Хозяин (СИ) - Кисс Марианна - Страница 10

В пятницу вечером мы уже собирались закрывать магазин. Эдик — парень Снежки, сидел на стуле, на котором обычно сидят клиенты, и копался в телефоне, пока мы со Снежаной снимали показания и считали кассу.

И тут, прозвонил дверной колокольчик, мы все подняли головы…

В дверях стоял Селим.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

14

Движение моей руки остановилось на полпути, пальцы дрогнули. Быстро вспомнила, что я не стану больше подчиняться его магнетизму и в следующую же секунду, я продолжила считать кассу.

Снежка кинула взгляд исподлобья, сначала на него, потом на меня и скорее заработала пальцами, пересчитывая купюры.

— Добрый вечер, — Селим остановился у двери, как будто боялся пройти дальше или не решался.

— Здрасте, — сказал Эдик, обернулся, посмотрел на нас, взглядом спрашивая — кто такой, вы его знаете?

— Ладно, — вдруг сказала Снежка, быстро скрутила деньги и спрятала их в шкафчик. Щелкнул замок, она пошла в подсобку, а оттуда выкрикнула, — закроешь сама?

— Хорошо, — проговорила я немного испуганно.

Я понимала чего она хочет добиться. Не мешать, поскорее уйти. Чтобы мы поговорили и выяснили, но… она совсем не знает о том, что выяснять нам нечего.

И так всё понятно.

И всё равно, в душе я была рада снова увидеть его. Всё то время, которое я крепилась, заставляла себя не думать о нём и забыть, в один момент стало потраченным зря.

Как только я увидела Селима, забыла даже о странном, грубом ко мне отношении. Забылась пустая комната с кроватью, дверь и его слова.

Забыла, но ненадолго. Тут же вспомнила, что нужно держать себя в руках.

Снежка махнула на прощание и скрылась за дверью, увлекая своего Эдика в разноцветное пространство вечерних огней. А я осталась, оглушенная тишиной, которая появилась вдруг в магазине.

Тут нас двое — я и Селим, и между нами происходит что-то непонятное.

Я не знала, как быть, как действовать. Может быть, просто развернуться и быстро уйти. Но путей к отступлению нет, они перекрыты. Он стоит у входа и не даст мне просто выйти. Придётся всё-таки поговорить.

Крем глаза я видела у магазина машину Селима. Секунда за секундой пыталась сообразить, что значит его приход. Что именно?

Если бы у меня было больше времени, и если отношения наши не были бы загадкой, я возможно подумала бы, что он соскучился, пришел извиняться, и вообще не может без меня.

Но такого времени не было и всё что я могла придумать — буду молчать. Пусть говорит, а я буду молчать.

— Тебе очень идёт это платье, — услышала в ответ на своё мысленное решение.

Я обернулась, кинула быстрый взгляд, но постаралась сделать выражение лица непроницаемым. Пусть не думает, что я прямо сразу растаю от комплиментов.

— Спасибо, — холодно проговорила в ответ.

Быстро собрала журналы, бирки, закрыла ящики и пошла в подсобку. Там остановилась, не знала в первый момент за что схватится. Забыла, что нужно переобуться и взять сумку. Зависла в прострации на несколько десятков секунд.

В оглушительной тишине четкие, как угроза, шаги. Они приближаются. Ещё секунда… Селим показался в дверях подсобки.

Всё… всё… ещё шаг и я не смогу противостоять его магнетизму… Селим стоит, не входит.

— Ты обижена?

Не знаю что ответить, не могу сообразить и наконец произношу:

— Да.

— Я хочу извиниться.

Удивлена. Неужели он понял?

Я стою с опушенными руками, с взглядом непонимающим. Потом повернулась и скинула с ноги балетку. Селим сдвинулся с места, подошел, встал рядом.

О господи, только не это. Всё забываю, силы нет сопротивляться. Он вошел и снова забрал в своё пространство. Из которого выхода нет.

Он смотрел в мои глаза, а я в его. Потом медленно он опустился на корточки, тронул мою ногу под колено, приподнял, взялся за ступню. Туфель что стоял рядом в его руке. Он надел мне на ногу туфель потом второй. Селим встал.

