Слово Гермионы (СИ) - Сейтимбетов Самат Айдосович - Страница 138

Окаменение Перси наконец останавливает эту вакханалию семейных конфликтов Уизли.

Только Джинни еще продолжает дуться в мою сторону, но и хрен с ней. Как разберусь с Зельями, обязательно сварю новый, экспериментальный состав. Сыворотку Болтливости, да. Подолью Джинни и запру ее в одной комнате с Гарри. Пусть там разберутся промеж себя, кто, кого и почему. Пока же просто можно отмахнуться, ведь до конца школьного года и вправду остается полтора месяца.

Но вернемся к команде. «Яростные Львы» снова собираются полным составом.

За одно это Перси, после расколдовки, следует вручить огромный торт и значок префекта из золота. Рон и близнецы дружно обсуждают сложившуюся ситуацию, как будто и не было этих четырех месяцев дурдома. Конечно, паранойя нашептывает, что кто-то из братьев лукавит, ведь ругались до этого вполне искренне. Но пока приходится отмахиваться, сейчас согласие — пусть даже внешнее и формальное! — в команде важнее моей паранойи.

Восстановить боевую подготовку и, самое главное, — сыгранность команды.

Победим василиска, и потом, не спеша, разберемся, кто кого обидел. Впрочем, если неправильно просчитал юного Волдеморта, и тот не будет подбегать к Гарри Поттеру, то буду только рад. Что-то уже перехотел драться со змеюкой, хотя, если разобраться, сам виноват. Ведь как мне виделось всё? Отбираю дневник, открываем Комнату, грохаем змейсса в спящем состоянии. Все довольны, пляшут и поют, никто не погиб, продаем василиска на органы.

Результат моих наполеоновских планов — вон, в медпункте загорает, в обнимку с девушкой.

То ли петиция оказывает действие, то ли школьное начальство осознает, что перегнуло палку, но матч по квиддичу разрешают. Выход из гостиных строго под присмотром деканов, отход-подход к стадиону аналогично. Если матч продлится до вечера, то игрокам придется прерваться. По правилам магического волейбола играть надо, пока снитч не поймают, но в этой ситуации Дамблдор ограничивает время.

Самое удивительное, что школьники это адекватно воспринимают и не возмущаются.

Или просто все думают, что Гриффиндор быстро победит. Сыгранная команда, новейшие метлы, яростные тренировки и упорный капитан. Казалось бы, все составляющие успеха налицо. Но нет, матч 18 апреля идет совсем не так, как предсказывали школьные знатоки квиддича. Погода стоит вполне лётная: яркое солнце на безоблачном небе и легкий ветер ото львов к барсукам. Маленькое, но преимущество. Памятуя о прошлых матчах, изначально не стал забираться на трибуну, ну его нахрен такие полеты вниз головой. Внизу, кстати, обзор не сильно хуже, только голову сильно задирать приходится.

Но я решаю эту проблему, просто улегшись на траву в тени трибуны.

Все видно, Джордана Ли слышно, а если что, вскочить всегда успею.

Хаффлпаффцы с ходу переходят в агрессивную атаку, а гриффиндорцы вяло отбиваются. Гарри парит где-то там сверху, но без азарта и огонька. Такое ощущение, что парней опоили зельем Вялости. Или это у них общая скорбь по Персивалю никак не пройдет? Да ну, ерунда. Жив префект, через месяц расколдуют, и вряд ли те же близнецы стали бы так долго — девять дней с момента нападения! — пребывать в глубокой депрессии.

Как кричал Локхарт первого сентября: «В чем же дело, что случилось?»

Сам преподаватель ЗОТИ тоже здесь, сияет голубой мантией рядом с комментатором Ли. Рассылает всем приветствия и улыбки, шлет воздушные поцелуи, мол, не беспокойтесь граждане — Гилдерой вас защитит! Надо заметить, что Локхарт в голубом немногим лучше Локхарта в розовом. Пока смотрю в сторону трибуны преподавателей, команда Гриффиндора переходит в решительную атаку.

Голы сыплются один за другим, только и видно мелькание ало-золотого.

Видимо, это была такая новая стратегия: играем вяло, противник расслабляется, и тут врубаем полную скорость. Инициатива перехвачена, противник глубоко и неумолимо позади, и пока он не опомнился, хватаем снитч и выигрываем. Оригинально. Наконец-то Вуд родил стоящую стратегию. Одноразовую, но стоящую. Трибуны аплодируют, топают и свистят. Да, это вам не гномы-купидоны, школьники реально взбодрились!

