытка впечатлить судий. Надежд никто особо не питал, но губы все поджимали одинаково упрямо и пальцы разминали, словно сложное плетение при мизерном даре что-то изменит.