Читерство в любви (СИ) - Бельская Анастасия - Страница 4

На счет внешности, кстати, я не стала ничего придумывать. Мама с детства объяснила мне, что для девушки важно быть ухоженной, чистой и опрятной, и все остальное абсолютно по желанию. Я специально никогда не искала и не читала информацию в сети о том, какую внешность у дам предпочитает Чит. Почему-то была уверена, что для него это не главное, так же как деньги и статус. Тем более какой-то кривой или уродиной никогда не была — а значит, на этом можно закрыть вопрос.

Вообще, главное, что я поняла — это то, что важно оставаться самой собой, настоящей. Именно это Чит всегда ценил в людях, а значит, мы обязательно поладим… И больше. Намного больше. Только нужно подождать, еще немного, еще чуть-чуть, и судьба обязательно предоставит нам отличный повод для встречи.

Так я думала ровно до сегодняшнего дня. Когда утром пришла в журнал, куда прошла кастинг, и должна была пройти последний этап, начальница огорошила меня известием о том, что через час мы берем интервью у самого загадочного холостяка нашего города. И велела приготовить вопросы, скинув ссылку на канал Чита в ютубе.

Помню, как двадцать минут сидела, и невидящим взглядом пялилась в экран, понимая, что совсем скоро увижу своего мужчину вживую. Как ехала в машине с начальницей на заднем сидении, осознавая, что совершенно не готова, не знаю, как себя вести, не представляю, что сказать…

Я хотела, чтобы он запомнил меня с первой нашей встречи. А сама, как полная дура, сидела все время, глядя на свои колени, не в силах заставить себя поднять взгляд. И когда дошла очередь задать свой вопрос — не придумала ничего лучше, чем спросить то, что саму ужасно интересовало. Ведь ни разу мужчина не упоминал, откуда прибыл, и где живет его семья. Отшучивался, что очень далеко, и только. А мне и правда хотелось это знать.

А затем… Я сама не знаю, как это объяснить. Когда он подошел вплотную, и его дыхание коснулось моей кожи… Его шепот, что заставил колени подкоситься. Я видела лишь волевой подбородок, и мягкие губы перед собой, что двигались, произнося слова. И понимала, что больше без этого жить не смогу.

Помню, как едва выйдя из машины, бросила начальнице, что это место меня больше не интересует. Пешком добежала до родительского дома — это вместо вечерней пробежки — и влетела внутрь. Быстро поднялась на второй этаж, и притормозила перед спускающимся братом.

— О, уже вернулась? И как успехи? Тебя взяли? — тут же забросал вопросами он.

Родители приглашали на праздничный ужин в честь моего трудоустройства. Что ж, его придется отложить, потому что с журналистикой покончено.

— Генри, а вот если бы у тебя была своя автомастерская, ты бы взял меня на работу? — не отвечая, задумчиво произнесла я, постукивая ногой от нетерпения.

Да, я уже все решила, но… Может, я слишком самонадеянна?

— В автосервис? Ни за что!

Я вскинула брови, не понимая, почему так. Он же сам наравне с отцом учил меня, знал, насколько хорошо я разбираюсь…

— Чтобы меня потом забросали насмешками, что какая-то девчонка лучше шарит в машинах? Да не дай бог! — продолжил брат, ухмыляясь над моей реакцией.

— Ты… Ты… — я задохнулась от возмущения, и двинула Генри локтем в бок, за что тут же была схвачена в «братский захват».

И теперь, лежа прямо на ступеньках, я старалась не рыпаться, чтоб брат перестал так сильно сжимать шею локтем. Это была наша шутливая борьба с детства — и всегда все наши споры заканчивались так. Он сильнее, что уж. Зато я упертее, и это все знают.

— С чего такие вопросы, сестренка? Ты же вроде в журнал устроилась…

— Отвали, — беззлобно отозвалась я, вовсе не собираясь отвечать, что собралась делать.

И так моя семья считает, что я немного помешана на видео Чита. Так оно, в принципе и было, но они не понимали, что он — моя судьба! Я полюбила его, и сегодня только убедилась в своем чувстве.

ГЛАВА 5

Аглая

— Тебя что, не взяли? — глаза брата расширились, а хватка ослабела, позволив мне выскользнуть, и встать на ноги.

