Сердце дракона (СИ) - Каминская Лана - Страница 81

— Он очень слаб, — задумчиво произнесла Мириан и подала знак служанке. Та вышла из-за спины хозяйки и протянула Дуону небольшую корзинку, накрытую тканью. — Сделайте отвар из этих трав и давайте ему каждый раз, как будет просыпаться. Пусть хоть ложку, но выпьет. В Ллевингоре это снадобье всегда помогало мне и брату при слабости.

Швидоу с поклоном принял корзинку.

— Хотите на него взглянуть? — спросил он.

— Если моё пребывание вам не в тягость...

— Как можно? — вспыхнул капитан.

Он старался угодить изо всех сил. Кланялся и улыбался Мириан по поводу и без и скрежетал зубами в сторону своих «болванов», изображая из себя грозного командующего. Последнее почему-то не производило на леди Стернс впечатления, зато её служанка при каждом случае не сдерживалась и хихикала, прикрывая рот ладонью.

В комнате, где лежал Дален, было душно.

Переступив порог, Мириан первым делом указала на окно — Швидоу и девчонка наперегонки бросились к нему. Девчушка оказалась проворнее, и в комнате вскоре повеяло утренней прохладой, богатой на ароматы сена и конского навоза.

Дален лежал на койке у стены. Укрытый прохудившимся серым покрывалом, он был как никогда бледен. Волосы на голове слиплись от влаги и жира, а лицо поросло неровной щетиной, и, не наведывайся Мириан сюда каждый день, она бы трудом сейчас узнала в нём человека, с которым так случайно пересеклась в лабиринтах Торренхолла накануне важного ужина.

Вздохнув, Мириан посмотрела на Швидоу.

— Всё же надо было перевезти его в замок, — сказала она. — Зря я вас послушала. В замке он встал бы на ноги куда быстрее.

— Я не могу обременять вас и лорда Стернса, — ответил Дуон, вспомнив, как леди Стернс настаивала на своём не раз и не два.

Однако делала она это слишком мягко, и, возможно, это и послужило причиной, что капитан не принял щедрого предложения. Да и время от времени капитана посещала неловкая мысль, что лучше бы брат Рики очнулся здесь, на городской стене, в окружении дозорных и лично при Дуоне, чем в каком-либо другом месте, куда свободного доступа капитану уже не будет.

— Меня бы это не обременило, — ответила Мириан, — а лорда Стернса нет дома. Вы же знаете.

Мириан коснулась ладонью щёк и лба Далена. Жар опять подступал, и Мириан заскользила взглядом по сторонам в поисках тряпки, ранее служившей компрессом. Та быстро нашлась и была почти сухая.

— Милорд до сих пор не вернулся? — вкрадчиво спросил Швидоу, и Мириан показалось, что отсутствие лорда Стернса почему-то беспокоило капитана городской стражи больше, чем самочувствие раненого.

— Его задерживают неотложные дела... — Мириан промочила тряпку в миске с желтоватого цвета водой. — Но не волнуйтесь. Я обещала вам, что поговорю с мужем насчёт сестры этого бедняги. И я это сделаю. Если чувства, в которых вы признались мне, искренни, то ни я, ни мой супруг не будем вам препятствовать. Ничто так не укрепляет власть короля как верность его слуг, а только счастливые слуги служат верно и долго.

— Лучше и не скажешь! — растрогался Швидоу.

Желая в знак почтительности поцеловать руку госпожи, он шаркнул сапогами в её сторону, но Мириан сделала вид, что не поняла его намерений, и принялась водить тряпицей по шее и лицу Далена, стирая капельки проступившего пота.

Здесь, на городской стене, Мириан было спокойно. Пусть место не блистало чистотой и красотой, и не было здесь привычного леди Стернс комфорта, но чувствовала она себя в этих стенах нужной, чего не могла сказать о стенах замка. Там она слонялась из угла в угол, мечтая, чтобы солнце скорее село и началась ночь, ведь ночью склонные к собирательству слухов служанки не наведываются каждую минуту к госпоже и не докучают вниманием, по назойливости способным переплюнуть даже муху, жужжащую над остатками обеда. А ещё ночь ставит точку на всех тревогах и заботах, что имели место днём, и, если те были не из приятных, даёт надежду на то, что с новым солнцем всё будет по-новому. Например, Гайлард Стернс вернётся домой, и Мириан попробует начать их отношения заново.

