Дело всей жизни (СИ) - "Аксара" - Страница 527

— Шэй… — голос прозвучал очень тихо. — Шэй, спасибо за всё. Я буду скучать. Я уже скучаю.

Позади раздались шаги, и Коннор мгновенно поднялся на ноги. Привычка сработала раньше, чем разум, и он уже был готов воспользоваться скрытыми клинками, когда сообразил, что опасности быть не должно. Кладбище со всех сторон охраняется ассасинами, сюда бы никто не прошел. Если бы кто-то прошел, то уже подняли бы тревогу; а если этот кто-то был бы настолько силен, чтобы тихо и незаметно положить нескольких ассасинов, то вокруг не царила бы такая прозрачная тишина с шелестом деревьев и кваканьем лягушек в канаве.

— Отец, — раздался позади голос Патрика. — Это я. Убери клинки.

Коннор выдохнул и развернулся, оглядывая сына.

— Зачем ты пришел? — коротко спросил он.

Не хотел быть грубым, просто личный момент был нарушен, и Коннор опасался проявить что-то, не предназначенное для глаз… даже сына.

— Наверное, затем же, зачем и ты, — Патрик приблизился и остановился рядом. Он смотрел на могильные плиты и даже не повернулся в сторону отца. — Я видел твоих ассасинов, и они видели меня, но пропустили. Ты запретил им на меня нападать?

Коннор даже замешкался с ответом. Он отдавал приказ задержать или уничтожить любого, но, видимо, на Кенуэя-младшего у кого-то рука не поднялась. Надо бы выяснить, у кого.

— Тебя не пытались остановить? — он нахмурился.

— Пытались, — Патрик слегка улыбнулся. — Я ведь пришел открыто, не стал обманывать или пытаться пробраться тайком. Просто сказал, что мне нужно и я пойду. Меня задержали двое молодых парней, я их по голосам не узнал, а лиц под капюшонами не видно было. Потом они позвали миссис МакГрегори, и она сказала, чтобы меня пропустили и не поднимали тревоги.

— Добби, — Коннор скрипнул зубами. — Удружила.

— Отец… — сын наконец повернулся к нему. — Я прихожу сюда каждый вечер. В конце концов, это я, а не ты, жил в доме дедушки последний год. Мне… Кенуэй-холл кажется пустым, когда никто меня не воспитывает. Наверное, это дедушка Хэйтем завещал дедушке Шэю правильно меня воспитывать.

— Нет… — Коннор вдруг понял, что сын вовсе не пытался проследить и раскрыть тайны, и покачал головой. — Это… Это я попросил. Тебе, вполне возможно, предстоит в будущем стать мастером-тамплиером, а то и великим магистром. Почему бы нет? И нечего сверкать глазами, Теокнотати, тебе до этого еще долго.

— Я Патрик, — поморщился юноша. — Отец, я же тебя просил.

— Знаю, — спокойно кивнул Коннор. — Потому так и назвал. Хотелось увидеть, как ты среагируешь. По крайней мере, мой отец делал так всегда. Я просто хотел, чтобы ты прошел настоящую школу — такую, какую могли дать только мой отец и Шэй. Ты… тяжело пережил уход Шэя?

— Спрашиваешь, — Патрик горько усмехнулся. — Я понимаю, что со временем станет легче, и я не буду сюда приходить каждый день. Когда-нибудь, я, наверное, женюсь… Не буду жить там один…

— Есть кто-то на примете? — осведомился Коннор. — Ты уже пару раз влюблялся в совершенно неподходящих тебе девушек, и неудивительно, что не встречал взаимности. Надеюсь, она хотя бы тамплиер?

— Неважно, — посуровел Патрик. — Но если что-то получится, я тебя приглашу на свадьбу. И Аннабель тоже. И даже Дженнифер. Но вообще-то, я хотел тебя кое о чем попросить. Я хочу… и даже прошу, чтобы ты сейчас вернулся со мной.

— Что такое? — Коннор нахмурился. — Что-то с домом?

— Нет, — Патрик снова уставился на могильную плиту. — Шэй завещал мне приличную сумму, чтобы поддерживать дом. Но кое-что в этом доме принадлежит тебе, и этого нет в завещании.

— Что же? — Коннор действительно не понимал. Амулет покоится вместе с Шэем, а все остальное… Коннор много лет жил в Дэвенпорте и вроде бы ничего важного в Кенуэй-холле не оставлял.

— Это… — Патрик нахмурился. — Это игрушка, маленький волк. Рохвако. Дедушка Шэй хотел, чтобы он был у тебя, когда его не станет. Я дал слово.

