Дело всей жизни (СИ) - "Аксара" - Страница 417

Шэй глубоко задумался. Любой из островов Карибского бассейна был лакомым куском, но Ямайка… Слишком сложно. Нужно было избрать что попроще.

— Нью-Провиденс, — ляпнул Шэй. — Там не очень далеко. Если захватить Нассау, это здорово подпортит Британии доступ к югу. А Нью-Провиденс потом можно отдать Испании, от него больше проблем, чем пользы.

— Сомнительная ценность, — фыркнул Хэйтем. — Про Нью-Провиденс мне даже отец рассказывал.

— Не скажи, — не согласился мистер Ли. — Если Испания не вмешается сейчас, то потом вообще дырку от пончика получит.

— Там, кажется, британский форт? — уточнил мистер Рутледж, далекий от войны и флота.

— Да, — Шэй, посмеиваясь, кивнул. — Остров удобно расположен. Думаю, испанцы не откажутся.

— Вот и отлично, — подвел итог Хэйтем. — План должен получиться многоступенчатый. Первый этап — предложение губернатору де Гальвесу. Потом тебе, Чарльз, следует поднять волну возмущения в Луизиане. Мысль о «дырке от пончика» для этого вполне подойдет. Если этого окажется недостаточно, то всегда можно воспользоваться вопросом рабства, он до сих пор в Новом Орлеане стоит достаточно остро. Народные волнения послужат сразу двум целям: они привлекут внимание Братства и заставят губернатора поспешить.

Мистер Рутледж слегка нахмурился:

— А если это, наоборот, заставит губернатора сконцентрировать свои силы на внутренних проблемах?

Мистер Кенуэй качнул головой:

— Это имеет весьма опосредованное значение. Нам подойдет и такой вариант, но не хотелось бы доставить беспокойство мистеру Джаджу. У него и так хватает трудностей с мисс де Гранпре и ее прихвостнями. Да и отбить британскую базу было бы неплохо.

Чарльз вдруг фыркнул и торжественно произнес:

— Слышали? Подтверждаю, таков приказ великого магистра Чарльза Ли.

Шэй с трудом подавил смех и издал не слишком приличное фырканье. Мистер Рутледж опустил голову, и было видно, что он борется с собой. Хэйтем слегка опешил, а потом возразил:

— Если вы сочтете нужным, вы вольны распорядиться Орденом на ваше усмотрение, магистр.

— Спасибо за разрешение, — церемонно поклонился ему Чарльз и все-таки заржал. — Значит, поеду греть кости в Новый Орлеан. Может, плантацию там прикупить?

— Желаешь обзавестись рабами? — полюбопытствовал Хэйтем.

— Нет, думаю, что пуговкам там было бы раздолье, — довольно произнес мистер Ли. — Они очень любят бегать, мне трудно за ними поспевать. А вот было бы у меня какое поле…

— Можешь купить ферму под Нью-Йорком, — усмехнулся мистер Кенуэй. — Только сначала британцев оттуда выпни.

— Да куда они денутся, — Чарльз даже ус подкрутил. — Если Коуэлл написал, что в Парламенте решили сворачивать войну, то так и будет. Хороший мужик, и пишет понятно. А то с этим Армитеджем больше политесов было, чем информации.

— Надеюсь, ты ему пишешь более цивильно, чем мне, — хмыкнул Хэйтем.

— Прошлое письмо с краю пожевала Джейн, — радостно согласился Чарльз. — Я не стал переписывать, до чернил она не добралась. Эшли поймет, у них с женой тоже есть песик. Левретка. Коуэлл писал, что она у них охотница.

— А, ну это, конечно, все объясняет… — пробормотал Шэй.

— Тебе не понять, — отрезал Чарльз. — Ваш Честер вас еще из кровати не выселил?

— Пока нет, — рассеянно отозвался Хэйтем. — Но пытается. Знаешь, Чарльз, я подумал, что тебе было бы неплохо запросить у мистера Дербишира еженедельные отчеты. Он знаток теневой жизни Нью-Йорка, так что ты узнаешь о том, что происходит, еще до того, как это произойдет.

— Да не волнуйся ты, Кенуэй, — посоветовал ему Чарльз. — Запрошу. Мы с ним вообще лучшие друзья стали. Правда, ценой за это оказался персидский ковер, на который его вывернуло. Но это черт с ним, потому что на него Джейн еще щенком писалась.

— Простите, магистр Ли… — вдруг вмешался мистер Рутледж. — А зачем вы купили такую дорогую вещь, если у вас собаки?

