Слово Гермионы (СИ) - Сейтимбетов Самат Айдосович - Страница 141

Вот это я понимаю возрастной пофигизм, чаще именуемый житейской мудростью, хе-хе.

Впрочем, еще месяц — и все, чао буратины, разъедемся по домам. Это к тому, что товарищу Волдеморту надо либо сворачивать операции, либо, как и в фильме, наносить финальный удар. Я бы на его месте выбрал первое, тихо доел души носителей и сделал ноги. Хотя нет, тут он обрыбится. Защита на Хогвартсе стоит? Стоит. Вселится Волдеморт в тело и спалится по полной на выходе. Интересно, дедушка Альбус учитывал вероятность такой развязки?

Но, памятуя о психопрофиле юного Володи, более вероятным представляется эффектный финал.

Вроде как напоследок громко хлопнуть дверью, и уже потом заселяться в нового носителя. С Гарри Поттером опять же поболтать под это дело. Следовательно, кто-то из близких и дорогих для Гарри людей будет захвачен в плен, и боюсь, что Джинни в этом вопросе опять не повезло. Кандидатура номер один, ибо она Уизли, первокурсница и в команду «Ежиков» не входит. Не исключено, что змейсс вломится в толпу и схватит кого-то из команды или прямо Гарри Поттера, но сомневаюсь. Весь год действовать осторожно, излишне осторожно, скрываясь и прячась, а потом демонстративно показаться?

Нет, тут будет тайное похищение.

Наверное, ближе к концу мая, дабы время до отъезда из школы подпирало и мешало думать.

Стоило бы, конечно, поговорить с Джинни, но, увы, на почве Гарри наши дорожки разошлись. Фан-клуб Поттера, опять же, неровно дышит в спину. Сейчас притихли, но до этого постоянно приходилось быть настороже. Крупных пакостей не делают, но все равно приятного мало. Даже в качестве тренировки на постоянную бдительность.

Да и гхыр с ними со всеми. Что-то я устал. Хочу в отпуск.

Утром воскресенья, 9 мая, сидя в Большом зале и потягивая воду, размышляю на тему того, что Локхарт изгадил День Победы. Он, может, и не специально, но все равно изгадил, и это следует занести в свой злобный список. Перед отъездом из этого мира еще раз загляну в него, и если злоба на кого-то не пройдет, то что-нибудь сделаю. Понятно, что опять самообман и никому мстить года спустя не буду, но все равно злобный список веду.

Собственно, Локхарт в нем первый и пока единственный.

После завтрака он делает объявление: мол, первый и второй курсы, кто будет заниматься в Дуэльном Клубе, не расходитесь, и «уж тогда-то мы похохочем!» Преподаватели и ученики старших курсов от перспективы занятий с Локхартом разбегаются в смертельном ужасе, хе-хе. Первый и второй курсы, еще наивные, остаются и ждут «крутых занятий», ведь две первые тренировки с «Ежиками» прошли интересно и нормально.

Близнецы — часть команды и, как и договаривались, остаются.

Сидим, болтаем и ждем, пока вернется Локхарт. Оставив магов Министерства на входе в Большой зал, типа для охраны, Гилдерой куда-то убегает. Кстати, а с какого гхыра Локхарт приказывает министерским магам, и те его слушаются? Хм-м-м, неужели наш преподаватель ЗОТИ сразу настолько глубоко подлизал министру? Вполне, вполне может быть. Переметнулся, так сказать. Такими темпами Локхарт свои учебники в обязательную школьную программу пропихнет, и будет всем нам счастье. Нет, как художественная беллетристика его книги сойдут, но как учебникам — решительно отказать.

Гилдероя, понятное дело, это не колышет.

Человеку на новые мантии не хватает, «бяда, бяда, огорчение».

Всего в Большом зале остается примерно тридцать учеников. Да, да, нелегко учиться на первых курсах, все такое страшное, хе-хе. Прямо хочется встать и убежать за подмогой. Под охраной двух министерских магов детишки не сильно нервничают, но все же болтают больше обычного. Этакий гул пчелиного улья разносится по залу. Конечно, если вслушиваться, то можно разобрать слова, но сейчас интереснее другое.

Что будет показывать Локхарт под взглядами министерских магов?

Или он их отошлет, сославшись на свою «ослепительную улетность»?