Как именно? Этого Мириан ещё не придумала. В вопросах любви она была не искушена, тем более если дело касалось не просто романтических вздохов, но ещё и физической близости. Но Мириан была уверена, что у неё получится. Сдаваться её не учили, хотя и быть во всём первой — тоже. Первенство всегда отдавалось брату, но проигравшей Мириан себя никогда не чувствовала. Вплоть до дня своей свадьбы. И соглашаться с внезапным проигрышем не собиралась.

От путаных мыслей Мириан отвлекла служанка.

— Кажется, ему лучше, — сказала она, пристально глядя в лицо Далену. Проверки ради накрыла его лоб ладонью. — Точно лучше. Когда мы приехали, он был таким бледным. А сейчас, гляньте, щеки порозовели.

Каким таким загадочным образом простая девчонка умудрилась разглядеть румянец на лице того, кто был на волосок от смерти, Мириан так и не поняла. Но на Далена посмотрела и кроме выровнявшегося дыхания ничего не заметила. Разве только пальцы на руках стали чуть теплее, а ведь были ледяные, когда Мириан случайно коснулась  их утром.

Леди Стернс встала.

— Нам пора возвращаться, — проронила она служанке.

Та к приказам госпожи была очень внимательна и тут же бросилась справляться о готовности экипажа. Заодно нужно было найти усатого капитана. Кому как не ему провожать госпожу, хотя, если бы он этого не сделал, госпожа не расстроилась бы. Так казалось служанке. Однако проверять свои подозрения на деле девчушка не решилась, поэтому всё же быстро нашла капитана и передала, что хозяйка возвращается в замок.

— Приедете ли вы завтра? — Швидоу разлюбезничался перед леди Стернс, помогая той сесть в карету.

— Не могу обещать, — ответила Мириан. — Я убедилась, что этот раненый пошел на поправку. Это главное. Давайте ему отвар, о котором я говорила, и не забывайте про мази. И посетите нас, как только вернётся лорд Стернс. Я похлопочу о награде за ваши старания. Ну, и о том, о чём мы договаривались, не забуду.

В ответ Швидоу кланялся и ликовал в душе. Всё шло как нельзя удачно, хоть и не по плану. Но к мухам болотным планы, если желаемое близко.

За экипажем леди Мириан закрылись ворота, и через некоторое время сменился караул. Девятилетний мальчонка, подсоблявший повару и с носом, испачканным в золе, выбежал на улицу и дернул капитана за рукав. Поданный раньше обычного ужин стыл на столе, и малец беспокоился, что холодная капуста придётся Дуону не по вкусу. Но у Швидоу было такое прекрасное настроение, что он лишь потрепал поварёнку давно нестриженые кудри, а на капусту махнул рукой. Плевать. Плевать было на всё, ведь вот уже столько времени капитан просто стоял во дворе, глупо пялился на закрытые ворота и мечтал о своём будущем с Рики... 

...Окно запереть забыли, и в комнату ворвался ветер. Швырнул на пол пару сухих листьев и с горсть песка и ринулся облизывать всё вокруг, будь то стол или чашка. С оставленного на стуле полотенца перекинулся на кровать и закружился над Даленом. Попробовал взъерошить его волосы, но те были слишком липкие, и у ветра ничего не получилось. Зато вышло мазнуть холодным языком по заросшему щетиной лицу, и это помогло. Дален открыл глаза. С трудом отнял от постели руку, провёл по голове и тут же почувствовал дикую слабость во всём теле. Вместе со слабостью накатилась боль. Дышалось тяжело несмотря на свежий воздух. Сердце билось медленно и глухо. И было страшно как никогда.

Он совсем не помнил, что случилось. И уж совершенно не понимал, где он и как в этом месте оказался. Вокруг не было ни души, и ничьих голосов не было слышно. Только лошади фыркали где-то неподалёку. Одна вдруг громко и даже как-то испуганно заржала. Ей вторили другие, и вскоре Дален услышал голоса непонятных людей, вышедших успокоить животных и проверить, не перелез ли кто через стену или, может, лиса набралась храбрости и проникла через лазейку в надежде отхватить пару куриц. Потоптавшись, посветив факелами, поболтав о том о сём, люди вскоре ушли, и снова воцарилась ночная тишина.