Хозяин (СИ) - Кисс Марианна - Страница 23

— Скажи мне, возможно, я смогу тебе помочь, — привстала, смотрю на него, очень хочу ему помочь.

Он обернулся, прищурился. Решился? Не думаю, что он хотел что-то сказать, но мне показалось, посмотрел как-то по-другому.

— Ты не можешь мне помочь Элиза.

Только и всего.

Я приподнялась села на кровати. Обида и горечь вспыхнули во мне и толкнули наружу слова:

— Я не Она! Не нужно мучить меня. Я ни в чём перед тобой не виновата.

Резко он повернулся. И стало страшно. Его лицо потемнело, изменилось и стало ещё более холодным. Взгляд страшным, пустым.

Селим ничего не сказал и повернулся и вышел из комнаты.

А я поняла, что затронула именно то, чего он совсем не ожидал услышать.

Какая боль и ненависть живёт в нем? К кому?

А мне за что?

Просто потому что выбрал меня или потому, что я на неё похожа?

Я слышала его шаги, они удалялись. И тогда я вскочила с кровати, подбежала к двери и выкрикнула:

— Я не хочу расплачиваться за кого-то, хочу просто любить тебя!

Ответом, была тишина.

Куда он ушел? Зачем? К кому?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

32

Я упала на кровати и не двигалась. Долго. Так мне казалось. Но часы на стене отсчитали немного, всего полчаса.

В дверь постучали. Только успела прикрыться простынёй, на пороге показался белый слуга.

— Добрый день, хозяйка.

Он держал в руках платье на вешалке, туфли и пакет. Появление этого бесшумного человека всегда настораживало. Наверное, даже больше чем появление Селима. Этот человек ещё более хладнокровный и безэмоциональный, точно ящерица. Передвигается по дому бесшумно, скользит то тут, то там. Никогда не угадаешь, откуда он выползет в следующий момент.

Слуга подошел к кровати, разложил на ней платье, а рядом с кроватью поставил туфли. Перевернул пакет и на простынь упало кружевное бельё.

— Прошу вас принять душ и надеть всё это.

— Зачем? — настороженно глянула я.

— Через час в доме будут гости. Вы должны присутствовать, как хозяйка дома.

— А если я не хочу?

— Вы должны присутствовать.

Этот человек уже начинал раздражать. Невидимая тень в белых одеждах, появляется и исчезает. Понемногу я начинаю его ненавидеть. Безропотный исполнитель прихотей своего хозяина.

Он как будто понимал эту мою к нему неприязнь и старался не раздражать меня ещё больше. Терпеливый и ждущий. Но я всё равно раздражалась при виде него.

— Хорошо, — ответила я равнодушно.

Их порядки и я — понятия несовместимые.

Я думала об этом вначале. Но теперь поняла, моё упорство ни к чему не приведёт. Нужно делать, как они говорят.

Слуга вышел, а я встала и пошла в душ. Что ещё остаётся. Мылась задумчиво, стирая с себя влагу. Намыливалась. Потом стояла под душем, равнодушно глядя в стену. Точно застряла где-то, в другом измерении жизни. В её пустоте. В ней нет ничего кроме подчинения.

Вышла. Медленно, монотонно, промакивала тело полотенцем. Неторопливо вытирала голову.

Зачем всё это, если мои попытки не увенчиваются успехом? Селим не станет другим, нечего и мечтать. Вопрос только, сколько я выдержу этого странного плена. И в чём заключается его смысл?

Ладно, буду играть по его правилам. Возможно, это продвинет хоть что-то в болоте моих мыслей. Поможет не увязнуть, понять, как жить дальше. И принять волевое решение.

Высушила волосы феном. Посмотрела в зеркало на бледное лицо. Кажется, в нем нет жизни. Нет цвета, нет красок. Нет счастья, которого я ждала от замужества. Ничего нет. Тусклый взгляд, бледная кожа. И волосы растрёпанные, разбросанные по плечам.

У кровати я остановилась, взяла в руки бельё. Бежевое, в цвет тела.

Явно дорогое. Натянула всё, точно по размеру. Надела платье, туфли.

Снова пошла в ванную, чтобы посмотреть на себя в зеркало.