Двери в зал начинают медленно расходиться. Хрипя, с натугой, Аргус Филч раскрывает тяжелые дубовые створки. Наша компания сидит как раз напротив дверей, и отлично видно, как завхоз упирается и скользит ногами, пытаясь одновременно открыть обе створки. Интересно, чего он так напрягается? Пытаюсь разобрать, что там Филч говорит магам из министерства. Тщетно, детишки своим гулом перекрывают всё.

— Похоже, занятие отменяется, — замечает Фред.

— Сейчас Филч нас куда-то поведет, — поддерживает Джордж.

— Все же лучше, чем ждать Локхарта, — говорит Гарри и облокачивается о стол.

Кстати. В прошлый раз столы из зала все убрали и возвели помост. Как мы тут заниматься будем — скакать по столам, скамейкам и, как Карлсон, раскачиваться на люстрах? Неужели Локхарт пошел за Хагридом, чтобы тот передвинул мебель? Но ведь Гилдерой должен понимать, что это сильно ударит по имиджу. Какой же ты крутой защитник, если магией мебель не можешь подвинуть?

Крутой защитник. Йоптель! От ужасной догадки вскакиваю, но поздно.

Через широко раскрытые Филчем двери в Большой зал втекает василиск.

— Нарушители, моя прелесть! — хрипит Филч и резко бьет пальцами в глаза стоящему рядом магу.

Тот, завороженно глядящий на василиска, даже не успевает ничего сделать. Натренированные годами физической работы без применения магии пальцы Филча — не смотри, что дедушка уже старенький! — выбивают магу глаза. Взвыв, маг хватается за лицо и падает. Кровь заливает его лицо, а Филч безумно улыбается. Затем резким движением выхватывает палочку из кобуры мага и шипит, шипит на змеином!

— Вперед, моя прелесть, убей всех нарушителей! — машинально переводит Гарри.

Поттер бледнее собственной рубашки и, кажется, сейчас грохнется в обморок. Но окружающим детишкам нет дела до Гарри и его знания змеиного. Василиск… завораживает. Длинное и огромное тело не движется, нет, оно перетекает из одной точку в другую. Невероятно изящно, ловко, быстро. Немного приплюснутая голова приподнята, и огромные змеиные глаза с вертикальным зрачком немигающе смотрят на школьников.

Второй маг? Все, нет с нами второго мага.

Взгляд василиска, как выясняется, убивает без визуальных эффектов. Р-р-раз — и всё!

Первый маг уже не держится за глаза. Филч, отдав приказ змее, втыкает ему палочку в ухо, и маг затихает, раскинув руки и показав окровавленное лицо. Все происходит быстро, очень быстро. От момента втекания василиска до смерти магов проходит едва ли пять секунд, и окружающие еще даже не визжат.

Близнецы уже встают, но все равно не успевают. Сердце колотится, ухает, как огромный барабан в груди, и с удивлением отмечаю, что уже почти выдернул палочку. Если бы не концентрация — побочный эффект ментального щита, — хрена лысого успел бы все разглядеть и осознать. Тело действует медленно по сравнению со скоростью мыслительных процессов. Кажется, еще немного, и мозг выкипит, настолько быстро и истошно колотятся мысли в голове.

Вот кто-то из Хаффлпаффа начинает орать, первым указывая на змею.

Еще несколько секунд, и все, тут будет полный зал паникующих детей. Не могу их за это винить, василиск и вправду огромный, метров пятнадцать в длину и в толщину примерно с меня. Зеленая чешуя цвета болотной тины не добавляет радости. И Филч, Филч направляет змея!!! Да йоптель нахуй, он же сквиб! Как?!!

Внезапно понимаю, что нечего уповать на чудо.

Если не вмешаться, то никто не спасет этих детей. Василиск устроит гнусную бойню, завалит тут все трупами и кровищей и уползет обратно в Тайную Комнату. Филч и Локхарт! А после бойни Локхарт, типа, уничтожит чудовище и прославится, прославится как спаситель Хогвартса. Кровь десятков детей придаст сиянию его славы долговременность, а уж чего спиздеть на тему, почему сразу не спас, Локхарт придумает. Если уже не придумал. Филч и Локхарт. Вот почему они шлялись вместе. Дневник! У кого из них дневник? Получается, у Филча, и благодаря этому он приказывает змее?

Василиск, убив мага, начинает разворачиваться к залу.