— Так чтобы им мягко было, — пояснил Чарльз. — И так много тише, когда они носятся. Потом другой куплю. Когда вернусь.

— А почему не сейчас? — Хэйтем едва заметно улыбнулся.

— Потому что хочу еще взять… — нахмурился Чарльз.

— Кого? — вот теперь мистер Кенуэй улыбался отчетливей. — У Его Величества Генриха дальше только Анны и Екатерины были.

— Не пригодится, — смешливо сощурился Чарльз. — Потому что я думаю взять еще одного кобеля. Так что либо Генри, либо Эдвард.

— Мило, — отметил мистер Рутледж.

— А Генри мне тоже не очень нравится, — повернулся к нему мистер Ли. — На слух похоже на «Генрих», они путаться будут.

— У Генриха Восьмого вроде бы еще незаконнорожденный Томас был, — предложил мистер Кенуэй.

— Годится, — обрадовался мистер Ли и вернулся к изначальной теме. — Получается, это я последние деньки тут гуляю, потом придется плыть в Новый Орлеан. Опять пуговки по всему кораблю разбегутся… Ну что ж, господа, выпьем за успешный исход нашей миссии?

Он поднял бокал, и Шэй первым поддержал. Стекло мелодично позвякивало, и Шэй, наконец, отпил прохладного шампанского, только теперь осознав, насколько пересохло в горле.

— А мне придется отправиться в Филадельфию, — поддержал мистер Рутледж. — Будет хорошо, если вы, магистр, дождетесь, чтобы я передал вам предписание или хотя бы протокол собрания Конгресса.

— Постараюсь, — мистер Ли вздохнул. — Испанцы! Не знаю ни одного. Если они такие же, как итальянцы, то это катастрофа. За вашим конюхом Галлиани я просто не поспеваю. Он тараторит быстрее, чем я успеваю подумать.

— Он просто не думает, — фыркнул Шэй. — Поспорил с Коннором на соверен. Кто ж так делает…

— Мистер де Сангронис — довольно приятный человек, — уронил Эдвард. — Очень приветливый, вежливый. На мой взгляд, он даже слишком нетороплив. Оживляется только под вечер или когда подают вино.

— Тут любой оживится, — согласился мистер Ли. — Попробую. Заодно посмотрю на эту Луизиану. Говорят, креолки волшебно танцуют непристойные танцы.

— Это культ вуду, — фыркнул Хэйтем. — И мне что-то подсказывает, что чужак, скорее, познакомится с менее приятными ритуалами.

— Там где-то есть мисс Авелина де Гранпре, — напомнил Шэй. — Коннор вроде бы говорил, что она мастер перевоплощений, так что лучше не связываться. Не знаю насчет вуду, но скрытыми клинками она точно владеет.

Мистер Ли огорченно вздохнул:

— Помечтать уже нельзя. В вашем обществе, уважаемые господа, прекрасные креолки, как я понимаю, не в чести.

— В чести, в чести, — посмеиваясь, возразил Шэй. — Но лучше все-таки не связывайся.

Хэйтем вдруг вскинул руку, привлекая внимание, и веско проговорил:

— Что же касается информации о решении Палаты Общин… То я не вижу среди местной публики, — он внимательно оглядел зал, словно желал убедиться в своих словах, — ни одного человека, которому это можно было бы доверить. Предлагаю пока не спешить, но действовать, исходя из тех данных, что у нас уже есть. Так будет даже лучше.

— Это в чем? — Чарльз свел брови. — Кстати, Кенуэй, не хочешь вернуться на свой пост? Я не умею думать на десять шагов вперед.

— Думаю, мистер Кенуэй имеет в виду то, что у нас по-прежнему нет лидера, — предположил мистер Рутледж.

— Почти, — согласился Хэйтем. — Я имел в виду то, что прекращение наступательных действий еще не означает окончания войны, и расслабляться пока рано. Если доверить эти сведения не слишком умным людям, то Британия перехватит не военную, так политическую инициативу. В конце концов, нашим союзникам важна только выгода. А от Соединенных Штатов Америки — пока одни долги безо всякого обеспечения. И нет, Чарльз, в Орден я не вернусь. Во-первых, потому что никогда не отказываюсь от своего слова. Во-вторых, мистер Стюарт обещал, что при определенных усилиях через месяц-другой допустит меня до портрета, и я собираюсь достичь совершенства в изображении графинов и занавесок.

— Если мы обо всем договорились, то с вашего позволения, господа, я вернусь к разговору, от которого пришлось отвлечься, — подвел итог мистер Рутледж.