— Отстань, Генри! Я серьезно.

Развернувшись, спустилась на кухню, где мама накрывала на стол. Увидев меня, она улыбнулась.

— Глаша! Тебя можно поздравить?

— Аглая, — проворчала, как обычно, поправляя свое имя, — нет, мам. То есть, я не знаю, я сама ушла раньше, чем они озвучили решение.

— Ох, Глаша! Ты в своем репертуаре! — нахмурилась мама, тем не менее, ставя передо мной полную тарелку рагу.

— И что дальше, дочь? — весело отозвался папа, входя в кухню, — пойдешь дворы мести?

— Скорее, автомобили чинить, — ухмыльнулся брат, следом залетая в кухню, и плюхаясь рядом, — колись, сестренка, какая муха на сей раз укусила?

Я моментально надулась, и спряталась за большой чашкой с чаем. Несмотря на то, что съехала от родителей уже полтора года назад, у меня по-прежнему была здесь собственная кружка, из которой пила только я, приезжая в гости. Мама говорила, что так будет всегда, потому что их дом — мой дом, и я всегда могу вернуться сюда, когда захочу. Это была политика моих родителей — быть рядом, но не надоедать; всегда быть готовыми прийти на помощь — но не лезть без спросу. Я невероятно ценила такое отношения в семье, но вот брат, зараза, был исключением.

Что ж, в семье не без…

— Генриет, отстань от Глаши, — нахмурилась мама, и на сей раз мы с братом застонали одновременно.

Еще одна фишка родителей — необычные имена. И если уж мое — Аглая — не было чем-то эпичным, только сокращение бесило, то уж на брате они отыгрались по полной. Генриет почему-то казалось всем мальчишкам во дворе женским именем, и раньше над братом нещадно издевались. Пока тот не подрос, и не пошел в секцию бокса. После этого гонору у соседских как-то сразу поубавилось, а Генри стали называть только так, и никак иначе.

Кроме мамы с папой, разумеется.

— Так что случилось, Глаш? — мама обеспокоенно присела рядом, закатав широкий рукав домашнего платья, и подперев щеку рукой.

Вздохнула. Объяснить придется, хоть и не все.

— Я поняла, что работа в журнале — это не то, чем я хочу заниматься. Попробую себя в чем-нибудь другом.

Мама с папой переглянулись.

— Третья работа с тех пор, как ты от нас съехала, — осторожно заговорил отец, — и со всеми одно и то же. Сперва тебе нравится, а затем резко бросаешь. В этот раз даже устроиться толком не успела. Мы, конечно, только за поиски себя, но ты уверена, что все делаешь верно? Журналистика — то, что тебе нравилось всегда.

Ха, знали бы они, ради чего все это. Поиски себя, это, конечно, хорошо, но сейчас я остро осознала, что пора действовать. Возможно, увидев Чита вживую, я поняла, что такому красавчику недолго ходить одному. А отдать свое счастье другой… Нет, такое я точно не допущу!

— Пап, я знаю, что делаю. Честное слово.

Взглянула в глаза папе, что весь излучал лишь заботу, и желание помочь, а не передавить. Тот вздохнул, и улыбнулся.

— Ну и ладненько. Какие твои годы, успеешь еще наработаться! Так, раз с тобой разобрались — Генри, а как у тебя дела по открытию своего тренировочного кружка по боксу?

Переключившись на брата, родители дали мне шанс разблокировать смартфон, и найти нужное объявление. Пара секунд — и вот я уже записалась на собеседование в лучший автосервис нашего города. В этот момент в кухню вошел Младшенький — собака породы леонбергер, которого родители взяли еще щеночком. Теерь это чудо вымахало ростом с меня, хотя по характеру был словно ласковый щенок, всюду ищущий теплые руки для своей морды.

Вот и сейчас собаке уложил тяжелую морду мне на колени, и я растерянно почесала его за ушком.

Что ж, долой страхи и сомнения. Я Аглая Самберс — и я беру свою судьбу в свои руки.

ГЛАВА 6

Аглая

И вот сейчас мы стоим друг напротив друга, застыв и пытаясь осознать происходящее.

— Хм… — протянул он, когда я поднялась на ноги, — вам нужно еще одно интервью?