Гадкий лебедь для босса (СИ) - Бельская Анастасия - Страница 42

Здесь меня всегда поймут и поддержат. И это дорого стоит.

Мама смотрит на то, как мои глаза увлажняются, и я знаю, что не нужно никаких слов благодарности. Она итак понимает все. И, возможно, в силу опыта даже больше, чем я сама.

— Расскажи мне все, маленькая, — мягко просит мама, и я слышу, как ее голос тоже дрожит, — я хочу понять, почему я должна спасать твоего босса от Влада, иначе ничего не выйдет. Потому что сейчас мне кажется, что вполне справедливо будет его придушить.

Я, не удержавшись, хмыкаю сквозь слезы, и тут же вываливаю на маму все.

Ну, почти.

За исключением наших интимных подробностей я выдаю ей полную подноготную этих «недоотношений», стараясь передать все правильно. Мне важно, чтоб она не стала думать о Максе хуже, чем есть — иначе действительно не захочет защищать его в глазах отца.

Мама слушает, иногда кивает, но преимущественно молчит, давая мне разжевать ситуацию. И, когда я замолкаю, глубоко вздыхает.

— Понятно.

Да? Мне самой кажется, что не понятно практически ничего, но для мамы, кажется, это не так.

— Ави, милая, я понимаю, что ты расстроена ответами Максима на твои вопросы. Но, прошу тебя, сделай одну вещь до того, как вся наша семья укроет тебя от всех волнений, и мы будем готовиться к рождению внука.

— Какую? — осторожно спрашиваю я, инстинктивно чувствуя, что это не будет чем-то простым.

— Признайся Максу в своей беременности.

Я высоко приподнимаю брови, но мама частит, стараясь сказать прежде, чем я возражу ей.

— Пойми пожалуйста, милая, Максим просто оказался не готов в теории. Но, поверь мне, если ты поставишь его перед фактом — все может оказаться по-другому. Я говорю тебе это только потому, что из твоего рассказа поняла одну важную вещь — ты любишь этого человека. А я не хочу, чтобы ты страдала. Так что, прошу, забудь все обиды, связанные с его словами, и позволь себе шанс быть счастливой. Ведь уйти ты можешь всегда. Согласна?

Я обдумываю ее слова добрых десять минут, в течение которых мама молча делает нам чай с лимоном, и мы пьем его, витая каждая в своих мыслях.

А затем я тяжело поднимаюсь со стула и иду к двери.

— Может, лучше позвонить?

Вот как маме удается вот так понимать меня без единого слова?

— Нет, мам. Я хочу поехать. Хочу сказать это ему в глаза, и я просто обязана увидеть его реакцию… Так что поеду.

— Это правильное решение, малыш. Будь аккуратна… Тебе ведь теперь нужно быть бережнее к своему здоровью.

Она подмигивает, крепко обнимая меня у порога, и дает выскользнуть за дверь. А я снова бреду к автовокзалу — долгий путь в другой город может, и впрямь не имеет смысла в век телефонов и интернета, но я правда хочу сказать такую новость Максиму лично.

И еще.

Даже если его ответ не изменится… Я все равно хочу напоследок увидеть любимое лицо.

Потому что даже за это время я успела соскучиться.

Глава 49

Максим

Ехать до дома Авроры на машине чуть больше трех часов, но я растягиваю этот путь до шести.

Мне надо заскочить в ювелирный, чтоб выбрать кольцо, и как правильно заметила моя мать, их теперь полно на каждом углу. Но проблема вся в том, что ничего выбрать я не могу, хотя варианты разные — и вычурно-яркие, и совсем скромные, но знающий взгляд тут же определит, сколько может стоить подобная «блеклость».

И, хоть мне самому до зубного скрежета не нравится эти поездки и общение с консультантами, подходящего кольца, увы, не попадается.

— Вы можете выбрать что-то на заказ, — устало вздыхает очередная миловидная девушка за стеклянной стойкой, — тогда ювелиры изготовят нечто совершенно уникальное, под ваш вкус.

Идея мне нравится, и я тут же уточняю о сроках. Ждать почти месяц — вообще не вариант, но девушка и тут находит выход.

— Можно же сделать предложение с одним кольцом, а затем заменить его на другое, — улыбается, и я вижу проблеск надежды на крупный заказ, — это, конечно, дороже, но…

— Давайте, — отсекаю все сомнения разом, и мы в две головы листаем каталоги, выбирая дизайн будущего идеального кольца.