Я — как будто — не я.

Шикарное платье цвета индиго, ажурное, немного прозрачное. Мои растрёпанные волосы прикрыли кружево обтянувшее грудь.

И тут меня что-то зацепило, остановило и вспыхнуло внутри.

Какого черта!

Быстрым движением подхватила волосы, нагнулась, зачесала их в высокий хвост. Раньше я никогда так не делала, но Снежка часто говорила, как пойдёт мне такой хвост. А я всегда считала его слишком смелым для себя.

Сейчас, как раз случай, показать свою смелость и независимость.

Дернула ящик, а там куча разной косметики, всё в упаковках.

Ну что ж Селим, раз ты хочешь увидеть меня такой, ты получишь всё, чего желаешь. Только потом не жалуйся и не говори, что ждал не этого.

Я быстро достала тушь, тени, румяна, помаду и начала наносить макияж, быстрыми уверенными движениями.

Пора выбираться из образа серой мыши. Всё, хватит, надоело.

Когда я накрасилась и последний раз кинула на себя взгляд, в зеркале увидела кого-то другого. Себя — новую. Но только, не себя вчерашнюю.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

33

Когда я вышла из комнаты, это был уже другой человек. Другая я.

Более смелая. Более красивая. Более изящная. И что уж отказываться, более сексуальная.

Я не шла, а плыла по пустынному, белому коридору и чем дальше удалялась от своей комнаты, тем больше и быстрее менялась моя личность, моё раздавленное и униженное сознание. Тем стремительнее преображалось оно в желании выжить в этом доме и стать его хозяйкой.

Каблуки цокали, задавая ритм. Бедра покачивались, волосы струились. Глаза горели. Я приближалась к залу, откуда слышны были голоса и музыка.

Ну что ж, пора явить свету госпожу Кара. Пусть же они меня увидят.

Я вошла.

Все повернулись, притихли.

Все — это полный зал гостей. Мужчины в костюмах с бабочками, женщины в вечерних нарядах. Пахнуло дорогими ароматами. В глаза ударило блеск, лоск и повсеместная идеальность. Здесь не было никого, кто мог показаться некрасивым или старым. Все эти люди, как будто сошли со страниц глянцевых журналов. И теперь я среди них. Я равна им.

Собственно, так и есть. Мой муж — богатый бизнесмен. Красив, статен и я ему подстать. Значит все правильно, и я тут не лишняя, как показалось бы ещё вчера. Уже с первой секунды поняла, что с удовольствием и даже азартом примеряю роль миссис Кара. Только потом пусть Селим попробует что-то мне сказать.

Теперь я буду решать. Я!

— Прощу внимания! — слышу голос Селима, и хрустальный стук вилки о бокал, — позвольте представить вам — хозяйку вечера, мою любимую супругу — Элизу.

— О, как это мило.

— Как мило.

— Прелестно.

— Очаровательно.

— Какое красивое имя.

Слышалось отовсюду, со всех сторон.

— Что же вы Селим, так долго прятали ей от нас такую красавицу. Пора бы и познакомится, — подошел солидный мужчина, крупный как гора.

— Сейчас, самое время, — проговорил Селим, скользя холодным, тёмным взглядом по моему телу, скрытому в кружева обтягивающего платья.

Странно, но после стольких дней одинокого заточения, все эти люди даже были мне приятны.

— Какое чудесное платье, — подошла стройная женщина в черном.

Ей наверняка слегка за сорок. Идеальные черты лица уже давно попрощались с юностью, хоть и было понятно, что женщина делает все, чтобы эту самую юность вернуть.

— Спасибо, — улыбнулась я, начиная играть роль.

А что, пусть видят мою стройную фигуру, идеальную кожу и молодое, упругое декольте. Пусть любуются моим красивым лицом. Пусть завидуют.

Да, Селим знал, какое платье мне принести. Наверняка заставил померить это платье на модель, прежде чем выбрать.

— Пойдёмте, — потянула меня новая знакомая, я представлю вас остальным.

И я, согласная на целый вечер знакомств, гордо шагнула в гущу народа собравшегося здесь, непонятно по какому вообще поводу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