Коннор резко отвернулся и прикусил губу. Мало что сейчас могло ударить по нему сильнее. Он ясно вспомнил те времена, когда Шэй был молодым, полным сил мужчиной, а отец…

— Это что-то значит? — ворвался в сознание голос сына. — Скажи, отец, не молчи. Дедушка Шэй мне так и не объяснил.

— Это просто значит, что Шэй меня любил, — Коннор посмотрел на собственного сына. — А еще это значит, что я далеко не всегда бывал прав. И ты тоже со временем научишься понимать, что важно, а что — нет. Когда я буду знать, что и ты, и Дженнифер с Аннабель этому научились, мне тоже будет не страшно уйти, Патрик. Ладно, идем.

— Идем, отец, — тихо вздохнул Патрик, и провел рукой по плите на могиле Шэя, словно пытался очистить новенький памятник от пыли.

Коннор машинально проследил, как в лунном свете на руке сына блеснул перстень Ордена тамплиеров.

========== Бонус, 2014 год ==========

— Ух ты, — Вайолет восхищенно и одновременно испуганно прикусила губу. — Это… Кажется, наш «болванчик» раскопал…

Юхани Отсо Берг перевел взгляд на парня, раскинувшегося в кресле «Хеликса», и крайне, крайне озадаченно покачал головой. Мисс да Коста, конечно, проверенный соратник, талантливый аналитик и надежный агент… Но тут в дело вступают уже иные силы.

— Мисс Вайолет… — проговорил Берг, пользуясь тем, что еще пару-тройку минут тестируемый проведет в тумане, «белом коридоре», как его называют. Столь длительное пребывание в «Хеликсе» всегда затрудняет возвращение в сознание. — Мисс да Коста, вы же понимаете, что это знание опасно. Я был прав, Шэй Патрик Кормак — не просто ассасин. И не просто тамплиер. Это, возможно, одна из… или даже самая важная фигура среди тех, кто когда-либо был включен в наше противостояние. Ваш подопытный не может быть носителем этого знания. Он…

Парень пошевелился и глубоко вздохнул, но глаза не открыл. Типичные симптомы: подрагивающие пальцы, пересохшие губы; глазные яблоки, подергивающиеся под веками. Он приходил в себя быстрее, чем предполагал мистер Берг, и следовало поторопиться.

— Вы хотите сказать?.. — Вайолет приподняла бровь. — Он еще может пригодиться.

— Мы с вами понимаем, — Берг сделал упор на этом «мы», и это прозвучало в нужной степени угрожающе, — что так называемое Братство — это деструктивная сила, борьба с которой необходима. Но ваш «болванчик» этого не понимает. Знания, которые он получил, могли бы смутить разум многих, что уж говорить про человека, который не приносил клятвы Ордену и имеет слабые представления о настоящем масштабе борьбы.

Вайолет да Коста устало и даже раздраженно произнесла:

— Мастер-тамплиер, я ни в коем случае не оспариваю ваш богатый опыт — в том числе и в боевом подразделении, но вы проявляете неоправданную жестокость. В конце концов, этот юноша вел себя разумно и не проявлял даже сомнений. Возможно, стоит дать ему шанс?

Берг глубоко задумался, но времени было слишком мало, а выбор был слишком скуден.

— Только при одном условии, мисс да Коста, — наконец принял решение Берг. — Даже при двух условиях. Во-первых, ваш подопытный вступит в Орден. Это не обсуждается.

— Разумеется, — Вайолет кивнула. — Стандартное соглашение, клятва и трудовой договор с «Абстерго» в случае успешного прохождения… интервью. А второе условие?

— Историю Шэя надо… доработать, — внятно и раздельно произнес мистер Берг. — Подробности мы обсудим с вами позже, но вам нужно будет сохранить две резервные копии памяти. Одну — под третьим уровнем секретности, вторую — только для доступа вне категорий. Вы понимаете, что это значит?

— Понимаю, — голос девушки слегка осел. — Я готова пройти испытание на уровень вне категорий.

— Уверяю вас, не готовы, — вежливо заметил Берг и, наконец, закончил мысль. — Наступают смутные времена, мисс да Коста. Это естественный после «чистки» процесс. Нам важно не допустить разброда в собственных рядах. Идея о возможности объединения с Братством — недопустима сама по себе, но такие идеи всегда живучи, потому что всегда будут те, кто недостаточно уверен в себе или слишком снисходителен к врагу… по тем или иным причинам. У Шэя Кормака когда-то были свои причины доверять ассасину. Но уже в наше время потомки Коннора Кенуэя пытаются разрушить то, за что мы боремся. Никто не должен знать о том, что перемирие, даже временное… возможно.