Как всегда, фанаты бегут делать обнимашки с Поттером, хе-хе.

Можно спокойно идти обратно в школу, сегодня мои спасательные услуги не потребовались. Ах да, обратно нас тоже поведут толпой, для безопасности. Что ж, подождем, подождем. С этим лирическим настроем выхожу за пределы стадиона, чтобы подождать остальных в спокойной обстановке.

В сторону стадиона от Хогвартса движется с десяток человек.

Хоу? Вроде вся школа здесь, на стадионе. Незваные гости? Очень интересно.

Глава 17

Приблизившись, десяток человек оказывается десятком магов, хе-хе. Очень интересно.

Дамблдор. Снейп. Артур и Молли Уизли. Это те, кого знаю. Высокий мужчина средних лет, с непробиваемым выражением лица, поддерживает за руку хрупкую блондинку. Родители Пенелопы? Высокий, манерно-зачесанный, с видом принца, вынужденного искать корону в свинарнике, мужчина, сжимающий трость в руках. И самый колоритный из всех, невысокий седой живчик с зеленым котелком на голове. Двое сопровождающих живчика не так интересны. На лицах написано «телохранители»: цепкий, обыскивающий взгляд, палочки в руках и кобурах и, кажется, бронежилеты под мантиями.

Какой-то важный шишк приехал проводить расследование?

Важная компания проходит в центральные ворота, не замечая меня. Представив охуение фанатов, которые качают Гарри — а тут раз, и директор с зельеваром! — тихо хихикаю. Думаю, компашка пришла на стадион не просто так. Раз уж все ученики вместе, сделают парочку громких объявлений. Типа того, что живчик — инструктор рукопашной магии и теперь будет от заката до рассвета давать обязательные уроки всем подряд.

Хм-м-м, но к чему тогда тут родители пострадавших? Что-то не вяжется.

— Уважаемые ученики и преподаватели школы Волшебства и Чародейства Хогвартс! — разносится над стадионом голос Дамблдора. — Сообщаю вам, что совет попечителей школы отстранил меня от должности директора. Моим временным заместителем, пока совет не подберет нового директора, назначается декан Гриффиндора, уважаемая Минерва МакГонагалл. Прошу всех помнить, что в школу вы приехали учиться! Также прошу не устраивать беспорядков и помнить, что в Хогвартсе помощь всегда приходит к тем, кто в ней нуждается!

Вслушиваясь в крики, улюлюканье и возмущенные возгласы, загремевшие после слов Дамблдора, задумываюсь. К чему эта публичность? Да еще и при родителях пострадавших учеников? Ох, что-то темнит дедушка Альбус, темнит и наверняка опять крутит многослойную интригу. И эти незнакомцы — кто они? Впрочем, загадка разгадывается и без моего участия. Мужик с тростью оказывается отцом Драко и одним из двенадцати попечителей Хогвартса. Живчик же — министр магии Корнелиус Фадж, вот так вот, ни больше, ни меньше. Формальный глава всех британских магов примчался спасать элитных школьников, хе-хе.

Дамблдор хлопает в ладоши и исчезает. Ага, сместили его, аж два раза.

Директорские права остались при дедушке Альбусе, и теперь немного понятнее, к чему такая публичность. Тот же прием, что и в прошлом году. Подтолкнуть злодея к открытому выступлению и нанести удар. Зуб на холодец, сидит сейчас Дамблдор у себя в кабинете и чаи гоняет в компании Шляпы и феникса. Так-так, что там министр вещает? Неплохо, неплохо. Два товарища, которых принял за его телохранителей, боевые маги Министерства. Останутся в Хогвартсе, пока не найдут и не прибьют Ужас Слизерина. Люциус Малфой, опираясь на трость, обозначает улыбку.

Отец Драко, видимо, считает себя тонким интриганом, переигравшим Дамблдора.

Формально, конечно, он победил. Дамблдор смещен. Два боевых мага забьют сапогами любую тварь, особенно если привыкли работать в паре. Скоро жертв расколдуют, и можно приписать эту заслугу отсутствию Дамблдора в школе. Типа, пока дедушка Альбус был — дети каменели, а как исчез — сразу расколдовались! Главное, правильно подать историю в СМИ, и потом хоть заоправдывайся.