Я знаю, что с ремонтом приобретенной квартиры, и кучей впереди идущих трат это покупка выглядит, скорее, как блажь, но сам плюю на эти мысли. Просто чувствую, что так будет правильно, и поэтому спокойно приобретаю тоненькое колечко с одним-единственным бриллиантам, чистым и дорогим, что вполне подходит для таких серьезных намерений.

А затем мой взгляд цепляется за обозначенную в журнале фигурку лебедя на кольце, и в голове словно щелкает, и я понимаю, что это то, что нужно.

Я надиктовываю уже уверенно образец будущего идеального кольца, и мы вдвоем с консультантом рисуем макет в специальной программе. Смотрим на результат. Это — совсем не «каждодневный» носибельный вариант украшения, но, определенно, я хочу преподнести Авроре именно его.

Просто, чтоб он был у блондинки, и надевался на торжественные случаи. А на повседневку можно поносить и первое кольцо, или выбрать то, что понравится девушке самой.

Крайне довольный, я прощаюсь с охрененно круглой суммой, и впервые чувствую такое удовлетворение, тратя деньги. Как будто, сам того не ведая, сделал вложение в очень выгодное дельце, и теперь потираю ручки, ожидая лучшего в своей жизни.

Ухмыляюсь, пряча красную коробочку в пиджак, и выруливая, наконец, в сторону дома Авроры. Я знаю, что мое предложение не будет простым и радостным — все же, в ее доме меня ждет Влад и еще трое готовых порвать за сестру братьев, но…

Но, кажется, до меня вконец дошло все, что говорили Влад и мама.

Блондинка — моя женщина. И за нее я бороться.

С этими мыслями я подъезжаю к ее подъезду, и перевожу дух, готовясь идти внутрь. Интересно, чем сейчас занята Ави? Ни минуты не сомневаюсь, что она дома — эта девчонка слишком «мамина_папина», чтобы не вернуться после нашей ссоры сюда. Надо, кстати, с этим серьезно завязывать, если мы в будущем собираемся строить отдельную ячейку общества. Проблемы нужно решать друг с другом, а не с посторонними людьми, пусть это даже мама с папой.

Я уже берусь за дверную ручку, когда слышу звонок мобильного, и бросаю взгляд на дисплей.

Аврора?!

На секунду мелькает мысль не брать трубку, а сделать крошке сюрприз, но я отметаю ее тут же. Что могло заставить мою гордую маленькую штучку набрать после ссоры первой?! Воистину, я не знаю ответ на этот вопрос, а потому тут же поднимаю трубку.

— Максим?

Ее голос — надреснутый, звонкий — единственное, что выводит меня из мыслей о Владе, кольцах, и всей прочей хуете, и стискивает мой мир до одной возможной точки.

До испуганной, расстроенной малышки, которая сейчас не рядом, а, значит, потенциально в беде.

— Аврора? Что случилось, ты в порядке?

Ее безопасность — единственная моя слабость, с которой я никогда не боролся, и даже пытаться не буду. Я уязвим в заботе и тревоге за эту девушку, и меня сразу сводит с ума мысли о том, какая она хрупкая, маленькая, тонкая.

Хочу ее защищать. Сжимать в своих руках, укрывая от всех возможных страхов, а еще лучше — делать ее жизнь максимально беззаботной и счастливой. Это — почти потребность, инстинкт, и мне похуй, как это выглядит со стороны.

Я просто готов разорвать сейчас большую часть преград за то, чтобы быть рядом.

— Я у тебя дома, Макс… Прости, у меня был ключ, ты не открывал, и я вошла. Просто уже поздний вечер, я надеялась застать тебя дома, а тут пусто, и…

Она спотыкается на фразе, и я откидываю голову обратно на кресло, стараясь не ржать тому, что произошло.

Просто, блять, заебись.

Представляю, что она могла подумать, войдя внутрь, и не найдя меня в квартире. Скорее всего, что я, как последняя сволочь, пошел заливать нашу ссору в какой-нибудь ближайший клуб.

Или, что еще хуже, решил забыться между ног какой-нибудь былой подружки, с коими общался раньше.

И я даже не знаю, как сказать по телефону о том, как она не права в своих выводах.