Я рассыпалась. Бессильна. Снова я с ним, в его власти, в его руках.

— Пошли, — он взял меня за руку и потянул из подсобки.

А я пошла, покорная, завороженная его небольшой, но такой весомой заботой.

И мне снова всё равно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

15

,Хорошо, выслушаю, что он скажет в своё оправдание и сразу уйду,.

Так я думала, когда садилась в машину. Хочется узнать, услышать его слова, извинения. Интересно куда он меня привезёт, чтобы извиняться. Показать, что он нормальный человек, а то, было что-то ошибочное. Случайное. Непредсказуемое.

Вот я точно, в последнее время как будто другой человек. Думаю по-другому, совершаю поступки несвойственные моему характеру. А всё потому что меня без разрешения ставят в непонятные условия, в которых я совершенно не знаю как действовать.

Только одно я знаю точно, моя связь с Селимом, она где-то за пределами понимания, за словами, за поступками. В воздухе, который нас окружает. Она во взглядах, в чувствах и внутри нас.

Я вижу его тягу. Знаю, он не может отпустить и влечет к себе, притягивает. Но сама, несмотря на опасность, иду к нему. Иду за ним. Туда, где он. Я неосознанно заполнена им. Сопротивление бессмысленно. Если только для вида посопротивляться. Но это не поможет, потому что я в его власти. И знаю это.

Машина тронулась с места. Какое-то время мы ехали в тишине, а потом он нажал кнопку и полилась музыка. Что это была за музыка, тягучая, сочная, обволакивающая, заставляющая покориться. Отдаться без условий. Остаться, при любых обстоятельствах. Такая эта музыка.

Я почему-то сразу расслабилась. Человек, слушающий эту мелодию не может быть напряженным, настороженным. Он честен и прямолинеен, говорит о том чего хочет. Мне не нужно бороться с желанием заговорить.

— Селим, — имя, вдруг сорвалось с моих губ.

Он повернулся, явно не ожидал, что я вообще заговорю.

— Что?

— Куда мы едем?

— Скоро увидишь, — сказал и снова сосредоточен на дороге.

Тем временем, город остался позади. В сумерках ещё виднелись холмы и деревья, но понятно, что скоро и этого будет не разглядеть. И всё равно волнения не было. Наверное, я уже привыкаю к таким переменам, к его молчаливому повелеванию, уже почти не удивляющему.

Даже если вот сейчас он остановится посреди дороги, откроет дверь и скажет — выходи, ты мне не подходишь, я уже совсем не удивлюсь. Это и так понятно, он другой. Не такой как остальные. И от него лучше не ждать предсказуемых поступков.

Мы едем дальше и дальше, увлекая за собой ночь, захватывая её с собой и покрывая ещё не погрузившееся в темноту пространство. Вскоре за стеклом уже ничего не видно, только иногда мелькнёт дорожный знак или свет фар выхватит из темноты одинокое дерево у дороги. А порой встречный автомобиль напомнит, что мы не одни в этом мире, на этой дороге, и не у нас одних есть цель, которую желаем достигнуть.

Я свою цель не знала. Главное — её знает Он.

Вдалеке показались огни небольшого поселка. Так я поняла. Мы свернули с трассы и поехали в сторону этого поселка. Потом я разглядела впереди шлагбаум и охранника в камуфляже, который вышел посмотреть кто приехал. Поселок явно охранялся. Мужчина кивнул Селиму и махнул рукой, показывая кому-то в небольшом кирпичном домике, чтобы открывал шлагбаум. Планка выкрашенная зеброй поднялась, мы поехали дальше.

Тут уже повсюду фонари. Улица освещена так хорошо, что даже если выключить фары можно спокойно ехать.

Дома стоят на расстоянии друг от друга и выглядели совсем не домами простых людей. Я слышала раньше о таких элитных посёлках, но никогда не в них была. Мы проехали совсем немного от домика охраны и машина остановилась у больших, черных ворот.

Селим подал сигнал, ворота сами собой начали открываться. За ними двор, освещённый как днём и двухэтажный дом с большими стеклянными окнами закрытыми, темными шторами. Нигде в доме не горит свет, но было понятно, что люди тут всё же есть. Кто-то же открывает ворота по сигналу Селима.